15 июля 1841 года около семи часов вечера в окрестностях города Пятигорска состоялась дуэль поручика Тенгинского пехотного полка Михаила Лермонтова с отставным майором Николаем Мартыновым, завершившаяся гибелью поэта. Менее пяти лет назад Лермонтов отозвался на кончину Александра Пушкина стихотворением «Смерть Поэта», которое начиналось строчками: «Погиб Поэт! — невольник чести» — эти строки стали пророческими и для него самого. О том, кто и почему убил великого русского поэта — в материале MIR24.TV.
Дружба Мартынова и Лермонтова
Николай Мартынов и Михаил Лермонтов познакомились в юнкерской школе и подружились, несмотря на разницу в возрасте. Мартынова называли «свирепым человеком»: он был задирой и всегда демонстрировал свое превосходство. Лермонтов же был совершенно другого склада. Николаю он даже показался слишком изнеженным: неудивительно, ведь за Лермонтовым в столицу даже приехала его бабушка, сняла ему квартиру рядом со школой и всегда оберегала. Несмотря на все явные различия, молодые люди прониклись взаимной симпатией.
У друзей было общее увлечение: оба писали стихи. Если в умении воевать Николай превосходил приятеля, то на полях поэзии Лермонтову равных почти не было. Михаил относился скептически к творчеству товарища и считал его скучным. Говорили, что это стало одной из причин дуэли. А точнее, критика поэта стала причиной ухудшения их отношений.
Роман с сестрой друга, тайный дневник и ухудшение отношений
В 1837 году Лермонтова сослали на Кавказ, за ним поехал и Мартынов. В Пятигорске жили сестры Николая, которые очень любили брата. И родственника, и его друга девушки встретили радушно. У одной из сестер, Натальи, завязался роман с поэтом. Николай был уверен, что друг не обидит его сестру. После ссылки Михаил собирался в Санкт-Петербург, а Николай покинул Кавказ раньше. Тогда Наталья попросила Лермонтова передать посылку брату: пакет с ее личным дневником и купюрами в размере 300 рублей. В дороге Лермонтов распечатал посылку, по слухам, боялся, что там может быть записан компромат на него. Поэт прочел дневник и сжег его, а Николаю сказал, что в дороге на него напали грабители и отобрали пакет. Лермонтов был готов «компенсировать» утрату своими, как он говорил, средствами. Николай был тронут и не взял денег у друга, поверив ему на слово.
Через три года, в 1841-м, Лермонтова снова сослали на Кавказ, и Мартынов снова отправился за ним. На тот момент отношения между товарищами были уже напряженными: Михаил словно специально издевался над другом и задирал его. Поэт даже написал два экспромта, высмеивающих Мартынова: «Наш друг Мартыш не Соломон» и «Скинь бешмет свой, друг Мартыш». Тот в ответ сочинил ироническую эпиграмму «Mon cher Michel». Но, конечно, она уступала по колкости сочинениям Михаила.
Мартынов встретился с сестрой и понял: посылку не украли грабители — ее вскрыл Лермонтов. Слишком уж много в его юмористических экспромтах было моментов, перекликающихся с содержимым дневника. Никаких прямых доказательств у Мартынова не было, однако это обстоятельство подлило масла в огонь разгорающегося конфликта.
Последней каплей стало оскорбление от Лермонтова на вечере в доме Верзилиных. В один момент музыка затихла, и все присутствующие услышали насмешки поэта над внешним видом друга. В то время Мартынов одевался по-щегольски, брил голову по-черкесски и носил кинжал за поясом. На приеме находилась девушка, к которой Мартынов испытывал определенные чувства. Этот факт добавил горечи к обиде Николая.
Дуэль бывших лучших друзей
Ссора закончилась вызовом на дуэль. Ее подробности до сих пор точно неизвестны: есть версия, что поэт погиб от пули человека, сидящего в кустах, — слишком странным оказался угол, под которым она вошла. Тот, кто бросил вызов, не имел права стрелять в воздух — таковы негласные правила дуэли. Николай не целился: в воспоминаниях он писал, что просто вскинул руку в надежде на промах. Но пуля оказалась в цели. Позже Мартынов узнал, что Лермонтов говорил своему секунданту: «Я сознаю себя настолько виноватым перед Мартыновым, что чувствую, рука моя на него не поднимется». Михаил собирался стрелять в воздух, а потом помириться с товарищем.
После дуэли Мартынов получил три месяца гауптвахты. Также в церкви ему назначили епитимью: три года он являлся к священнику и каялся в преступлении. Николай даже поселился возле Киево-Печерской Лавры. По слухам, прохожие, встречая его, в лицо говорили: «Смотрите, убийца идет!»
По окончании трех лет Мартынов перебрался в свое имение. Он был закрытым человеком, прожил 60 лет, так и не женившись. Его похоронили в семейном склепе при Знаменской церкви. После революции храм подожгли, а останки Мартынова, по одной из версий, выбросили в пруд.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: