"Главное не путешествие, а цель".
Почему это не только лучший фильм четверти века, но в каком-то смысле его итог? О чём вышел фильм солидного хронометража? Об иммигрантах? Холокосте? Об архитектуре? Многоплановое кино Брэйди Корбетта, у которого в фильмографии это только третий фильм, уже стало классикой, какой признают картины подобного формата, а именно — американская сага. Его картину уже можно поставить в один ряд с такими титанами, как "Симаррон", "Великий Зигфелд", "Гражданин Кейн", "Крёстный Отец 2", "Нефть" — список редких фильмов, где история главного героя тесно сопряжена с историей Америки, её жадностью, амбициями, великолепием, тщеславием, эгоизмом и монументальностью.
Всё это — "Бруталист" Брэйди Корбетта.
"ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В АМЕРИКУ".
Фильм прекрасно стартовал в Венеции, собрав пять наград, и было очевидно, что именно ему предназначался Золотой Лев, если бы кто-то из жюри не заметил, что у Альмодовара нет ни единого главного приза за всю фестивальную карьеру и необходимо вручить его за просто очередную картину "Комната по соседству", исключительно за выслугу лет... Тогда как "Бруталист" кажется идеальным фильмом для наградного сезона.
Бюджет картины был чуть менее десяти миллионов. Сложно в полной мере развернуться так, чтобы показать Америку со всех ракурсов, но Брэйди Корбетт с этим справляется за счёт хроники. Будь то радио на заднем фоне или видео тех лет. С их помощью мы не только узнаём сколько прошло времени и какой ныне его отрезок, но и видим, как меняются Соединённые Штаты.
Иллюзорность капиталистического лоска и его маркетинговый пафос обрывается очередями бездомных за едой. А исходя из жизни одного иммигранта, мы можем предположить чьим трудом улучшалась инфраструктура, которую так расхваливает телевизор. И очевидно, что это дело рук не богатых предпринимателей вроде Харрисона Ли Ван Бюрена, которого играет Гай Пирс, а тех самых бездомных, далеко не каждому из которых достанется миска с едой, вернее, подачка.
Впрочем, режиссура Корбетта восхищает не только из-за просто чудотворного умения снять три с половиной часовой фильм на плёнку, менее чем за десять миллионов долларов и уложиться при этом в 31 день. Чёткому планированию и видимости того, как это должно выглядеть произведение, позавидовал бы настоящий архитектор.
Всё сложено в едином стиле: от дизайна титров, движущихся горизонтально, заканчивая образами, соединённых вместе также искусно и нежно, как конструкции Ласло Тота — венгерского архитектора в исполнении Эдриана Броуди. Киноязык Корбетта восхищает, потому что он не перестаёт говорить на нём на протяжении солидного хронометража самыми разными способами. Ему хватает фантазии и сил, чтобы занять зрителя на это время. Отсюда закономерно возникает номинация на Оскар за лучший монтаж да и в принципе девять других, включая лучший фильм года.
Уместно и использование интермиссии.
Это не только дань уважения плёночным таким же мегаламанским фильмам а-ля "Лоуренс Аравийский", "Бен-Гур" или "Унесённые Ветром", а также не продюсерская прагматика, — заменять бобины с киноплёнкой в перерыве между двумя частями, — всё-таки главное здесь: художественное решение, отвечающее запросам эпичной истории, пускай не всей нации, как вышеупомянутые фильмы, но одного человека, олицетворяющего всех иммигрантов.
Это американская сага, абсолютно оправданная своим хронометражём. Просить фильм быть короче в данном случае, всё равно что просить книгу быть на сто страниц меньше. "Двадцатый Век" Бертолуччи идёт чуть более пяти часов, но как ещё рассказать 50 лет истории? Также и "Бруталист", каждая деталь раскрывает персонажа, в котором сияет актёрское мастерство каждого из актёров. Это лучшая роль Эдриана Броуди, которая не дискредитирована за счёт использования нейросетей. Даже они здесь уместны как никогда.
