В конце XIX века Фридрих Ницше писал, что «Бог умер». Христианство переживало упадок, многие двигались в сторону атеизма, а наука и государство заменяли религию в качестве организующих принципов общества. По мере того как вера в Бога ослабевала, согласно Ницше, рос нигилизм — убеждённость в том, что жизнь бессмысленна.
Ведь религия была основным источником смысла жизни, и в большинстве обществ она формировала ценности, к которым стремились люди, и то, как они структурировали свою жизнь. Однако нигилизм не распространился так широко, как предсказывал Ницше, поскольку большинству людей слишком трудно жить без веры во что-то большее, чем их собственное «я».
Вместо этого многие устремились к новым богам — не божественным, а созданным человеком. Эта тенденция продолжается и по сей день и является причиной многих наших социальных бед. Как выразился Джордж Штайнер:
«...политическую и философскую историю Запада за последние 150 лет можно понимать как серию попыток — более или менее сознательных, более или менее систематических, более или менее жестоких — заполнить центральную пустоту, оставшуюся в результате эрозии теологии».
(Джордж Штайнер, лекции Мэсси, 1974 год.)
Вместо того чтобы поклоняться Богу, который превосходит конечный мир и на котором основано всё существование, многие из нас поклоняются идеологиям, своей нации, политикам, знаменитостям, спортсменам, спортивным командам, потребительским товарам, наркотикам или сексу.
Или же мы относимся к технологиям и науке как к новым богам, веря, что их развитие приведёт к утопии и, возможно, даже дарует нам бессмертие.
Эти идеологии, социальные движения и образ жизни поглощают своих приверженцев с той же силой, что и религия. Как объясняет Иэн Макгилкрист, они «...могут быть жестоко антирелигиозными, могут постулировать мир без Бога и отрицать загробную жизнь, но их структура, устремления и притязания к верующему глубоко религиозны по своей стратегии...»
(Иэн Макгилкрист, «Проблема с вещами»)
Но как человек несовершенен, так же несовершенны и все варианты созданных человеком богов. Политик, возведённый в положение божества, будет развращён властью. Если мы поклоняемся наркотикам, сексу или потребительским товарам, мы становимся их рабами.
Если мы верим, что идеология способна переделать мир и природу человека, у нас больше шансов создать тоталитарный ад на земле. Общество, лишённое связи с божественным, созрело для разрушения ложными идолами. И, возможно, самым опасным из этих идолов является государство:
«Чтобы освободить... Государство... от любых полезных ограничений, все социально-политические движения, стремящиеся в этом направлении, неизменно пытаются подорвать религию. Ибо для того чтобы превратить индивида в функцию государства, у него должна быть отнята зависимость от чего-либо ещё».
(Карл Юнг, «Неоткрытое «Я»»)
Чтобы общество стало свободным, а мужчины и женщины процветали, все рукотворные боги должны исчезнуть. И нет лучшего способа совершить этот подвиг, чем подлинное религиозное возрождение.
Когда мужчины и женщины признают свои корни в божественном существе и когда они ориентируют свою жизнь на достижение гармоничной связи с Богом, они не становятся бессознательно жертвами низших светских альтернатив. Как пишет Юнг:
««Начала и власти» всегда с нами; нам нет необходимости создавать их, даже если бы мы могли. На нас просто лежит обязанность выбрать учителя, которому мы хотим служить, чтобы его служение было нашей гарантией от того, что нами будет управлять «другой», которого мы не выбирали. Мы не создаём «Бога», мы выбираем его».
(Карл Юнг, Собрание сочинений, том 11)
Ещё одним фактором, способствующим болезни общества, является тенденция рассматривать социальные и политические проблемы через утилитарную призму. Утилитаристы считают, что наилучшая социальная политика — это та, которая приносит наибольшее благо наибольшему количеству людей.
Другими словами, утилитаристы рассматривают индивида не как обладающего врождённой ценностью, а как ресурс, который нужно использовать или даже принести в жертву ради достижения своего видения высшего блага.
Утилитаризм — это порочная форма морали, а готовность принуждать меньшинство и причинять вред в интересах большинства свидетельствует о расстроенном уме. Как пишет Макгилкрист:
«Тенденция к принятию расчётливого и утилитарного подхода в оценке моральных проблем более выражена у тех, у кого снижено отвращение к причинению вреда другим, ниже эмпатия, выше психотизм... и больше макиавеллизма. Это также характерно для морального мышления психопатов...»
(Иэн Макгилкрист, «Проблема с вещами»)
Продолжение в следующем выпуске.
Следуйте своему счастью
Внук Эзопа