Он получил орден «красного дивизиона» из рук самого Франко за работу на фашистов. Через восемь лет на его груди засиял британский орден Империи. А еще через год в тайном месте ему вручили советский орден Красного Знамени. Три награды трех враждующих миров. Но служил он только одному. Гарольд Адриан Рассел Филби. Легенда советской разведки, известный миру как Ким Филби.
Аристократ с "красным" сердцем
Сын известного британского колониального чиновника, родившийся в Индии 1 января 1912 года, выбрал путь, который шокировал бы его предков. Его назвали в честь героя романа Киплинга, и судьба словно начертала ему сценарий более невероятный, чем любая приключенческая книга.
Юный аристократ, выпускник элитной Вестминстерской школы, студент Кембриджа – казалось, его ждала блестящая карьера в истеблишменте Империи. Но в 1930-х мир трещал по швам. Фашизм наступал. В Европе гремели нацистские марши. И молодой Филби сделал выбор, который определил всю его дальнейшую судьбу.
«Когда я был девятнадцатилетним студентом, я старался сформировать свои взгляды на жизнь. Внимательно осмотревшись, я пришел к простому выводу: богатым слишком долго чертовски хорошо живется, а бедным – чертовски плохо и пора все это менять», – говорил он позже.
Летом 1933 года он становится коммунистом. Аристократические предки в гробах переворачиваются, а живые родственники не верят своим ушам. Но Ким идет дальше. Он отправляется в Вену помогать австрийским коммунистам по линии Международной организации помощи борцам революции.
Решающая встреча в лондонском парке
История могла пойти иначе, если бы не одна женщина. Молодая коммунистка Литци Фридман – первая жена Филби и человек, который привел его к людям из советской разведки. Была ли это любовь или расчет с ее стороны – теперь уже не узнать.
Первого июня 1934 года в Риджентс-парке Лондона состоялась встреча, изменившая ход истории разведки. Через свою жену Филби знакомится с человеком, представившимся как Отто. На самом деле это Арнольд Дейч – резидент советской разведки в Великобритании, доктор психологии Лондонского университета.
Предложение работать на СССР Ким принимает без колебаний. Он не просит денег. Он вообще ничего не просит. Его мотивы – идеологические. В этом секрет его будущих успехов. Люди, работающие за деньги, рано или поздно прокалываются. Идейные бойцы невидимого фронта – другое дело.
«Кембриджская пятерка» – его первое задание
Первая операция новоиспеченного агента становится началом легенды. По заданию Центра Филби составляет список молодых коммунистов и социалистов из Кембриджа – перспективных агентов влияния. Так начинается история знаменитой «Кембриджской пятерки» – пять выпускников элитного университета, проникших на высочайшие посты в британском истеблишменте.
Гай Берджесс, Дональд Маклин, Энтони Блант, Джон Кернкросс и сам Ким Филби. Все они потрясли основы западных спецслужб своей работой на СССР. Пять аристократов, пять блестящих умов, выбравших красное знамя вместо британского флага.
Для прикрытия Филби устраивается журналистом. Его первые командировки – в охваченную Гражданской войной Испанию. Редакция «Таймс» отправляет его освещать события со стороны фашистов Франко. А он передает оттуда ценнейшие сведения в Москву.
«Он играл роль сторонника Франко настолько убедительно, что сами фашисты вручили ему боевой орден», – вспоминал позже его куратор.
На вершине британской разведки
Июль 1940 года. Вторая мировая в разгаре. Гитлер бомбит Лондон. И в это время советский агент Ким Филби... поступает на службу в британскую разведку МИ-6! Его рекомендует высокопоставленный чиновник, впечатленный его репортажами из Испании.
Карьерный взлет фантастический. В 1944 году, в 32 года, он становится главой 9-го отдела SIS – подразделения, занимающегося борьбой с... советской разведкой! Невероятно, но факт: Ким Филби следит сам за собой.
На его столе – все досье на советских агентов в Британии. Он первым узнает о подозрениях, о проколах, о новых операциях против СССР. И информирует Центр. Пока Москва получает от него информацию, британский премьер-министр награждает его орденом Британской империи «как состоящего на службе в МИДе».
Он срывает операции по заброске антисоветских агентов в Прибалтику. Он проваливает планы по дестабилизации ситуации в Албании. Он предупреждает Москву о всех шагах западных разведок.
Под подозрением: первый звонок
1951 год. Первый серьезный кризис в карьере Филби. Его коллеги из «Кембриджской пятерки» – Гай Берджесс и Дональд Маклин – под подозрением. И кто первым узнает об этом? Конечно, Ким Филби – от него самого и зависит расследование.
Он успевает предупредить коллег. Те бегут в СССР. А подозрения падают и на него – ведь он близко знал обоих.
«Я сидел на допросе, глядя в глаза следователю, и думал – какая ирония. Я сам подписывал ордера на аресты советских агентов, и вот теперь меня самого подозревают в работе на СССР», – вспоминал Филби.
Западные контрразведчики копают под него основательно. Американцы из ЦРУ уверены – он советский шпион. Но британцы не верят. Слишком хорошая репутация. Слишком безупречное прошлое. После официального допроса в 1955 году с него снимают все обвинения.
Это ломает его карьеру в SIS, но он остается на свободе и продолжает работать на Москву.