Диалоги на венгерском между Ласло Тотом и Эржебет были отредактированы с помощью нейросети, дабы это не выглядело клюквой. Броуди и Фелисити Джонс изучали венгерский язык, месяцами тренировались и нет ничего страшного в том, что (с их разрешения) буквально несколько гласных сгладили, чтобы фильм казался более правдоподобным. Это в первую очередь уважение к венгерскому языку и к Венгрии соответственно. Можно спросить у Мексики то, как приятно ей слушать и смотреть "Эмилию Перес", где американцы ужасно говорят и поют по-испански. Мексиканцы буквально ненавидят этот мюзикл. Так ли приятно слушать речь русскому человеку, когда Гарри Олдман пытается говорить по-русски в "Самолёте Президента"? Если смеха ради, то цель достигнута, но едва ли была такая задумка, тогда как Брэйди Корбетт сделал всё возможное, чтобы кино получилось настоящим. В этот момент, где-то гневаются архитекторы, которые ополчились на "Бруталиста" ведь в нём нет брутализма. Почему уважение к Венгрии соблюдено, а к архитектуре нет? Венгры реальны, а искусство эфемерно. Такого рода "профессиональные" придирки бессмысленны хотя бы потому, что это псевдобайопик с вымышленными персонажами. Всё равно что упрекать фильм в том, что он показал Ласло Тота не таким, каким он был в жизни... Брутализм здесь ни разу не упоминается как течение. "Бруталист" это состояние героя, стиль его жизни. Образ, который тетрисом нагромождается на его плечи и он проносит его через всю жизнь.
Это криптоисторическая драма. Художественный фильм, в конце концов. От того, что космонавты в пух и прах разнесли "Гравитацию", а историки "Храброе Сердце", от этого конкретно эти фильмы не становятся менее гениальными или просто хуже. Как "Бруталист" не стал хуже от того, что тема возникновения брутализма не развита, как того кому-то хотелось бы, а здания не вышли таким, какими их ожидали увидеть архитекторы. Эта критика не имеет никакого отношения к фильму, который на самом деле использует архитектуру, как фон, или, лучше сказать, фундамент, подобно "Апокалипсису Сегодня", использующего войну во Вьетнаме, как полотно для самых мрачных человеческих воплощений, а не чтобы показать документальный фильм про вьетнамскую войну.
БРУТАЛЬНЫЕ ОБРАЗЫ.
Музыка Дэниэля Блумберга вторит не сколько масштабности, сколько амбициям суггестивных образов. Но она, как и сам Корбетт, не навязывает их, а приглашает зрителя самому развиваться в их интерпретации. Трубные с самого начала предлагают вдохнуть в грудь по больше воздуха, чтобы ощутить размах четверть века истории США, но на заднем плане в самом же начале, можно услышать скрипки, напоминающие ржание загнанных лошадей. Они как будто уже на издыхании, а ведь фильм только начался, но продолжает заявлять о своей эпичности, будто подстёгивая скакунов, на фоне тех же духовых.
Фильм говорит на множество тем и каждая из них распределена в идеальных пропорциях.
Проблема иммигрантов; Холокост; память; самореализация; художник и власть. В последней теме, ближе других референсов, тут видится "Гражданин Кейн", с той лишь разницей, что Кейн здесь персонаж Гая Пирса, тогда как фильм про лишь одного его работника. И вопрос в том, сколько же таких людей перемолол Кейн на пути к своему тщеславию. Художник и власть ненавидят, но живут за счёт друг друга. Имеет ли право заказчик требовать от исполнителя, если он платит, по сути за то, что не в состоянии сделать самостоятельно? Самым жестоким образом фильм показывает, как Америка насилует иммигрантов, которые строят эту страну, по сути состоящую из множества народов, объединённых когда-то у её основания, одной мечтой, впоследствии названной — американской.
Фильм гениален до такой степени, что каждый новый заявленный кадр можно брать и разбирать на монтажном столе, исследуя чертежи образов.
Тесность корабля вызывает клаустрофобию, а вместе с этим некую панику главного героя. И вот этот забитый иммигрантами корабль, причаливающий к берегам Америки, напоминает тесные коридоры Бухенвальда. С другой стороны, он выходит наружу под ту же эпичную музыку, вдыхая воздух Свободы, олицетворением, которой является Америка. Как когда-то Ласло Тот и весь мир оглохли от счастья, когда война закончилась.
