Российская медицина — не самая плохая. Скорее даже хорошая — умереть вам, скорее всего, не дадут, с того света вытащат. А вот дальнейшее лечение потребует от спасённого недюжинной выносливости и такого же терпения — так уж «настроена» наша медицина, зажатая между объективным дефицитом ресурсов и неэффективностью управления ими…
Начнём для наглядности с двух случаев из реальной жизни российских больных. Один обнаружила на пикабу – почитаете сами. Другой, в чём-то более драматичный, знаю на опыте подруги, которая весной прошлого года пережила инфаркт с клинической смертью. Сама она мало что помнит, для семьи это был гром среди ясного неба. Врачи боролись за жизнь женщины и победили – она выжила и даже встала на ноги.
Прошла реабилитацию в санатории, отдохнула летом на даче. Ну, а потом по необходимости («теперь вам всю жизнь предстоит пить лекарства и наблюдаться у врача», честно предупредила лечащий врач при выписке) влилась в стройные ряды наших навсегда больных сограждан, для которых поликлиника буквально второй дом, а аптека – порой, важнее супермаркета.
Дальше всё было, как в истории «с шишкой над ключицей», которую вы, наверное, уже прочитали. То есть все эти звонки, чтобы записаться к терапевту на определённое время, что не избавляет от сидения в очереди, потому что «компуктер бьёт талончик». «Хождение по мукам» при сдаче бесконечных анализов, терпеливое ношение холтера (с предупреждением медсестры «не шалить и не заниматься бурным сексом»), чтобы в итоге услышать, что «кардиолог вам позвонит».
А через две недели ожидания, после повторного звонка, узнать, что «кардиолог заболел», а ещё через два недели, что он уволился. Это означает, что весь уже пройденный круг, видимо, предстоит повторить заново, когда появится новый специалист…
Отдельная «песня» - льготные лекарства. Врач выписывает конкретные наименования, а в «льготной» аптеке предлагают какие-то «аналоги», которые непонятно, как применять. А, главное, тревожно – подействует ли, ведь в рецепте написано совсем другое. В итоге подруга плюнула на всю эту «бесплатность» и стала покупать все в коммерческой аптеке, благо, дети помогают финансово. А теперь уговаривают ещё плюнуть и на бесплатного кардиолога из поликлиники и обратиться в частный медицинский центр…
Что вообще происходит?
Ответ на этот вопрос я получила у знакомого доктора. Который за время своей практики видел десятки таких пациентов и их коллизий. Он долго объяснял суть происходящего. То, что я поняла, можно суммировать следующим образом:
Врачи вынуждены заниматься не своей прямой обязанностью — управлением потоками пациентов.
Их полномочия в отношении пациентов ограничены как профессионально (например, онколог не может взять биопсию, а обычный хирург боится проводить операцию в челюстно-лицевой зоне, что может быть обоснованно, но на практике административная незащищённость часто становится ключевым ограничением), так и организационно («я хирург, а направление к онкологу может выдать только онколог»).
В этой административной путанице они часто принимают неверные решения из-за огромного количества нормативных актов, которые часто противоречат друг другу, регулярно обновляются, а административные сотрудники медицинских организаций не проводят должную разъяснительную работу.
Отсутствует административный персонал, который мог бы решить проблему в режиме реального времени, объяснив ситуацию и врачам, и пациенту.
Отсутствует также должностная функция, заинтересованная в скорейшем разрешении сложившейся ситуации. Фактически, пациент остаётся единственным защитником своих интересов, не имея при этом необходимых знаний и навыков.
В работе среднего звена руководителей — заместителей главных врачей, главных врачей и руководителей управлений в сфере здравоохранения — наблюдается недостаточная эффективность. Эти специалисты не могут, а порой, не способны принимать решения, которые могли бы упростить маршрутизацию пациентов и сократить ненужные расходы.
Почему?
Скорее всего, потому, что, с одной стороны, нет возможности нормально организовать работу из-за нехватки управленцев, их чрезмерной загруженности или недостаточной квалификации. А, с другой стороны, речь может идти о так называемых «скрытых барьерах», которые есть в каждой системе здравоохранения и которые препятствуют получению медицинской помощи. Эти барьеры не всегда очевидны, но при желании их можно преодолеть. Однако они ограничивают доступ к медицинским услугам для наиболее уязвимых слоёв населения.
В случае с моей подругой, пояснил доктор, вероятнее всего, истина лежит где-то посередине – то есть никто специально не создавал для неё эти институциональные ограничения, но в условиях ограниченного количества ресурсов существует не так уж много стимулов эти ограничения убирать - денег и помощи на всех точно не хватит, поэтому проще всего отказать в помощи «по закону», без привлечения дополнительных манёвров и без необходимости разрешать конфликты в связи с неисполнением прямых обязательств.
Чего Минздрав не может?
Пока я писала этот текст, в здравоохранении Вологодской области возникли две радостные новости. Во-первых, директором Вологодской областной клинической больницы стал Старцев Дмитрий Анатольевич, опытный медик и управленец, работавший первым заместителем директора Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Всероссийский научно-исследовательский и технологический институт биологической промышленности». Во-вторых, его предшественник на посту главврача «первой областной» Дмитрий Ваньков, успевший побывать главой областного депздрава, назначен ректором филиала Ярославского медуниверстета в Вологде.
Но, похоже, эти назначения не повлияют на проблемы моей подруги. Потому что, как уже было сказано, спасать людей у нас всё-таки умеют. А дефицит медицинских кадров вызван не недостатком выпускников ВУЗов (50-60 тысяч новых врачей в год - это гигантская цифра, да и по обеспеченности врачами мы находимся в мировом топе). Дело в большей степени в дефиците средств в системе ОМС по отношению к её гарантиям, а также в стимулах к избыточной обращаемости населения за медицинской помощью.
И то, и другое – компетенция Министерства здравоохранения. Конечно, Минздрав не может полностью отказаться от требования о предоставлении консультации «узкого специалиста» в течение трёх дней после обращения пациента. Однако можно расширить полномочия и уровень подготовки специалистов первичного звена, чтобы избежать необходимости в перенаправлении пациентов.
Опыт последних десятилетий показал, что невозможно обеспечить консолидированный бюджет медицины на уровне более 5% ВВП. Однако можно пересмотреть требования к перечню анализов, которые, к примеру, необходимо сдать перед удалением кусочка кожи размером 2х2 см, и не требовать его в тех же объёмах, что и перед серьёзной полостной операцией…
#медицина #здоровье