Роман "Измени меня", часть 3
Аделина
Игорь действительно встает передо мной на колени.
В мечтах я предполагала, что рано или поздно это случится. Но не при таких обстоятельствах! Ведь в этом положении принято доставать коробочку из кармашка, а не объявлять трагическим голосом:
— Последний ужин, Аделина. Большего не прошу. Единственный вечер в кругу моей семьи. Так, будто бы мы все еще счастливы вместе. За это можешь попросить все что угодно. Я обещаю, что выполню любую твою просьбу. Клянусь.
Думаю, его слова будут долго звенеть в ушах, напоминая этот день, не заладившийся с утра.
Все происходящее похоже на глупый розыгрыш. Жду, что из-за угла выскочат веселые люди с шариками и конфетти. И он скажет: «Поверила?! Я же люблю тебя, глупая! Выходи за меня!» А после наденет на безымянный палец кольцо. То, о котором я так мечтала.
Но никто не выскакивает. Только Федор Алексеевич, покидая уборную, расплывается в довольной улыбке. Он, конечно, заметил, как смотрит на меня его внук, стоя на коленях. Позор. Теперь и он будет думать, что мы решили пожениться. Его мягкий взгляд, доброта ко мне и внимание… Помощь нашей семье. Нет, я не могу так просто сбежать.
— Ладно. Но это будет действительно последний ужин. Ты не будешь просить меня о сопровождении на прием, концерт или деловую встречу. Никаких одолжений, семейных праздников. И деду скажешь сам о нашем разрыве… Я не желаю его ранить.
— Обещаю! — Игорь расплывается в счастливой улыбке. — Знал, что ты лучшая!
— Но это не помешало искать чего-то на стороне, — слетает с языка. Слишком горько. Пожалев о сказанном, поспешно отвожу взгляд. Близость этого человека теперь невыносима.
— Боже… Адель… Не думал, что ты все еще любишь меня, — Игорь выглядит растерянным. Какой же он глупец!
— Теперь уже нет. Я тебя не люблю. Ненавижу. Впрочем, неважно. Идем, нас ждут.
— Спасибо. Даже не представляешь, как это важно для меня.
— Делаю это ради спокойствия твоего дедушки. И в последнюю очередь для тебя, — холодно чеканю.
— Хорошо, понимаю.
— И не забудь, что ты обещал мне одно желание.
— Да, конечно. Могу расписаться кровью, если тебе недостаточно моего слова.
— Это не понадобится. Оставь кровушку при себе. Уверена, твоя новая пассия с удовольствием ее тебе подпортит, — стерва внутри так и лезет наружу. Слишком больно принимать факт, что тебе предпочли другую. Чем она лучше?! Может быть, надевает более выгодные наряды? Имеет внешность приятнее моей? Тщательнее наносит макияж? Готовится к встрече, целый день проводя в салоне красоты?! Такая «идеальная женщина» по словам психолога Вадима.
Бросаю мимолетный взгляд на зеркальную поверхность стены. Мой вид далек от образа куколки — содержанки. Отчасти, потому что я не считаю себя «цветком в оранжерее», как многие богатые девушки. В этом моя сила, но это же моя слабость.
— И что же ты попросишь в качестве платы? — Игорь отрывает от мыслей. — Если вопрос денег, то не переживай. В любом случае я не оставлю тебя без поддержки. Даже если он передаст все свое имущество мне, ты получишь компенсацию за моральный ущерб.
— Спасибо за заботу, но свое желание я озвучу это после ужина.
— Как хочешь, — пожимает плечами и протягивает руку. — Давай. Играть так до конца.
Стараюсь идти уверенно. Мне нечего бояться — семья Игоря хорошо относится ко мне, особенно дед. Так что вряд ли меня осудят. Тем более что правда на моей стороне.
За столом все. Удивительно, но пришла даже старшая сестра Игоря с мужем и ребенком. Видно, сегодня будет вечер откровений, раз Федор Алексеевич собрал всех.
Игорь галантно отодвигает для меня стул, и я украдкой бросаю на него взгляд. Этот мужчина достаточно красив. Идеально уложенные темные волосы, смуглая кожа, брутальная щетина и правильные черты лица, которые я нахожу, нет, находила привлекательными. Восточный типаж, его красота, как видно, привлекала не только меня…
— Садись, пожалуйста, — ловит мой взгляд, отчего я вспыхиваю. Он выглядит немного смущенным. Мы оба не в своей тарелке, но надо постараться взять себя в руки.
