"Помянем же волхва Ягайлу Гана, трудами коего был сохранен величественный мир славяно-ведической веры, сама древнейшая история славян." [86, с.84]
Рассматривать концентрированный бред от Носовского-Фоменко и хлипкую версию Историко-просветителей не вижу смысла. А вот трогательное братание антивлесовцев и влесовцев в пункте "Сулакадзев" не могло оставить меня равнодушной, даром что одни видят в нем автора, а другие передаточное звено. Ведь при этом обе группы замечательным образом пренебрегают важнейшими частностями.
.
Во-первых, нет никаких доказательств физического существования "Патриарсей", написанных / вырезанных на досках или хотя бы смутных подтверждений этому. Никто из современников, охотно посещавших частный музей Сулакадзева, и в письмах, а то и статьях, упоминавших о тамошних диковинках, не обмолвился ни о чем подобном. У нас имеется всего лишь строчка в списке, который вовсе не был перечислением книг из личной библиотеки Сулакадзева.
Еще раз читаем заголовок, данный самим Александром Ивановичем: "Книгорек, то есть, каталог Древним книгам, как письменным, так и печатным, из числа коих по суеверию многие были прокляты на соборах, а иные в копиях сожжены, хотя бы оные одной истории касались." И только у некоторых названий проставлено "есть" либо "есть в библиотеке". "Это была записная тетрадь, в которую <Сулакадзев> вносил различные книжные сведения, особенно его интересовавшие, и где рядом с действительными книгами внесены были местами и книги совершенно фантастические, составлявшие, очевидно, его собственное изделие" [100]. В той же статье Пыпина назван источник этого списка: "Главную основу этого отдела составляют книги, о которых <он> вычитал в известной статье о книгах истинных и ложных: эту статью Сулакадзев знал из "Иоанна, экзарха болгарского" Калайдовича (1824), который в другом месте упоминается в его цитатах" [100].
.
Во-вторых, открываем Калайдовича: "XV. О книгах истинных и ложных, и о суевериях. Ни мирских составленных псалмов глаголати в церкви, ни неисправленных книг чести, но токмо исправленные Ветхого Завета и Нового Закона. <…> А книг ложных писания сии суть, их же недостоит держати. Составлении мирстие псалмы: грядите все вернии, другое грядите, кресту твоему водружьшуся на земли, Адам, Енох, Патриарси, Сифова молитва, Адамль завет, …… детство Христово, Богородицино хожение по мукам, лоб Адамль, что семь царей под ним сидели, ….. о Соломоне царе, и о китоврасе, басни и кощуны ….." [104]. И убеждаемся, что Пыпин прав, Сулакадзев просто переписал завлекательные названия, вероятно, для дальнейшего поиска и приобретения.
.
В-третьих, "Патриарси" в переводе с церковнославянского – это просто "патриархи". И положение в сулакадзевском Книгореке этой записи рядом с "Енохом", "Евангелием от Фомы" и "Богородициным хождением по мукам" подтверждает, что речь идет об одном из христианских апокрифов. То есть, имелся в виду достаточно известный текст "Заветы двенадцати патриархов". Который хоть и не положено было держать в домах, но спокойно сохраняли, как в Палеях, так и самостоятельно, в различного рода сборниках (причем порой вместе с индексами отреченных книг).
.
Да, разумеется, Сулакадзев был наиболее известный из поддельщиков древних рукописей. Но всё же очень не единственный. Так почему Жуковская и Монгайт решили приписать Велесову книгу ему? И почему выбрали именно "Патриархов", хотя в "Книгореке" на таком необычном материале значатся еще Синодик новгородский, плюс Басни и кощуны о Китоврасе (тоже списанные у Калайдовича).
Напоминаю слова в тетрадке: "Патриарси. Вся вырезана на буковых досках числом 45 и довольно мелко: Ягипа Гана смерда в Ладоге IX века, о переселенцах варяжских и жрецах и писменах, в Моравию увезено." [100], от которых только и можно плясать.
