Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Записки пассажира

Зеркала и воронки

Сегодня после работы сначала зашла в букинистический магазин, а затем в парикмахерскую. Книжный отдел расположен на втором этаже спортивного магазина и туда ведёт довольно изящная, на мой взгляд, лестница. Она не сказать, чтоб капитальная, но и не хлипкая: даже я ступаю по ней вполне уверенно. А наверху - царство книг. Полки уходят вдаль, потолки зеркальные - кажется, вот-вот откроется волшебное измерение и тебя затянет в литературную воронку. Продавец сидит в коморочке, полной бумаг и упакованных книг, пьет кофе и чинит карандаш. А потом я перехожу на другую сторону улицы, спускаюсь по лестнице, оказываюсь во дворе и толкаю дверь в парикмахерскую. Там на удивление безлюдно и даже ещё тише, чем у букиниста. Кроме администратора, вижу ещё парня-парикмахера, который спит на рабочем месте. Моя же мастер тоже сидит у своего столика и что-то пишет в записную книжечку. Ее зовут Василиса. На парикмахерском сайте у нее очень экзотический вид: с выбритым узором на виске. А в жизни это мале

Сегодня после работы сначала зашла в букинистический магазин, а затем в парикмахерскую.

Книжный отдел расположен на втором этаже спортивного магазина и туда ведёт довольно изящная, на мой взгляд, лестница. Она не сказать, чтоб капитальная, но и не хлипкая: даже я ступаю по ней вполне уверенно. А наверху - царство книг. Полки уходят вдаль, потолки зеркальные - кажется, вот-вот откроется волшебное измерение и тебя затянет в литературную воронку.

Продавец сидит в коморочке, полной бумаг и упакованных книг, пьет кофе и чинит карандаш.

А потом я перехожу на другую сторону улицы, спускаюсь по лестнице, оказываюсь во дворе и толкаю дверь в парикмахерскую.

Там на удивление безлюдно и даже ещё тише, чем у букиниста. Кроме администратора, вижу ещё парня-парикмахера, который спит на рабочем месте. Моя же мастер тоже сидит у своего столика и что-то пишет в записную книжечку.

Ее зовут Василиса. На парикмахерском сайте у нее очень экзотический вид: с выбритым узором на виске. А в жизни это маленькая полненькая женщина лет шестидесяти, и со своим портретом ее роднит разве что короткая стрижка.

Пока она меня стригла, я всё думала, а где же народ? Потому что на вешалке висело довольно много верхней одежды.

И тут вижу в зеркале: девушка появилась из-за Василисиной спины, а за ней и другая. Они надели шубки и направились к выходу. Потом, когда я уже подстриженная уходила из парикмахерской, ещё раз внимательно осмотрелась: никаких дверей, одни зеркала.

Ещё одна воронка, наверное! Но она, получается, не затягивает, а напротив - выталкивает?