На днях наша "Книга Грибов" со свойственной ей въедливостью и скрупулезностью осветила тему подосиновиков.
Все по полочкам разложила Лида. Умеет! Но при этом я-то знаю, что она относится к этим замечательным грибам не то, чтобы равнодушно, но как-то очень спокойно. Без душевного трепета. В отличие от меня. Поэтому…
А теперь заслушаем начальника транспортного цеха Департамента душевных устремлений.
Помню, мне лет 10-11 было. Совсем начинающий грибник. Грибничок скорее. Хотя, и слова-то такого в русском языке нет. Но что-то уже находил вследствие уроков мудрого дядюшки – опытного грибника.
И в лес родители тогда меня одного уже отпускали. Вот не запомнил тогдашние свои первые самостоятельные находки. Кроме одной. 13 красных подосиновиков, сросшихся в один куст. Я тогда даже вырезал ножичком всю эту композицию вместе с дерном размером с детскую ладонь и приволок гордый домой. Сейчас, конечно, так делать бы не стал. Есть риск повредить грибницу. Но – яркое детское воспоминание. Красивы были, черти!
Вообще, как-то так получилось, что именно подосиновиками отмечены реперные точки моей «грибной» биографии. В 15 лет, в дымном 1972 году все лето занимался рыболовством: леса горели. А в один из последних дней был послан матушкой найти какие-нибудь грибы для уезжающей в Москву сводной сестры. Нашел 188 калиброванных подосиновиков-челышей.
Эмоции от этого перевесили все радости от многочисленных щук, вытащенных в течение лета из озера. Рыбак умер. Грибник родился.
Два года спустя я впервые выложил кучки грибов на рыночный прилавок. Почти все – подосиновики. Немного, с полсотни, наверное. Первый опыт. Началось формирование грибника- профи.
И позже, в 20-30 лет, по итогам грибных сезонов подосиновиков в моих корзинах было, наверное, поболее, чем белых и даже подберезовиков. По причине душевных устремлений к этим веселым и нарядным грибам.
Где-то в течение восьми лет главным грибным местом была большая вырубка у деревни Углешня на старом Симферопольском шоссе недалеко от Чехова. Сотни раз обрабатывал ее по периметру, и найти сотню же подосиков было не проблемой.
Ну, и 10-20 белых в довесок. Много лет спустя ностальгически посетил те места. Давно уж нет той вырубки. Там – лес, уже взрослый вполне. И никаких подосов. Диалектика, язви ее…
Вообще в подмосковный период моего грибного поиска у меня было много «подосиновых» мест. И «оформлял соточки» (находил больше сотни этих красавцев) я по нескольку раз за сезон. Бывали и забавные случаи. Я уже писал об этом, но повторюсь. Где-то, кажется, в начале «нулевых» подосиновики в августе вдруг оказались червивыми напрочь. Приезжаю на свое место – все в красных шляпках.
Какая тут «соточка» - тысяча, скорее. Но… взять нечего. Сплошное «мясо»в шляпках. Так и уехал несолоно хлебавши. А уже в Москве у станции метро увидел коллегу. Торговал мужик… ножками от подосиновиков, разложенными в аккуратные кучки. Сюр! Хотя, оказывается, есть люди, которые любят именно ножки от подосиновиков. Например, милейшая Галина Александровна, мама нашей Лены, к которой мы с Лидой ездим на Селигер, очень эти ножки обожает.
А мне вкусовые качества подосиновиков, честно говоря, до лампочки. Ну, не потребитель я грибной продукции. Мне бы найти гриб, полюбоваться и одарить (уже давно не торгую) хороших людей. А для этого подосики – самое то. Они – красота леса.
Чем нравятся? Наверное, очень веселой расцветкой. Причем, столько вариантов красного, столько оттенков! Желто-бурые (мои любимые) – оранжевые.
Хотя, если в лесах с примесью хвои бывают и обжигающе ярко красными. Мне вообще казалось, что вариантов у желто-бурых несколько, но мудрая Лида эти иллюзии разрушила. С анализом ДНК не поспоришь. Зато, желто-бурые еще и мощны до чрезвычайности. Не просто гвозди, но и сваи можно ими заколачивать. Хотя, зачем?
Белоножки – особая стать. Очень забавно их искать ночью. Вообще, свет диодного фонарика скрадывает цвета. Те же белые или подберезовики находишь по белым ножкам. А у подосиков и ножки светятся, и алая свечка горит даже в высокой траве.
Еще о многообразии цветов. В свое время в МО по осени часто находил «заобрезные» подосиновики. Они гурьбой вылезали за опушку в поле, метров на 15-20. Красные, но с ярко выраженным розовым оттенком. Гламурные))?
Вообще, я много чего мог бы вспомнить и написать про любимые подосиновики. Но, думаю о них и… подступает тоска. Почему? А потому что они «уходят» из наших придворных лесов. Процесс развивался постепенно. Еще лет восемь назад я вспомнил про свой подростковый рекорд - 188 подосиновиков и решил, что надо бы его побить все же. Без проблем. Как говорится, задней левой. Погулял – 204.
Кстати, не думайте, что Начальник Департамента душевных устремлений какой-то статистический зануда. Просто мозги так устроены, с цифрами дружат. В моем БК как бы встроен счетчик. Подсчет ведется автоматически в процессе поиска.
Еще несколько лет назад даже приходилось ставить ограничение: больше ста подосиновиков не брать. Их было полно. Теперь же…
Результаты прошлого года – 24, 25, 26, 24…
Это – вообще ни о чем. Причины ясны. Одни перспективные молодняки вырубают, другие – подрастают и уже не дают прошлых урожаев. Старых осинников у нас практически нет.
Единственное локальное место желто-бурых – аккурат на середине большого перегона железной дороги. Топать туда-обратно 7-8 километров по шпалам и щебню для меня уже трудновато.
Ощущается острая «подосиновиковая» недостаточность. При наличии душевной устремленности к замечательным подосикам. Вот и размышляю о том, как эту жажду утолить.
Впрочем, весна подступает. Еще немного и мы пойдем в леса. И нам воздастся.