Среди тех достижений, которые христианство привнесло в историческую науку, особого внимания заслуживает новое осмысление времени и истории. С древности различные языческие народы воспринимали время как нечто циклическое, а события как постоянно повторяющиеся явления. Отсюда логично вытекала всем известная идея «раньше было лучше». Сначала наступают хорошие времена, потом с течением времени всё портится, затем наступает кризис, хаос, и в результате коренных изменений снова наступают хорошие времена, очередной золотой век. Так было, например, у древних греков, которые создали концепцию смены политических режимов (за хорошим шёл обязательно плохой). В какой-то степени идея эта совершенно независимо развилась в историописании народов Востока: Китай (идея смены династий), Индия, мусульманские страны и процветала вплоть до становления науки в них по европейскому образцу.
Христианство же переосмыслило время на совершенно иных началах. Время стало линейным, у него есть начало (Божественное сотворение) и есть конец (Второе пришествие Иисуса Христа). В отличие от представлений об истории как о циклическом процессе, христиане стали смотреть на историю как на процесс, в котором человечество при помощи Бога становится всё лучше и лучше, а христианство распространяется всё дальше и дальше, на весь окружающий мир, в центре которого стоит сначала богоизбранный народ, потом собственно христиане, сменившие иудеев. История каждого конкретного государства рассматривается не сама по себе, но как часть истории всеобщей, в которую каждый конкретный народ или государство вовлекается с помощью принятия христианства. Сама же история и её течение существуют вне зависимости от человеческой воли.
Также важным было представление о стадиальности истории. Новый этап не может начаться, пока не завершён старый, и всякий конец прежней ступени исторического развития – это начало ступени новой. И христианство в отличие от прежних представлений, согласно которым мир становится хуже, содержит идею прогресса – человечество становится лучше, несмотря на всю сложность вызовов, с которыми оно сталкивается. История человечества уже не может быть историей того, что хорошие времена были испорчены, но сама история земного времени начинается с ослушания первых людей, и весь путь человечества – это путь к спасению и исправлению, очищению от греха и нравственному совершенствованию.
Подобное понимание времени у христиан, несомненно, было огромным достижением. Сложно представить историческую науку без этого, как сложно представить мировоззрение любого современно мыслящего человека без идеи прогресса, саморазвития и личностного роста. Причём на уровне обывателя это стало в какой-то степени не просто абстракцией, но даже и необходимостью, обязанностью всякого человека, пусть даже и далёкого от христианства. И если даже сам человек не желает заниматься саморазвитием, то он должен быть причастен к развитию своего общества или государства. И таким образом все мы живём в том времени, которое осознали и осмыслили христиане и в той парадигме истории, которую они распространили на весь мир.
Историзм Библии и христианства.
Среди всех прочих религий и учений только христианство стало по-настоящему историчной религией, чья суть с самого начала была чётко привязана к конкретным историческим событиям. Как писал Марк Блок в своём знаменитом труде «Апология истории», христианство – религия историков. Именно через исторические события раскрывается боговдохновлённое учение, а само движение истории – это панорама становления человека. В движении истории происходит замена одних заповедей на другие по мере того, как человек нравственно созревает для тех или иных новых законов. Так, например, сначала жертвы приносятся повсюду, а затем — только в Иерусалиме; сначала грех карается в потомках, Исх 34:7, а затем эта угроза отменяется у Иез 18:20; сначала даются правила о запретной пище, Лев 11, а в НЗ они отменяются, Мф 15:10-20; сначала Слово Божье проповедуется только израильтянам, а затем уже «всем народам». И это, кстати, важный аргумент тем, кто считает, что Ветхий завет полон немотивированно жестких наказаний для грешников и что Господь в Ветхом завете якобы поощрял рабство и многожёнство. На самом же деле подобные явления рассматриваются не более чем один из этапов для развития человечества, гораздо более лучший, чем предыдущий, но, конечно же, худший, чем следующий.
Говоря об историзме Библии и христианства в целом, нельзя также не отметить ещё одну его важную черту. Поскольку мир становится историоцентричен, то в центре его рядом с Богом находится человек. Именно отсюда вытекает непреложная ценность человеческой жизни, как отдельной личности, так и сообщества в целом. И человек становится таким именно благодаря тому, что он стал творением Бога. И как у творения Бога у человека есть перспектива будущего, более прекрасного, чем настоящее. Марк Блок пишет: «Наше искусство, наши литературные памятники полны отзвуков прошлого; с уст наших деятелей не сходят поучительные примеры из истории, действительные или мнимые». Подтверждением слов великого французского историка, основателя школы «Анналов» и целого направления, совершившего переворот в исторической науке, является вся многообразная культура Запада. От раннехристианских сочинений и хроник вплоть до современных комиксов, посвящённых супергероям, все они носят ярко выраженный исторический характер и желание запечатлеть уникальные события мировой истории. И всё это стало возможным именно благодаря христианству и той идее историзма, которую до нас бережно донесло Священное писание.