— Не устаю любоваться на вашу пару, — говорит глава семьи. Он искренне рад за нас, но в свете последних событий его фраза кажется мне издевкой. Зачем я согласилась на этот фарс?
— Спасибо, дед. Так ты скажешь, зачем собрал всех нас?
— Давайте сперва подкрепимся, а после перейдем к делам. Какой замечательный салат! Рекомендую!
Под неторопливую, интеллигентную беседу наш ужин, наконец, перестает быть пыткой. Федор Алексеевич уводит внимание на себя, рассказывает веселые истории из молодости, а семейство подхватывает и бурно обсуждает, тщательно пережевывая пищу и попивая неприлично дорогое вино.
— Как на работе? — интересуется сестра Игоря. — Говорят, у вас в университете грядут большие перемены…
— Да? Не слышала, — делаю вид, что удивлена. На самом деле об отставке ректора давно говорят. Но вот вопрос о том, кто займет его место открыт и очень популярен среди преподавательского состава.
— Ну ты как из леса… Даже до меня слухи дошли, а ты там на передовой!
— Я не особенно слежу за новостями. Какой толк? Вряд ли меня назначат, — свожу к шутке. — А кто придет на место, искренне порадуюсь за этого достойного человека.
— Ну ты даешь… Я бы уже разузнала все и использовала в личных целях, — сестра Игоря хлопает глазами.
— Мария! — одергивает дед. — Зачем плодить сплетни, если нет официальной информации? Тем более какие личные цели могут быть у нашей Аделины? Она и так счастлива и работает только потому, что деятельная натура, непривыкшая сидеть на месте.
— Совершенно согласен, — поддакивает Игорь и кладет руку на мою ладонь. Дергаюсь, чтобы убрать, но под пристальным взглядом семьи оставляю. И еще сильнее сжимаю его пальцы, вызывая легкое удивление бывшего. Обещала же подыграть, пусть наслаждается.
— Ладно, вижу, вам не терпится заняться молодыми делами, — Федор отставляет тарелку. — Пора сказать, зачем я вас собрал.
Повисает тишина. Даже муж сестры Игоря перестает жевать. А их маленькая дочь не хнычет, замирая в детском кресле. Ее большие голубые глаза смотрят на прадеда с нескрываемым интересом. Впрочем, она единственная за столом, кто бескорыстно улыбается Федору Алексеевичу. Да, семья Волжаниных неплохие люди… Но когда дело касается больших денег, могут испортиться даже самые лучшие представители человечества.
— В этом году я ухожу на заслуженную пенсию, — дедушка оглядывает лица семейства. — Не новость, да? Пора, здоровье уже не молодецкое.
— Да ладно тебе, ты в свои семьдесят пять любого молодчика перещеголяешь.
— Ну спасибо, сынок. Но все-таки. Вас, конечно, интересует, кому перейдет управление фирмой. Интересует? Признавайтесь, спиногрызы! — Федор Алексеевич глухо смеется. Он беззлобно подшучивает над своими чадами. Но в его словах доля правды.
— Давай, не тяни, раз уж начал, — Мария отставляет бокал.
— В общем, я решил, что оставлю половину акций Аделине, а остальное поделю поровну между вами, за исключением части на благотворительность.
— В смысле? К чему такая странная арифметика? — вздрагивает Марк — муж Маши.
— Так будет правильно. Не хочу, чтобы мои дети цапались между собой из-за денег. Пусть основная часть будет у третьего лица. Не обижайся, Адель. Я полностью тебе доверяю. Ты взрослая, дееспособная… образованная. И не станешь плести интриги из-за денег.
— Этого недостаточно, Федор Алексеевич, — смею подать голос.
— Ты права. Немаловажную роль сыграли и твои родители, — он делает театральную паузу. — Мы объединяем наши компании. Именно поэтому у тебя будет большая часть акций.
— Что?! — выдыхаю.
— Мы долго обсуждали условия сделки и решили, что нам пора породниться во всех планах. Вы с Игорем поженитесь и тем самым скрепите наш выгодный союз. Именно факт вашего брака будет условием подписания завещания. И радостная новость: акции станут дороже, потому и вы, — кивает на остальных, — от этого в выигрыше.
— Да ну? — не удерживается Волжанин младший. — Мы с Аделиной не планировали свадьбу в ближайшее время.
— А я полагал иначе, — подмигивает дед. — Что в таком случае ты выпрашивал, стоя перед ней на коленях?
На нас устремляется несколько пар заинтересованных глаз.
