Сначала Вера тонко намекала, что нам стоит отказаться от наследства в её пользу, но теперь видимо поняла, что мы не такие простые, и предлагает другой интересный вариант, говорит Элизавета.
Теперь она хочет, чтобы мы не продавали эту однушку, а позволили ей там пожить, пока она не уйдет в мир иной.
В обмен на что она готова составить завещание в нашу Софьей пользу, а ей 57 лет.
Здоровье у неё хорошее, она может пожить ещё лет 30.
Неизвестно, доживём ли мы с сестрой до этого времени, говорит Элизавета, но даже дело не в этом.
У нас Софьи и свои семьи, и свои заботы, и раз мы получили это наследство, мы рассчитываем на эти деньги и строим планы.
Софьи нужно сыновьям образование давать, она одна их воспитывает.
Я планирую дочке помочь, нам уже сообщили, что весной у них будет свадьба.
Эти деньги я отдам дочери, на первоначальный взнос, а будущие сваты тоже не маленькую сумму дадут молодым.
А кто же виноват в том, что Вера всё потеряла по собственной глупости?
Её ведь предупреждали, отговаривали от этого шага, она никого не слушала.
Жалко её, как и любую, наивную особу, которая не умеет принимать мудрые решения и попадает в неприятности.
Но она всё равно сможет найти что-то для себя, пусть не в столице, а где-то подальше, где её положение уже не докопризов.
Вера, Елизавета и Софья – двоюродные сестры, чьи матери были родными сестрами.
Вери – 57 лет, Елизавете – 51 год, а Софья – 46.
Елизавета – единственная из них, кто сейчас замужем.
У неё есть дочь, Софья давно в разводе, и воспитывает двух сыновей, которые учатся в восьмом и одиннадцатом классах.
Вера была в официальном разводе один раз, а второй раз фактически брак ещё не расторгнут,
но муж уже выгнал её из дома с вещами. Она пока живёт в той самой наследственной квартире, которую делит с кузинами, у каждой по-трети в праве собственности.
Вера пережила один официальный развод, и со своим вторым мужем тоже фактически рассталась.
Он уже выгнал её из дома, хотя формально брак ещё не расторгнут.
В данный момент Вера живёт в наследственной квартире, которую получила вдолевую собственность вместе с сестрами.
У каждой из них по одной-трети. Она уже три месяца там, а тёти не стало пять месяцев назад.
Мы отдали ей ключи и сразу предупредили, что это временное решение.
Продажу квартиры нельзя откладывать, поэтому Вери нужно будет определиться в ближайшее время.
Наследство досталось двоюродным сёстрам от их тёти.
У матерей-сестёр была ещё одна сестра, которая не оставила наследников,
и прожила свои последние годы вдовой в небольшой квартире в столице. За тётей ухаживали все вместе.
Она не была прикована к постели, поэтому помощь заключалась в том,
чтобы навещать её, убирать в квартире, гладить бельё, записывать её на приём к врачу и сопровождать,
а также покупать лекарства и продукты и всё необходимое.
Объективности ради нужно сказать, хотя Вера в последнее время жила загородом, она старалась участвовать в жизни тёти.
Ведь все знали, что квартиру унаследуют три сестры, и было неудобно игнорировать эту ситуацию.
Поэтому она время от времени навещала её.
Вера – единственная из своих сестёр, кто так и не стал матерью.
С первым мужем она прожила 14 лет, надеясь на появление ребёнка, но мечта так и не сбылась.
Их брак распался, и супруг, начав новую жизнь, стал отцом.
Вера долгое время жила одна в квартире, оставшийся от её покойной матери.
Это была небольшая однокомнатная квартира, но она была её.
Восемь лет назад Вера встретила будущего второго мужа.
Мужчина жил в комнате коммунальной квартиры, также пережив развод,
а его взрослый сын уже давно ушёл из родного дома.
Они нашли друг друга.
Софья и Елизаветий, новый сожитель Веры, не прижёлся по душе,
но они не решились высказать свои сомнения женщине,
когда-то вновь открыла для себя радость любви и вторую молодость.
Несколько месяцев спустя Вера решила узаконить свои отношения с Георгием.
В этот момент её сестры посчитали необходимым предостеречь её, задав вопрос, зачем тебе это?
Ты уже не сможешь родить общих детей, так зачем ставить штамп в паспорте?
Кроме того, тётя также высказала подобное мнение своей племянницы.
Эти слова заставили Веру задуматься.
Она решила, что её сестры могут иметь свои интересы,
отговаривая её от замужества.
В ответ на это она не удержалась от упрёка.
Вы, похоже, надеетесь, что после меня моя однокомнатная квартира достанется вам или вашим детям.
Также, как будет с тёткиной квартирой, вы уже мысленно похоронили меня.
В далёком уголке жизни, где судьбы переплетаются, Вера связала свою жизнь с Георгием.
Прошло два года, и она совершила поступок, который стал для неё роковым.
Они продали свои квартиры, которые были их собственностью добрака и вложили все средства в покупку дома.
Лиза и Соня, сестры Веры, решили не вмешиваться, чтобы избежать новых упрёков.
Они не знали, как на самом деле была оформлена эта сделка.
Георгий приобрёл дом у своего родственника, передав ему деньги.
А тут, в свою очередь, оформил дарственную.
Все деньги были переданы наличными, и это произошло спустя некоторое время после продажи их прежних квартир.
Неужели её не насторожило, что в договоре она вообще не упоминается?
Качает головой Елизавета.
А мы причём, если Вера решила так поступить, это её выбор.
Она взрослая женщина.
Разве не должна она головой думать?
Софья предлагала поговорить с ней, но я отказалась.
Один раз она нас уже обвинила в том, что мы преследуем свои корыстные интересы.
Вера переехала в Подмосковье и добиралась до работы и к тётушке на электричке.
По её собственным словам, она жила с Георгием довольно счастливо и даже успела поухаживать за внуками его сына.
Однако вскоре она позвонила и рыдая сообщила, что её вещи остались на работе, и ей некуда идти, так как Георгий привёл новую молодую женщину.
Сёстры передали Вере ключи от квартиры, недавно ушли тётушки, стараясь поддержать её.
Спустя несколько дней, когда шок, похоже утих, Вера начала намекать, что у её сестёр есть жильё, а ей бедняжки некуда идти.
Намёк был понят сразу, и Елизавета с Софией быстро расставили все точки нады.
В чём же причина ситуации Веры?
В первую очередь, в ней самой, они не собирались отказываться от своих долей.
Тогда Вера предложила другой вариант.
Мол, на двоих получите всё, оформите свои доли, но дайте ей дожить в этой квартире.
Однако этот вариант не устроил наследниц, и светлой памятью наших матерей заклинала, и нажалась, давила, слезу упускала, и даже упрекала нас, рассказывает Елизавета.
А в чём же мы виноваты?
В том, что не пытались отговорить её от продажи квартиры, не объяснили ей все нюансы, как следовало, она искренне считает, что мы ответственны за её собственные ошибки.
В общем, по её мнению, мы виноваты, что не отговорили её от опрометчивого поступка.
Мы решили, что пусть сама разбирается.
Да, ей придётся оставить работу в столице, хотя есть возможность доработать до пенсии, снимая жильё, а потом можно уехать в более спокойное место.
Но прописать её у себя, чтобы она могла получать столичную пенсию, ни я, ни Софья, не согласимся.
Это слишком рискованно, связываться с такими людьми, как она.
Сейчас она зарегистрирована по месту жительства у сына своего мужа.
Но, думаю, это недодолго.
Спасибо что дочитали, ставьте лайк подписывайтесь на канал