Когда к вам стали поступать первые пациенты?
- Практически сразу после начала СВО к нам приехали представители Министерства обороны из Москвы, они отсматривали базы, которые можно использовать для реабилитации раненых. Основной упор делался на пострадавших с ампутациями и возможность подготовки их к протезированию и реабилитации после него. Массовые поступления начались в 2023 году.
Наверное, пришлось перестраиваться?
- По сути изменился профиль реабилитации. Ведь раньше нам не приходилось сталкиваться с ампутациями после минно-взрывных травм. Мы работали с теми, кто перенёс инсульты, инфаркты, к нам поступали пациенты после травм позвоночника и головного мозга. Все они были стабильны, не требовали ни дополнительных перевязок, ни оперативных вмешательств. Грубо говоря, это был санаторий в городе. Сейчас у нас много молодых людей, которые нуждаются в продолжении хирургического лечения, в перевязках. Конечно, совсем тяжёлых не берём, иначе теряется смысл реабилитации. Нам пришлось перестроить и менталитет, и работу, и подход к таким пациентам. Мы создали междисциплинарные команды, которые определяют возможности реабилитационного потенциала: какие аппараты и методики мы будем использовать.
Пришлось ли как-то адаптировать тренажёры?
- Линейка аппаратуры у нас очень широкая. Наверное, мы оснащены лучше многих стационаров нашего города. Но мы никогда не занимались на тренажёрах с целью восстановления ходьбы с ампутантами. Это было для нас новое. Сейчас у нас появились авторские методики, которые мы разработали, освоили, применяем и популяризируем. У меня очень хорошая команда молодых ребят, все они выпускники факультета адаптивной физкультуры Университета имени Лесгафта. Им всё это очень интересно. Например, есть у нас тренажёр для разработки крупных суставов. Раньше, если нога находилась в аппарате Илизарова, её было невозможно установить на этом тренажёре. Мы научились подбирать такие параметры, чтобы можно было и с аппаратом внешней фиксации проводить необходимые реабилитационные мероприятия. Если бы это было обычное время, мы бы таким пациентам отказывали. Раньше наш мозг был настроен на работу с гражданским населением. Но через месяц-полтора после того, как к нам стала поступать новая категория пациентов, мы поняли, что надо меняться, иначе придётся всем отказывать. Стали расширять показания.
Возраст пациентов?
- От 18 лет, самым старшим около шестидесяти. В основном это участники боевых действий. Мы берём и гражданское население, людей, получивших минно-взрывные травмы. Их гораздо меньше.
Вы невролог и нейрохирург. Как помогают ваши знания в основной работе?
- Знания и умения в нейрохирургии помогают определить показания и противопоказания к каким-то методам реабилитации. Как у невролога и нейрохирурга у меня более глубокие познания, чем у врача лечебной физкультуры. Почти у всех, кто у нас находится, посттравматическое стрессовое расстройство, оно сопровождает все повреждения, которые есть у наших пациентов. При первом знакомстве я смотрю, с каким настроем приходит человек. Вначале всегда объясняю, что надо поменять свой менталитет - двигательный, пищевой. Если вижу, что пациент на это настроен, у него пойдёт процесс реабилитации. Если он считает, что ему все должны, не восстановится. Многие это понимают и настраиваются на серьёзную работу.
Вы поддерживаете отношения с теми, кто проходит у вас реабилитацию? Знаете об их дальнейшей судьбе?
- Если пациент долечивается, от нас он уезжает в санаторий. Дальше его судьбу определяет военно-врачебная комиссия. С некоторыми я поддерживаю отношения. Знаю, что в основном после возвращения домой наши уже бывшие пациенты работают в учебных центрах, военкоматах. Кто-то возвращается к своей профессии, кто-то осваивает новую.
Мой знакомый коллега, нейрохирург, ушёл на СВО по контракту. Стал артиллеристом-санитаром - это был его выбор. Получил достаточно тяжёлую контузию. Сейчас работает в военкомате.
Вы делитесь наработанным опытом с другими клиниками и реабилитационными центрами?
- Конечно. Участвуем практически во всех мероприятиях, связанных с реабилитацией раненых. У нас есть масса презентаций, которые мы показываем на конференциях в реабилитационных и неврологических центрах в разных регионах России. Опытом обязательно нужно делиться.
Алена Бобрович