— Когда же свадьба? Думаю, не стоит откладывать, раз такое дело, — выражает мнение Марк. Он уже подсчитал свою долю и не даст нам разойтись, по глазам вижу.
— А если я откажусь от своей части акций? — несмело спрашиваю у главы семейства.
— Тогда ты останешься ни с чем. Твои родители полностью поддерживают идею вашего брака и считают этот союз выгодным обеим сторонам. Оставшись без финансовой поддержки обоих семей, ты, конечно, сможешь работать в университете и не пропадешь… но подумай о них, — кивает в сторону семьи, — В случае твоего отказа, я лишу наследства и остальных, отписав все в фонд помощи больных раком. Вряд ли зарплата рядового служащего устроит Марка. А Маша так хочет дать малышке достойное образование в будущем и обеспечить комфортную жизнь… Конечно, кроме акций есть и недвижимость, и прочие блага. Но пока я жив и не решил, кому достанутся эти блага. Посмотрим на то, как вы будете вести себя, деля акции. К тому же вы с Игорем любите друг друга, верно? — сканирует нас проницательным взглядом. Неужели он настолько слеп, что не замечает нашу реакцию? Да мы в шоке!
— Какая похвальная инициатива, — Мария залпом выпивает вино. — Надо было заказать что-то покрепче.
— У тебя ребенок, не забывай, — кидает на нее суровый взгляд Марк. Он отличный отец, этого не отнять. И конечно же искренне любит свою жену.
— В общем, это то, о чем я хотел вам сказать. Если есть вопросы или предложения, принимаю в устной и письменной форме.
— Так в чем проблема? Игорю и Аделине давно пора расписаться… сколько вы вместе? С самого детства?
— Со школы, — поправляю. Игорь перешел в нашу гимназию в одиннадцатом классе. Не смущаясь, подсел ко мне за парту, очаровал и даже проводил домой после уроков. И понеслось. Нас хватило на целых восемь лет.
— Ого. Восемь! Цифра бесконечности. Счастливое число, — подмигивает Федор Алексеевич и я бледнею.
Неужели придется делить вечность с тем, кому обещала последний ужин и не секундой больше?
Из размышлений вырывает резкий голос Игоря. Он отодвигает стул и громко заявляет:
— Да, дедушка. Мы с Аделиной без ума друг от друга и поженимся немедленно. Дорогая, ты выйдешь за меня. Кольцо закажем у знакомого ювелира, он сделает уникальное в кратчайшие сроки.
Этот вопрос должен был звучать иначе, но я улавливаю лишь утвердительную интонацию.
Мне не дают вставить ни слова: Мария и Марк начинают громко аплодировать и кричать «ура», и их веселье подхватывает даже малышка. Заливисто смеясь и дергая маленькими ножками, она искренне рада, сама не понимая чему.
— Тогда предлагаю выпить за вашего будущего первенца! — поднимает бокал дед, ловя мой озабоченный взгляд на ребенке. — Уверен, вы, не откладывая, подарите мне еще одно голубоглазое счастье, и я вдоволь успею понянчиться. Обожаю детей! Они такие искренние и непосредственные, — теребит малышку за пухлую щеку, тем самым вызывая у ребенка восторг.
Хочу что-то сказать, но не удается:
— Сегодня и приступим, вот прямо сейчас, — решительно обещает Игорь, хватая меня за руку и прижимая к себе. Со стороны кажется, что мы счастливы и нам даже кто-то покрикивает «горько». Но я слышу другое:
— Не вздумай отказаться. Ты не можешь подставить нас всех.
— Правда? Тебе можно вести себя как животное, а мне нет? Может быть, рассказать всем про любовницу? Что тогда достанется любимому внуку? Шиш с маслом?
— Я разойдусь с ней, — Игорь меняется в лице. — Она того не стоит! У нас с тобой будет нормальная семья.
— Она не стоит наследства? Ха. Как здорово звучит! Не верю. Не единому слову, — шиплю.
— Давай, просто попробуем? Ты от этого ничего не потеряешь.
Конечно, мне ведь уже нечего терять!
Игорь заглядывает в мои глаза своими небесными. Чистыми, как у малышки. Все Волжанины унаследовали от деда проникновенный взгляд. На это я и купилась восемь лет назад. Частенько представляла, что и у моего ребенка будут такие же… И вот сейчас глупые мечты так близки к воплощению… Но я не могу сказать «да». Это выше моих сил.
Что же мне делать?..