Жуковская: "Содержание дощечек, язык и письмо их, а также имя Влес (Велес) позволяют предположить...." [98]. Однако на 1960 год Лидия Петровна изучила лишь одну сторону дощечки, так называемую 16а. Там всего содержания-то, что история про древнего главу семейства с двумя дочками, который маялся, не зная, кому передать многочисленные стада в непонятном отсутствии зятьев. Помолился Дажьбогу и в итоге Велес принес ему наследничка! Ничего общего с описанием у Сулакадзева. Имени Влес у него тоже нет, причем не только в этой строчке списка, но вообще. Поддельные записи Сулакадзев делал, сочетая кириллицу с другими алфавитами, чего во Влескниге не наблюдаем.
Так что общего лишь дерево как основа для письма. И корявый язык, призванный изобразить глубокую древность. И естественное для России повествование о русской старине. Маловато будет. Особенно если учесть, что люди без приличных знаний неминуемо сделают одинаковую ошибку. Заглянув в пару летописей, увидят там "аще десная твоя рука съблажняеть тя оусэци ю и врьзи от себе". Это 11 век, а надо еще древнее – значит, еще менее понятно, но чтоб общее звучание славянское. На выходе и будет некузявая нелепица хоть у Сулакадзева, хоть у кого.
.
Монгайт заморачиваться обоснованиями совсем не стал [99].
Дудко серьезно аргументирует невозможность авторства Сулакадзева для Влесовой книги в целом. Но предположение о том, что им могли быть созданы дощечки 15а и 17а, крепится фактически на единственном признаке: основной автор писал про близкий ему степной юг, а в этих дощечках говорится о начале Новгорода, которому симпатизировал как раз Сулакадзев [103].
Вместо того, чтобы отказаться от произвольного приписывания подделки Сулаказдеву, в 1977 году Жуковская в соавторстве с Бугановым и Рыбаковым выдвинули еще один довод (не менее сомнительный, чем предыдущие): "Как тут не вспомнить, что и так называемая Влесова книга доведена до последней четверти IX века" [105]. Велесова книга заканчивается там, где начинается Повесть временных лет. По вполне понятным причинам. Это не разрешает приравнивать ее к любой рукописи 9 века.
.
В 1980 году Жуковская в соавторстве с Филиным добавляют еще один признак: "Видевшие эти дощечки неспециалисты называют число 35. Но мы полагаем, что их изначально было 45, и что они – одна из подделок А. И. Сулакадзева." [106] На каком основании "полагаем"? Неведомо. Видевших дощечки в натуре насчитывается всего один человек – сам Миролюбов. И он называл цифру 37-38. При этом сохранившихся его усилиями текстов по объему явно больше. Творогов насчитывал около 50 [82], Дудко – 50 и 24 обломка (очевидно не от пары дощечек) [103]. А если еще вспомнить миролюбовские же сообщения, что он не переписал дощечки с неинтересными ему темами, то цифра перешагнет и за 60... которые не подогнать к 45 дощечкам "Патриарсей".
Вот и выходит, что в этом пункте уровень аргументации ученых не выше, чем у Ляшевского, столь же пустословно подтверждавшего идентичность Велесовой книги (дощечек Изенбека) и "Патриарсей" (дощечек Ягилы) [101].
Что касается описания в Книгореке, то придуманное Сулакадзевым содержание на самом деле не совпадает с содержанием Велесовой книги. И Моравия далековата от неведомого имения на Орловско-Курском направлении, где по легенде нашел дощечки Фёдор Изенбек.
.