Второй звонок и побег в СССР
1963 год. Бейрут. Ким работает журналистом «Обсервер» и «Экономист». Но старые связи с МИ-6 сохраняются – он по-прежнему ценный консультант для британской разведки.
И вдруг – катастрофа. Его старая знакомая Флора Соломон, которую он когда-то безуспешно пытался завербовать, вспоминает об этом и сообщает в МИ-5. Круг замыкается.
В Бейрут прилетает его старый друг и коллега Николас Эллиотт. Разговор жесткий, но внешне дружеский. Эллиотт предлагает сделку – полное признание в обмен на иммунитет.
Филби соглашается на допрос. Признает часть обвинений. Но просит «несколько дней, чтобы обдумать предложение о возвращении в Лондон». Эллиотт соглашается и улетает.
Десять дней спустя, 23 декабря 1963 года, человек с документами на имя Андрея Федорова поднимается по трапу советского рудовоза «Долматово». Пункт назначения – Одесса. Ким Филби покидает Запад навсегда.
«Он до последнего сомневался, правильно ли поступает», – рассказывал позже офицер КГБ, встречавший его в Одессе. «Но когда увидел на причале советский флаг, улыбнулся. Его тридцатилетняя война закончилась».
Москва: жизнь после легенды
Москва встретила легендарного разведчика с почетом, но без помпы. Первые три года он пишет мемуары. Потом работает консультантом КГБ. У него хорошая квартира в центре, паек как у генерала, «Волга» с водителем.
Но былой остроты жизни нет. Он не знает русского языка, хотя и пытается выучить. Пьет виски, читает британские газеты, слушает ВВС.
«Признаюсь, я ощущаю пустоту. Мне не хватает некрологов «Таймс», забавных писем, судебной хроники и кроссвордов», – пишет он своему английскому другу.
В 1967 году начинается темная полоса.
«Зарплату я получал регулярно, как и прежде, но работы становилось все меньше... Я почувствовал разочарование, впал в депрессию, ужасно пил и, что еще хуже, начал сомневаться, правильно ли я поступил...», – признавался он позже.
Но постепенно жизнь налаживается. Он находит новые интересы. Ездит на Кубу, в Болгарию, в Чехословакию. Принимает гостей в своей московской квартире, где на стене – фотография королевы Елизаветы.
Четыре женщины легендарного разведчика
Личная жизнь Филби – отдельный роман. Четыре брака, несколько страстных романов, пять детей.
Первая жена – Литци Фридман, австрийская коммунистка, по сути, его вербовщик. Брак распадается во время войны.
Вторая – Эйлин Фурс, мать его пятерых детей. Она не знала о двойной жизни мужа. Когда он попал под подозрение, не выдержала давления, впала в депрессию. Умерла в 1957 году при загадочных обстоятельствах.
Третья – Элеонора Брюер, американская журналистка. Их брак был недолгим. Она даже последовала за ним в Москву после его бегства, но быстро разочаровалась в советской действительности.
Последняя – Руфина Пухова. Молодая, красивая, преданная. Она познакомилась с ним через другого британского разведчика, перешедшего на сторону СССР – Джорджа Блейка. Руфина стала для Кима настоящим спасением. Они прожили вместе 17 лет, до самой его смерти.
«Я сделал больше хорошего, чем плохого»
Ким Филби умер в Москве 11 мая 1988 года. Его похоронили на Кунцевском кладбище. На могиле – скромный камень и пятиконечная звезда.
За несколько месяцев до смерти, отвечая на вопрос британского журналиста, не жалеет ли он о своем выборе, Филби сказал: «Если вы попросите меня подвести итог собственной жизни, я скажу, что сделал больше хорошего, чем плохого. Возможно, многие не разделят моего мнения».
В рассекреченных недавно документах британской контрразведки есть стенограмма его последнего допроса в Бейруте.
«Все обдумав, он, вероятно, поступал бы точно так же, если бы ему выпала возможность заново прожить всю свою жизнь», – сказано там.
На его парадном кителе было шесть орденов – советских, венгерских, болгарских. Британский орден Империи у него отобрали, когда узнали правду. Но для человека, сделавшего свой выбор еще в юности и не изменившего ему до конца, это вряд ли имело значение.
Загадка без ответа
История Кима Филби до сих пор полна белых пятен. Почему контрразведка так долго не могла его вычислить? Почему ему позволили сбежать в 1963-м? Был ли он тройным агентом?
«Мы до сих пор не знаем всей правды о Филби», – признают современные историки разведки.
Но мы знаем главное. Сын британского истеблишмента, человек, который мог сделать головокружительную карьеру в империи, где никогда не заходит солнце, выбрал другой путь. Путь опасности, постоянного напряжения, вечной игры со смертью. И прошел его до конца.
«Быть может, главным мотивом для меня было то, что я не мог спокойно смотреть, как фашизм пожирает Европу, а западные демократии умывают руки. Кто-то должен был встать на пути нацизма. СССР был единственной силой, готовой сражаться до конца», – писал он в своих мемуарах.
Этот человек с лицом английского джентльмена, всегда безукоризненно одетый, с неизменной трубкой, прожил жизнь на грани. Каждый день – как последний. Каждый разговор – поединок. И ни разу не дрогнул.
Таким и остался в истории Ким Филби – человек с двойной жизнью, но с одной верой.