— А может, все-таки подождем? — Настя смотрела на мужа, пытаясь уловить в его глазах хоть каплю сомнения. — Пятьсот тысяч — это же огромные деньги!
— Ты не понимаешь, — Алексей расхаживал по комнате, активно жестикулируя. — Сейчас самое время для открытия магазина автозапчастей. Конкуренты закрываются, аренда падает. Через полгода все окупится.
— Мама только недавно закрыла кредит за квартиру.
— Вот именно! У нее как раз есть свободные деньги. Машину оформим в залог, через полгода вернем с процентами. Все честно.
Настя покачала головой. Что-то не давало ей покоя в этой затее. Они с Алексеем три года снимали квартиру, копили на первый взнос по ипотеке. И вдруг — магазин автозапчастей.
— Давай хотя бы бизнес-план составим, просчитаем риски.
— Я уже все просчитал, — Алексей достал из портфеля папку с документами. — Смотри: аренда помещения, закупка товара, зарплата сотрудникам. Через месяц выйдем в ноль, потом пойдет прибыль.
Валентина Константиновна выслушала предложение зятя на следующий день. Она сидела в своей просторной кухне, внимательно изучая цифры в блокноте Алексея.
— И все-таки, почему не взять кредит в банке? — спросила она, поправляя очки.
— Проценты, Валентина Константиновна! — Алексей покачал головой. — В банке это грабеж. А вам я готов платить пятнадцать процентов годовых. Плюс машина в залоге — новая, в идеальном состоянии.
Настя молча наблюдала за разговором. Мама всегда умела находить подход к людям, чувствовать их настоящие намерения. Может, она увидит то, что упускает сама Настя?
— Хорошо, — наконец сказала Валентина Константиновна. — Давайте составим расписку. Только учтите: это все мои сбережения.
Алексей просиял:
— Вы не пожалеете! Через полгода верну все до копейки.
Первый месяц прошел в суете. Алексей пропадал в магазине с утра до ночи, звонил поставщикам, встречался с клиентами. Настя почти не видела мужа, но радовалась его энтузиазму.
А потом начались проблемы.
Сначала старенькая служебная машина сломалась у курьера - без доставки заказов магазин терял клиентов. Потом выяснилось, что крупный поставщик завысил цены, а мелкие не могли обеспечить нужный ассортимент. К концу второго месяца у Алексея начались проблемы с налоговой - какие-то документы оказались неправильно оформлены.
— Мне нужно еще немного времени, — говорил он Валентине Константиновне по телефону. — Сейчас разберусь с поставщиками, и дела наладятся.
Но через неделю их семейная машина, находившаяся в залоге, внезапно заглохла прямо на дороге.
— Коробка передач полетела, — мрачно объявил механик. — Ремонт обойдется в крупную сумму.
— Может, продадим ее на запчасти? — предложил Алексей теще. — В счет долга. Все равно ремонт дороже выйдет.
Валентина Константиновна не ответила. Она смотрела на зятя и не узнавала человека, которому доверила все свои сбережения.
Настя наблюдала, как муж меняется. Раньше они подолгу разговаривали по вечерам, обсуждали планы на будущее. Теперь Алексей постоянно куда-то спешил, отмахивался от вопросов, раздражался по мелочам.
— На работе все нормально? — спросила она однажды вечером.
— Нормально, — буркнул он, не отрывая взгляда от телефона.
— А почему ты маме не звонишь? Она волнуется.
— Слушай, у меня голова другим занята. Разберусь с делами - позвоню.
Но Настя не могла не волноваться. Она помнила, как мама доставала конверт с деньгами из шкафа - там хранились сбережения на черный день.
Однажды утром Насте позвонила соседка мамы, Нина Петровна:
— Настенька, я тут случайно твоего Алексея видела возле автосалона. На новенькой машине выезжал, такой красавец! Вы что, еще одну купили?
У Насти внутри все похолодело. О какой новой машине речь? Они едва концы с концами сводили последние месяцы.
Вечером она попыталась завести разговор: — Ты в автосалон не заезжал на днях?
Алексей дернулся:
— С чего ты взяла?
— Нина Петровна видела...
— А, так она теперь за мной следит? — вспылил он. — Может, еще досье на меня составляет?
— При чем тут досье? Я просто спросила.
— Ну да, спросила. А еще маме позвонишь, расскажешь? Вы же с ней все обсуждаете! Имею право на личные расходы.
Настя растерялась от такой агрессии. Раньше муж никогда не повышал на нее голос.
Через несколько дней Валентина Константиновна пригласила дочь на разговор.
— Я навела справки, — сказала она серьезно. — Алексей взял кредит в банке месяц назад. Мама, он купил новую машину, а тебе отдает в счет долга сломанную старую.
— Ты уверена?
— Абсолютно. У меня есть знакомая в банке, она подтвердила. Большой кредит, на пять лет.
Настя вернулась домой разбитая. Вечером, пока муж был в душе, она взяла его телефон - впервые за пять лет совместной жизни. В приложении банка нашла историю платежей: рестораны, магазины одежды, ювелирный салон... И действительно - автосалон.
На следующий день она проверила их общий счет, куда они когда-то складывали деньги на квартиру. Пусто. Все накопления исчезли.
Вечером Алексей как ни в чем не бывало рассказывал про проблемы с магазином:
— Представляешь, опять поставщик подвел. Никакой прибыли.
— А на новую машину деньги нашлись? — тихо спросила Настя.
Он замолчал на полуслове. Потом медленно повернулся к ней:
— Кто рассказал?
— Неважно. Важно, что ты врал. И продолжаешь врать.
— Я не врал! Просто не хотел вас волновать.