В той же статье 1980 года Жуковская с соавтором Филиным поясняют свою позицию: "Мы далеки от того, чтобы приписывать эту подделку С. Лесному или Ю. П. Миролюбову. Не будучи лингвистами и историками письма, они попали в плен мнимой идеи о древности дощечек. Уже в 1919 году, когда их нашел полковник Изенбек, они были разрушены временем." [106] Непонятная мне однобокая деликатность. Сулакадзева можно назвать фальсификатором, создавшим конкретно Велесову книгу, а Миролюбова вдруг почему-то нельзя? Хотя, заметим, у Сулакадзева ее никто не видел, а Миролюбов ее из ниоткуда извлек и опубликовал. И лишь с его слов известно, что дощечки выглядели потрепанными временем. Так что ставим вопрос ребром: если Юрий Петрович мог "оказаться в плену", почему этого не могло произойти со скупавшим раритеты коллекционером Александром Ивановичем? Он тоже не был ни лингвистом, ни историком. Почему ж он не мог быть обманут кем-то из тех, у кого приобрел эту древность?
А всего-то и надо было: констатировать поддельность Влескниги, а затем сказать, что для определения времени создания подделки (и, тем самым, хотя бы предполагаемого авторства) – недостаточно данных. Не подкидывая сомнительных идей влесовцам.
.
И даже Творогов в своей отменной работе 1990 года не удержался, (сбитый с толку предшественниками, что ли). Тоже вспомнил Сулакадзева: "Как видим, язык сулакадзевских подделок напоминает нам по общему своему характеру язык ВК. Но их сближает не только это. И у Сулакадзева и у создателей ВК тот же интерес к языческой древности, те же псевдославянские имена (приведем в качестве примера заголовок одной из рукописей Сулакадзева: "Перуна и Велеса вещания в киевских капищах жрецам Мовеславу, Древославу и прочим", повествующей якобы "о событиях V или VI века", как указывал Сулакадзев). Та же перекличка со "Словом о полку Игореве", тот же изобретенный алфавит, будто бы сходный с рунами (именно "рунический" алфавит, как помним, неоднократно упоминал Миролюбов), тот же характер написания слов с пропуском гласных букв. <...>
Весьма вероятно, что подделки Сулакадзева (если они действительно были не только задуманы, но и исполнены и дошли до современников Миролюбова) или описания их (у Державина, Болховитинова, Пыпина) помогли Миролюбову в создании описания "Влесовой книги" и ее графики, натолкнули и на саму идею "деревянной книги". Наконец, допустимо, что А. Ф. Изенбек или кто-нибудь иной показывал Миролюбову какую-то поддельную дощечку с текстом псевдоязыческих пророчеств. Что такие тексты Сулакадзев сочинял, свидетельствуют его современники. Но этот вопрос требует дальнейших разысканий." [107]
Как так-то?! Ведь точно подметил "если они были исполнены". И нельзя не согласиться, что определенное родство в наличии, и что Миролюбов мог подцепить идею письма на дереве (хотя она не так уж оригинальна) просто из текста Пыпина. Сам же назвал Миролюбова наиболее вероятным автором подделки, созданной в середине 20 века. Но опять якобы реальная дощечка мельтешит.
Причиной, насколько я понимаю, послужило незнакомство Олега Викторовича с основным массивом высказываний Миролюбова о дощечках. Он имел в своем распоряжении только книгу Лесного, где тот процитировал несколько писем. В результате он не получил представления о том, что Миролюбов вообще по всем деталям, касающимся дощечек, говорил разное в разные годы и разным людям. И хотя Творогов обнаружил, что предмет его исследования основательно привирал в своих трудах, рассказывая о дремучем селе Юрьевка, где якобы сохранялись тысячелетние традиции, всё же не предположил, что и в остальном человек врал от души. Потому стал искать объяснение одному темному месту:
"Но как же быть с теми оговорками и противоречиями в высказываниях Ю. П. Миролюбова, которые дают основание допускать, что какие-то дощечки (с молитвенными текстами, выжженными железом, а не процарапанными ножом) он все же видел? Не восходит ли к их числу та единственная дощечка.... фотографию которой он решился опубликовать?" [107]
Охо-хонюшки... Почему Сулакадзев мог придумать и сделать, а Миролюбов не мог? Идея записи на дощечках легко прорастает при чтении статей, включающих известия Ибн Фадлана или Ибн ан-Надима о письме русов на кусках дерева, а также, например, при чтении работ о "табличках Альбертини" (публикации 1928 года и позже). Остальное доступно любому.
