Когда мы жили в институтском доме, будучи уже женатыми в однокомнатной квартире, у меня был автомобиль «ЛУАЗ», и мне нужен был гараж. Это сейчас много машин, они стоят прямо во дворах, а раньше нужны были гаражи, потому что автомобили воровали, делали повреждения. А также для ремонта автомобилей нужно было что-то где-то хранить. Сети СТО тоже не были развиты. И я самостоятельно ремонтировал свои автомобили.
По совету отца я решил сделать железный гараж. Он познакомил меня со своим начальником цеха Лазоренко Николаем Ивановичем, который помог мне приобрести на машиностроительном заводе железо для его изготовления. Когда мы посчитали, сколько будет стоить железо, оказалось, что очень дорого; по моим небольшим заработкам выходила весьма серьёзная цена.
И вот этот начальник предложил выписать железо бракованное, а выдать качественное, потому что в цене это была большая разница. Но так получилось, что выписали мы бракованного по объему всё равно меньше, чем нужно было для гаража. Я погрузил всё на автомобиль и увёз к себе домой, сложил в сарай для того, чтобы потом «изготовить изделие».
А через три дня соседи поведали о визите представителей ОБХСС, интересовавшихся этим железом; они хотели встретиться со мной. Я при встрече рассказал обо всей этой ситуации начальнику отца, который мне организовал это железо. Он сказал, что с ОБХСС не шутят, и надо часть железа из сарая увезти в другое место. Я договорился с друзьями, заочниками педагогического института, и мы ночью большую часть металла вывезли и перепрятали в другое место. Когда пришли работники ОБХСС, они просчитали товар, металл. Были, естественно, расхождения какие-то, но, в принципе, дело было неподсудное. Я был очень удивлен - как так быстро сработал ОБХСС и как они узнали. А начальник моего отца сказал, что на заводе есть люди, которые недовольны чем-то и при случае пишут заявления в ОБХСС, а там уже быстро «реагируют». Начальник даже знал, кто это делал. Не хочу сказать, что был прав, но почему-то к этим людям у меня было негативное отношение, я называл их стукачами.
Изготовление гаража было тоже делом непростым. Я написал заявление на имя главного инженера на разрешение изготовления гаража в своей автоколонне. Начальник производственно-технического отдела посчитал, сколько это будет стоить, и дал возможность использования сварочного агрегата в течение десяти часов. Сказав, что это займет гораздо больше времени, но, тебе тогда не рассчитаться будет, а так у тебя будет квиток оплаты, и люди промолчат. Люди – это те же стукачи. Он улыбнулся и отдал мне подписанное заявление. Он-то знал, сколько я сделал хорошего для предприятия, безвозмездно. Фамилия его – Титов Александр Михайлович, тот же человек, который за меня проголосовал при распределении квартиры, получив добрую порцию недовольства от директора автоколонны. Есть хорошие люди на земле.
Дело это обошлось, никого не наказали, но стоило это мне огромного эмоционального напряжения и нервов. Закончив гараж, я поставил туда автомобиль, но встреча у меня с ОБХСС была не последняя. Я сделал вывод, что воровать – это плохо, хотя и выгодно, а вот тот эмоциональный груз, который давил на меня всё время, пока шло следствие, стоил гораздо дороже сэкономленных денег. Мы же в молодости не думаем о здоровье, растрачиваем себя физически и эмоционально, а с возрастом, как я сейчас убедился, всё это «вылезает» боком. Физические нагрузки ведут к болезням тела, эмоциональные – к болезням нервов. Но самое главное, по прошествии времени, я отчетливо понял, что был ВОРОМ. Лучше быть честным! Не торгуйся с совестью, пускай это будет дольше, но заработай своим трудом. Трудно зарабатывать деньги руками, надо учиться зарабатывать головой. А заработаешь головой – всё купишь, что надо, и проблем не будет. Правда, бытовало мнение, что государство обманывает нас, а мы должны обмануть государство. Но я пришёл к выводу, что не хочу это держать на своей совести. Не ворую.
Уже много позже жена Лазаренко Николая Ивановича позвонила мне и сказала: «Коля велел к тебе обратиться насчёт оградки для него». Мы изготовили ему красивую кованую оградку и установили на могиле. Царствие ему Небесное. И, кроме этого, мы, как заядлые охотники, часто ездили вместе на охоту.