Съездили на место, разобрались в ситуации.
В редакцию Myslo обратились постояльцы Северо-Агеевского психоневрологического интерната, расположенного в Суворовском районе. По словам авторов обращения, из интерната массово увольняется медперсонал, за людьми некому ухаживать, а одна из медсестер позволяет себе поднимать руку на постояльцев.
Съездили на место, поговорили с руководством и людьми. Подробности — в нашем тексте.
На сегодняшний день в Северо-Агеевском психоневрологическом интернате проживает чуть меньше 400 человек. Это пожилые люди, инвалиды, страдающие психическими расстройствами и нуждающиеся в постоянном уходе, а также граждане, освободившиеся из мест лишения свободы.
«Руководство злоупотребляет полномочиями и довело ситуацию до того, что обслуживающий персонал массово увольняется. Доходит до того, что ночью за нами некому смотреть, — всем всё равно. Старшая медсестра поднимает на нас руку, а в январе нам выдали банковские карты, но на руки их никто не раздаст — все денежные средства заберут, потому что многие здесь даже не понимают, что такое деньги», — гласит текст поступившего к нам обращения.
Для директора интерната, Евгения Рыбина, визит прессы не стал неожиданностью. Коллективное обращение, якобы написанное постояльцами, уже приходило в региональный минздрав:
— Мы догадываемся, откуда дует ветер в этой ситуации. Дело в том, что какое-то время назад несколько медсестер возмутились тем, что у них и у приходящих работников одинаковая ставка — 55 000 рублей. Мол, мы профессиональные работницы, а нас уравнивают с обычными гражданами. Мы предложили медсестрам взять дополнительные смены и доплачивать за это по 17 000 рублей. Учитывая их график — сутки через трое, — это было самое разумное решение. Однако они заявили, что на одном из заводов им будут платить по 100 000 рублей. Три сотрудницы написали заявления по собственному желанию.
Евгений Рыбин.
На работе учреждения уход «бунтарок» никак не сказался, тем более что на одно из вакантных мест пришла новая сотрудница. Так что, по мнению сотрудников интерната, обращение — обычная месть уволившихся сотрудниц, захотевших насолить бывшему работодателю.
— Другого объяснения этой ситуации нет, — продолжает Евгений Рыбин. — Более того, большая часть наших постояльцев расписывается-то с трудом, так что написать связное обстоятельное письмо для них задача со звездочкой. Что касается перевода людей на безналичный расчет — это забота. Сами понимаете, среди постояльцев есть криминальные элементы, которым трудно удержаться от старых привычек. Было несколько случаев, когда люди забывали где-то в корпусе деньги, а их воровали. Поэтому было принято решение оформить карточки — целее будут финансовые средства.
После такого обстоятельного ответа директор интерната предлагает нам самостоятельно походить по корпусам и пообщаться с людьми. Мол, если кто-то чем-то недоволен — обязательно пожалуется.
— Да кто же на нас руку поднимать будет! — искренне возмущается одна из постоялиц, которую мы застаем за просмотром телевизора. — Чай, не все недееспособные: ежели что — в суд пойдем, за нами не заржавеет.. Живём тут как у Христа за пазухой: культурная программа, лечебная физкультура, питание на уровне. Кто мог к вам обратиться — знать не знаем. Если только какой из «ЗеКа» — они бывают вечно недовольными.
Впрочем, и бывшие «криминальные элементы» тоже недоумевают, когда мы спрашиваем о том, «кому в интернате жить плохо». А на вопрос о возможных побоях они просто начинают хохотать и крутить у виска пальцем: мол, у кого на них поднимется рука?
— Это раньше мы могли бузотерить, говорю честно, когда просто интернат был и можно было свободно передвигаться за его пределы, допустим, за водкой. А теперь он психоневрологический — на входе КПП. Оно нам надо? Думать, как пронести незаметно, как распить это дело? Проще компотика бахнуть, а потом делом полезным заняться.
Полезных дел для постояльцев много, они своими руками украшают территорию: делают садовые скульптуры, пишут отличные картины и прочее, и прочее.
— Много рукастых людей: постоянно принимаем участие в конкурсах и даже занимаем призовые места, — доверительно сообщает нам один из постояльцев. — А ругаться нам ни к чему, мы тут стараемся в добре жить. И этой, как её... Гармонии, во!
В региональном минтруде ситуацию с обращением прокомментировали следующим образом:
— Работа интерната находится на контроле в министерстве труда и социальной защиты Тульской области. В случае обращений получателей социальных услуг и сотрудников учреждения министерством проводятся плановые и внеплановые проверки.
О фактах, изложенных в анонимном обращении, сообщений в министерство не поступало.
Галерея
Читайте полную версию статьи на сайте MySlo.ru:
Рукоприкладство и воровство: как мы проверяли анонимку из психоневрологического интерната