.
Дудко приводит общие соображения, не позволяющие говорить об авторстве Сулакадзева: слишком объемный текст, несравнимый с известными его подделками; несовпадение алфавитов; отсутствие у Сулакадзева интереса к южной Руси и степям; обычное для его времени сближение славянской культуры со скандинавской, отсутствующее во Влескниге; не характерный для него антиваряжский и антигреческий пафос; наконец соображение, что Сулакадзев не стал бы скрывать Велесову книгу, а поступил бы как с "Бояновым гимном" и "Вещаниями" [103].
Историк Логинов добавил к этому "алиби" еще довод: "Деятельность А. И. Сулакадзева пришлась на первые десятилетия XIX в. В то время в Европе ещё не познакомились с содержанием ригведийских гимнов, посвящённых Индре, Сурье и некоторым другим богам, упоминаемым в Велесовой книге" [108]. В самом деле, первый тематический очерк Ф.П. Аделунга появился в 1830, то есть, в год смерти Сулакадзева. И хотя за границей тогда уже были опубликованы две работы (английская и немецкая) с переводом некоторых гимнов, они были известны только специалистам. Перевод первой книги (мандалы) полностью вышел в 1838, и то на латынь.
А в его время все были увлечены суровыми скандинавами и кельтами. Из тогдашнего: "Открытие «Слова о полку Игореве» доказало, что и русский народ обладает поэмами, вдохновленными Оссианом." Или еще, о былинах Кирши Данилова: "В них заметны порывы Северной скандинавской лирической поэзии". Сулакадзев-фальсификатор, естественно, работал на потребителя. Мода на веды, Вишну, Сурью и т.д. пришла заметно позже него. Из чего следует, что Влескнига если и сфальсифицирована, то не Сулакадзевым.
.
Итог таков: нет ни прямых, ни косвенных подтверждений существования Велесовой книги вплоть до 1919 года. Независимо от того, считать ли её подлинником или подделкой. В первом случае она была где-то укрыта, во втором – сочинена не ранее конца 19 века.
82. Творогов О.В. Что же такое "Влесова книга"? // Русская литература. 1988. №2. С.77-102.
86. Асов А.И. Ученые о Велесовой книге. М., 2023.
98. Жуковская Л.П. Поддельная докириллическая рукопись: К вопросу о методе определения подделок // Вопросы языкознания. 1960. № 2. С. 142-144.
99. Монгайт А.Л. Надпись на камне. М. Знание. 1969. С.74-78.
100. Пыпин А.Н. Подделки рукописей и народных песен. (Памятники древней письменности. Т. СХХVІІ). СПб., 1898.
101. Ляшевский Стефан. Доисторическая Русь: Историко-археологическое исследование. Вальрико. 1977. 161 с. (цит. по изданию 2003 г.)
103. Дудко Д.М. Велесова книга. Славянские Веды. М., 2002.
104. Калайдович К.Ф. Иоанн, экзарх Болгарский: Исследование, объясняющее историю словенского языка и литературы IX и X столетий. М., 1824. С.208-210.
105. Буганов В.И., Жуковская Л.П., Рыбаков Б.А. Мнимая "Древнейшая летопись". // Вопросы истории. 1977. № 6. С. 202-205.
106. Жуковская Л.П., Филин Ф.П. «Влесова книга»... Почему же не Велесова? (Об одной подделке). // Русская речь. 1980. №4. С.111-118.
107. Творогов О. В. "Влесова книга" // Труды Отдела древнерусской литературы (ТОДРЛ). XLIII, Л., 1990. С.170-254.
108. Логинов Д.С. "Велесова книга": введение к научному анализу источника. М.: ИНФРА-М. 2012. 391 с.