Глава 14-15. Выгнали.

Итак, я проработал несколько лет в автоколонне. К тому моменту уже и хороший руководитель ушёл на новое место – директором треста, а ему на смену пришёл другой человек – Чирков Анатолий Михайлович, с которым мы не находили общего языка. Например, он требовал производственные травмы квалифицировать как бытовые. С чем я категорически не соглашался, учитывая права людей. Это когда я уже работал инженером по технике безопасности. Он всё время меня «прижимал», и как только «прижмёт» – я писал заявление на увольнение. А на мою должность не больно-то кто стремился. По заведённым правилам перед окончательным расчётом и уходом с предприятия нужно было целый месяц ещё отработать. И если ты после написания заявления в течение месяца отработал, а на следующий день на работу вышел, то считалось, что ты опять работник предприятия, и заявление забирать было необязательно.

Однажды я в очередной раз написал такое заявление. Накануне дня окончания месячного срока директор вызывает меня к себе в кабинет и говорит: «Сегодня кончается твой срок, с завтрашнего дня ты уже не работаешь в автоколонне. И на работу не вздумай выйти». Я, конечно, испугался, потому что заявление писал в сердцах, а на самом деле уходить никуда не собирался. Отвечаю ему: «А я завтра выйду и здесь останусь». На что он говорит: «Не знаю, куда ты собрался выйти, я на твоё место уже нашёл человека». Я не спал всю ночь. На следующий день утром, зайдя сначала в партком, обрисовал ситуацию, сказал, что выхожу на работу. Потом то же самое сказал в профкоме, а потом ещё в отделе кадров объяснился. Тогда только пошёл на своё рабочее место. Примерно в 10 часов звонит директор, приглашает к себе в кабинет и говорит: «Юридически ты прав. Я не могу тебя уволить, потому что человек, который приходит на твоё место, работает на нашем предприятии, а вот если бы он был с другого места – шансов у тебя бы не осталось. Но знай: работать я тебе всё равно не дам». Зная его характер, его способность «сожрать» любого с потрохами, я всё-таки принял решение уволиться, но не в этот день. Зашёл в профком, партком, не увидев поддержки ни парторга, ни профорга. Все прятали глаза. Я сказал, что сегодня пишу заявление на отпуск с последующим увольнением. Отпуск мне дали, и я уволился, за время отпуска, найдя другую работу. Тогда я ещё не понимал, что всё, что ни делается, – всё к лучшему. Проработав десять лет в автоколонне, я, тридцатилетний мужчина, искренне плакал. Это я потом понял: мне нужна была свобода, но тогда я ещё не знал, как это сделать.

А совсем недавно я встретил своего бывшего, негативного начальника. Подошёл к нему и стал благодарить за то, что он тогда сделал. Он сильно испугался, я видел по его лицу, как он боится, что я буду ему мстить. Чтобы он окончательно понял, что не обижаюсь, я решил сделать ему подарок. Видели бы вы удивление в его глазах. Тогда он был уже не начальник – а просто пенсионер, старший по дому (дому, который построила автоколонна), и попросил меня изготовить урны для подъездов. Я выполнил его заказ и подарил дому урны. Действительно, если бы меня тогда не уволили, я, может быть, так и проработал всю жизнь в автоколонне и не знал бы, что есть более широкие перспективы, лучшая жизнь. Спасибо вам, дорогой Анатолий Михайлович, я молюсь за вас. Сейчас уже за покойного.

В начало.

Следующая глава.