— А куда делись наши накопления на квартиру?
— Я все верну! — он вскочил с дивана. — Вот наладятся дела...
— Когда? Когда ты последний раз маме звонил? Она отдала тебе все свои деньги.
— Да что ты понимаешь в бизнесе? — закричал он. — Думаешь, все так просто?
Настя молча смотрела на мужа. Перед ней стоял совершенно чужой человек. Как она могла так ошибиться?
На следующий день Настя взяла отгул и поехала к маме. Валентина Константиновна выслушала рассказ дочери о накоплениях и новой машине молча, только крепче сжимала пальцы.
— Я все эти месяцы наблюдала, как он изворачивается, — сказала она наконец. — Каждый раз новая история: то поставщики подвели, то документы потерялись, то клиенты задерживают оплату. А теперь выясняется, что он спокойно тратил деньги на рестораны и новую машину.
— Мам, прости. Я должна была раньше заметить.
— Ты здесь ни при чем, — покачала головой Валентина Константиновна. — Я сама согласилась дать ему деньги. Но дело даже не в сумме. А в том, как легко он предал доверие.
Настя кивнула. Именно это ее и мучило - не сами деньги, а то, как просто муж решил обмануть самых близких людей.
— Я позвонила юристу, — продолжила Валентина Константиновна. — Расписка составлена правильно, можно подавать в суд. Но на что? Машина сломана, магазин в убытках, а на новый автомобиль оформлен кредит - его не заберешь.
— Он специально все продумал, — горько усмехнулась Настя. — Прикрылся бизнесом, а сам...
Вечером она вернулась домой и начала собирать вещи. Алексей ворвался в комнату:
— Что ты делаешь?
— Ухожу. К маме.
— Из-за чего? Из-за денег? Я же сказал - верну все!
— Нет, не из-за денег. Из-за вранья. Из-за того, что ты обманул нас обеих.
— Да что такого я сделал? Подумаешь, купил машину! Имею право на личные расходы.
— На личные? За чужой счет?
— Я бизнесмен! Мне нужен соответствующий уровень. Ты просто не понимаешь.
— Зато теперь понимаю, кто ты на самом деле.
Алексей схватил ее за руку:
— Никуда ты не пойдешь! Мы все обсудим.
— Пусти, — Настя стряхнула его руку. — Нечего обсуждать.
— Думаешь, сможешь одна? Без меня?
— Лучше одна, чем с тобой.
Он отступил, глядя, как она складывает вещи в сумку.
— И что дальше? Будешь жить у мамочки? Я между прочим квартиру снимаю, за аренду плачу!
— На мамины деньги? Или на наши общие накопления? — Настя застегнула сумку. — Можешь не провожать.
Следующую неделю Настя провела в поисках квартиры. Нашла небольшую студию - недалеко от работы, по разумной цене. Алексей забрасывал ее сообщениями: сначала злыми, потом примирительными, потом снова агрессивными. Она не отвечала.
Валентина Константиновна поддержала решение дочери:
— Правильно делаешь, что уходишь сейчас. Пока нет общего имущества, детей. Потом было бы сложнее.
— А как же деньги?
— Деньги - дело наживное. Главное - ты вовремя разглядела его настоящее лицо.
Настя подала заявление на развод. Алексей пришел в суд в дорогом костюме, с новыми часами на руке. Говорил что-то про временные трудности, про недопонимание, про то, что все можно исправить. Настя молча положила на стол распечатки его банковских операций и фотографии новой машины.
— Откуда у тебя это? — процедил он сквозь зубы.
— Неважно. Важно, что каждая выписка, каждый чек доказывает: ты специально все спланировал. Взял деньги у мамы, потратил наши накопления, а потом прикрывался проблемами в бизнесе.
— Да, я потратил деньги! И что? Я мужчина, я сам решаю!
— Вот и решай дальше. Один.
После развода Настя переехала в свою студию. Валентина Константиновна помогла с первым взносом за аренду - достала последние сбережения.
— Не переживай за меня, — сказала она дочери. — Я уже написала заявление в суд по поводу долга. Пусть даже не выиграю дело - зато буду знать, что сделала все возможное.
Алексей продолжал появляться - то возле работы Насти, то около ее дома. Однажды она столкнулась с ним у подъезда:
— Может, поговорим? — он преградил ей дорогу. — Я все осознал, я готов измениться.
— Нет, — она посмотрела ему в глаза. — Ты ничего не осознал. Просто ищешь новую жертву для обмана.
— Ну и ладно! — крикнул он ей вслед. — Думаешь, ты одна такая умная? Найду другую, которая ценить будет!
Настя не оглянулась. Она поднялась в квартиру, достала ноутбук и открыла файл с планом накоплений. Теперь она точно знала: никому больше не позволит распоряжаться своими деньгами и своей жизнью.
Через месяц Валентина Константиновна выиграла суд - Алексея обязали вернуть долг с процентами. Он подал апелляцию, начал жаловаться на финансовые трудности. Но судебные приставы уже наложили арест на его новую машину.
— Главное, я поняла одну вещь, — сказала Настя маме, когда они обсуждали решение суда. — Нельзя позволять другим людям решать за тебя. Даже если эти люди называются твоей семьей.
— Верно, — кивнула Валентина Константиновна. — И нельзя верить красивым обещаниям. Только поступкам.
Прошло полгода. Настя накопила на первый взнос по ипотеке - теперь уже самостоятельно. Она больше не искала встреч с бывшим мужем и не интересовалась его жизнью. Ей хватало своих планов и целей.
А Валентина Константиновна каждый месяц получала от судебных приставов небольшие суммы в счет погашения долга. Она складывала эти деньги на новый счет - для действительно важных целей.