И первое архитектурное сооружение, которое видит Ласло, это перевёрнутая Статуя Свободы, символ, чьё значение заключено в названии, но искажённый за счёт своего ракурса. Этот кадр полностью характеризует весь дальнейший фильм и подготавливает зрителя к тому, что он сейчас увидит. Номера на иммигрантах, прибывших с корабля ассоциируются с цифрами, какие писали на евреях в концентрационных лагерях. Однако вновь этот образ можно интерпретировать двояко: одни и те же цифры, но в одном случае смертника, а в другом, свободного человека. Один и тот же символ, но такие разные значения.
Когда Ласло Тот встречается со своим двоюродным братом, он обнаруживает название его фирмы неожиданным. Фамилия кузена изменена, а в названии добавлены сыновья, которых у него на самом деле нет. К лучшему или к худшему, но Америка изменила его. И нельзя сказать воплотил он свою американскую мечту, или же адаптировался...
Самый страшный и неприятный символ, это когда после краха героя, видна выемка мрамора в горе. Так и Ласло Тот навсегда утратил частичку себя, возложив на алтарь самореализации свою уникальность, которая теперь осквернена во всех смыслах этого слова.
В ЧЁМ СМЫСЛ КОНЦОВКИ?
Так действительно ли важна цель, а не путешествие?
Американская мечта воплощена. Имя архитектора славится по всему миру, открыт музей в его честь. Ласло Тот увековечил себя своими же произведениями. Это эталон самореализации, к которой стремится каждый человек.
Но так ли это на самом деле?
Он прошёл ад, подобный тому, что переживал в Бухенвальде, его жены рядом нет, а шедевр всей его жизни носит наименование человека, превратившего его свободу в концентрационный лагерь, из которого он чудом когда-то смог бежать, но в итоге снова в нём оказался...
Сколько страданий, панических атак, мук, слёз, горя скрыто за получением той или иной награды: за получением нобелевской премии, Оскара, медали за героя воинской славы, памятника? Жизнь Ласло Тота можно даже воспринимать, как метафору возникновение целого Израильского государства. Великая страна-приют, но цена её возникновения — Холокост. Так и шедевр архитектора хранит в себе ужас, который перенёс создатель. Насколько равносильно в таком случае путешествие и конечная цель?
Люди видят ладную обложку, которую не открыть из-за слипшейся крови между страницами, но людям и не хочется её открывать. Зритель видит и зачастую желает видеть только награду, то самое воплощение Американской Мечты, но не знает какой ценой она воплотилась. Жизнь человека открывается в виде лощеного музея, где каждой вещи нужно дать имя и хороший рекламный лозунг:"важно не путешествие, а сама цель". И это в корне обесценивает весь жизненный опыт, а значит саму человеческую жизнь низводя её до состояния того или иного предмета с кратким описанием. Одной из пары ботинок в Аушвице, которые когда-то носил очень конкретный человек, хотя когда-то он навсегда растворился в газовой камере. И это делает "Бруталиста" самым мрачным фильмом, посвящённым Америке, уже ближе к "Нефти", когда душа становится такой же черной и легко воспламеняющей, как ресурс, который добывает главный герой. Если уж Американская Мечта не умирает в фильме Брэйди Корбетта, то уж точно и не воскрешается. Её просто не существует.
Но, разумеется, есть и другая сторона вопроса.
Самореализация, воплощение уникальности, свойственной только этому человеку, дело всей жизни увидело свет. Яркий и ослепительный, ради которого стоит бурить до самой бездны, чтобы войти в этот свет и оказаться в тобой построенном здании, олицетворении конкретного человека, и как это всегда бывает в жизни, оно хранит в себе самые разные моменты, каждый из которых занял свой уголок в этом проекте. Он всё-таки состоялся благодаря обстоятельствам, а не вопреки.
Смерть обесценивает человеческий путь, ведь он в одночасье прекращается по её прихоти, но подобная нерукотворная самореализация в виде воплощения своей мечты — монументальная победа над нею. И в таком случае, цель действительна важнее путешествия.
___________________
А как Вам фильм? Пишите в комментариях и оставляйте свои брутальные лайки! Всем добра и здоровья!
Не забудьте подписаться!