Взгляд из прошлого. Глава 25
Возвращение домой получилось безрадостным, от былой эйфории не осталось и следа. Размолвка супругов не могла не повлиять на их настроение, хотя оба усиленно делали вид, что ничего не произошло. Они и раньше ссорились, но на сей раз причина оказалась серьёзнее. Манечка искренне не понимала мужа.
Предыдущая глава:
Ссылка на начало:
Приняв решение оставить ребёнка, молодая женщина прекрасно осознавала, что делает. Даже если весь мир будет против, она всё равно родит. Подумаешь, останется хромой навсегда, ничего страшного, чему быть, того не миновать. Ведь как-то же она жила все эти годы?
Больше всего её возмутил профессор, который вдруг, ни с того, ни с сего, стал настаивать на аборте по медицинским показаниям, когда они пришли к нему, чтобы объявить об отказе от операции. Он сказал, что нельзя терять время, якобы после родов в организме произойдут изменения, поэтому лучше устранить проблему в зародыше. Прямо так и заявил.
– Что вы такое несёте, вы себя слышите? Ребёнок не может быть проблемой, – яростно запротестовала Маня.
– Голубушка, у вас ещё будут дети, сейчас важнее ваше здоровье, – продолжил упорствовать мужчина, – Алексей, объясните вашей супруге, наконец.
– Мы с женой уже разговаривали, доктор, она хочет рожать.
– Ах, вот как? Ну, тогда я умываю руки, не вижу смысла обсуждать дальнейшее, – с достоинством произнёс светило науки.
– Лёш, пошли отсюда, я не хочу здесь оставаться, – попросила Маня.
– Подожди, нам нужно договориться об операции на следующий год, – заволновался Лёха.
– Вы же можете поставить нас на очередь? – спросил он, обращаясь к доктору.
– На следующий год родится ваш ребёнок, ему будет нужна мать, разве не так? – осведомился тот.
– И что же делать?
– Приезжайте, как сможете, а там будет видно, – невозмутимо отозвался профессор, – если, конечно, для вас этот вопрос будет всё ещё актуальным.
– Почему вы так говорите?
– Так у вас семь пятниц на неделе, то уговариваете срочно прооперировать, то вдруг меняете свои планы, не считаясь с другими людьми. Я ведь пошёл вам навстречу, а вы меня подвели.
– Ну, извините, доктор, что я нечаянно забеременела, – ехидно заметила Маня, – хотя я очень рада, что это произошло.
– Поздравляю, надеюсь, вы не пожалеете, что не прислушались к моему совету.
– Даже не надейтесь.
Прямо из больницы Кравцовы направились на вокзал, где взяли билеты на поезд. Они провели в столице ещё полтора дня и могли бы продолжить свои экскурсии, но увы, Манечку стал мучить токсикоз, да и запал куда-то исчез.
Алексей вёл себя с женой обходительно, ухаживал, поил чаем с лимоном. Ничего удивительного, он любил её как и прежде, просто не был готов к появлению ребёнка. Крамольные мысли всё же проникли в его голову, признания Зосимова звучали слишком убедительно.
Ссылка на навигатор:
Ссылка на второй канал:
В то же время он не решался поговорить с женой откровенно, боялся обидеть её своим недоверием. Что касаемо Мани, то она и не подозревала, что у мужа могут возникнуть сомнения в своём отцовстве, иначе неизвестно, как бы она себя повела. В любом случае, оправдываться ей было не в чем.
Манечка действительно не смогла бы жить дальше, если бы Сергей овладел ею насильно. Для неё слова о верности не были пустым звуком, она очень любила своего Лёшку, но вряд ли бы восприняла спокойно, что он ей не доверяет. Поэтому тот правильно сделал, что не задавал лишних вопросов.
Непряхины были первыми, кто узнал о хороших новостях. Молодые были приглашены к ним в первый же день своего приезда. Пока муж приглядывал за новорожденным сыном, Галина Сергеевна приготовила голубцы, что всегда любила невестка. Увы, за ужином та не смогла съесть ни крошки.
Она сидела вся бледная, будучи не в силах вынести запаха капусты, не зря говорят, что у беременных вкусы меняются. Резво выскочив из-за стола, Маня понеслась в уборную, а Алексей полетел следом. Он привычно держал жену за волосы, и гладил по голове, пока её выворачивало наизнанку.
– Всё будет хорошо, через месяц токсикоз исчезнет, вот увидите, – утешающе произнесла свекровь, когда сын с невесткой вернулись в комнату.
– Мы как раз хотели вам рассказать, но не успели, – виновато отозвалась Манечка, пряча глаза.
– Ничего страшного, я сама недавно через это прошла, поэтому хорошо тебя понимаю.
– Ну что, поздравляю, мы за вас очень рады. За это надо выпить, – весело сказал Александр Трофимович, разливая наливку по рюмкам, – женщинам нельзя, а нам с Кравцовым можно.
– Главное, не переусердствуйте, – предостерегла Галина, – а то вам обоим завтра на работу.
– Да мы понемножку, не волнуйся, – заверил её мужчина, после чего обратился уже к Алексею:
– А ты чего это нос повесил, будущий папаша?
– И правда, какой-то ты задумчивый, – подтвердила мать.
– Нет, всё хорошо, вам показалось, – пожал плечами Лёха.
Непряхин не стал настаивать при женщинах, но на следующий день вызвал его на откровенный разговор. Алексей не стал отпираться и поведал о своих страхах и сомнениях. Выругавшись от души, капитан устроил ему выволочку.
– Ты почему держишь это в себе? Если сомневаешься, поговори с женой, она поймёт.
– Не могу, Маня меня не простит, а я не хочу её терять. Я ведь потому и не стал тогда настаивать на походе к гинекологу.
– Надо было настоять.
– Так она же сказала, что ничего не было.
– Ну ты же ей поверил тогда?
– Поверил.
– А сейчас, что мешает?
– Слова Зосимова, ты же помнишь, как он изгалялся надо мной?
– Помню, конечно, будь этот гад неладен, если бы можно было, второй раз бы его грохнул.
– Что мне делать, скажи?
– Если любишь жену, забудь о его словах, иначе, потеряешь её. Я характер Мани уже успел изучить, она не будет церемониться.
Разговор с Непряхиным помог Алексею. Он понимал, что Маня не стала бы его обманывать, она не такая, и рассказала бы обо всём, как есть. Однако через пару месяцев, когда у Мани стал заметен живот, поползли нехорошие слухи. Признания Зосимова произошли при свидетелях, а что знают двое, знает и свинья.
Продолжение тут: