В Абанском районе Красноярского края по соседству со мной на другом объекте работал мой коллега Володя Комаров- Комар. Выполнял он полигонометрию и нивелирование. Передвигался с бригадой на ГАЗ - 66. Район там обжитой, деревень хватало на пути, хоть места и таёжные были. Любимая поговорка Володи была:
- У меня всё чисто сделано, без подгона. Комар носа не подточит.
Иногда на связи переговаривались с ним, болтали вечерами о том, о сём.
Как- то, поговорив с базой партии, услышал по рации позывной Комара, но голос чужой. Его водитель зовёт меня:
- Слушай, не мог бы ты Вовку в больнице навестить в деревне N.
Спрашиваю, что случилось? Смеётся :
- Приезжай, увидишь сам.
Нам, как раз, надо было на базу выехать на вездеходе. А оттуда на УАЗике я доехал до села, где Комар в местной больничке отдыхал.
Захожу, спрашиваю у молоденькой медсестры, где мне найти Комарова. Та в ответ, улыбаясь:
- Это который террорист? Если не в палате, то в туалете.
Озадаченный таким ответом, заглянул в палату. Мужики показали койку пустую,где Вовка должен лежать. Выхожу снова во двор. Вижу: открывается медленно дверца деревянного сооружения типа ЭМЖО, и выходит бледный Комарик в цветастом женском халате. Поздоровались, присели на лавочку, и Вовка рассказал,как он сюда попал.
Ехали они по лесной дороге на своей Шишиге, как вдруг видят дикого кабана пятнистого. Карабин у Володи под боком был. Навскидку Ворошиловский стрелок с одного выстрела уложил зверя. Подходят к добыче, а из кустов ещё выбегает стадо хрюшек- розовых, пятнистых, почти чёрных - явно, домашние. А там местные на лето отпускают своих свиней на волю, и те ведут полудикий образ жизни, шарясь по лесу и возвращаясь к зиме домой под нож хозяев. Вот Комар и замочил кабанчика метрах в четырехстах от села. Ну, что ж, не пропадать же мясу. Зацепили тросом несчастное животное за задние ноги и решили доехать так до ручья на краю села. Расположились, поставили палатку на виду у деревенских жителей. Разделали свинтуса, шашлык приготовили, жарёху. Пируют под водочку из магазина. Но народ местный быстро понял, что за зверь лесной на шампурах у экспедишников печётся. Сообщили в милицию.
В разгар пиршерства появляется участковый с предполагаемым хозяином кабана. Забирают мясо, составляется акт, конфисковывается карабин, а Вовку сажают в кутузку. Но ненадолго.
У всех членов его бригады организмы усвоили свеженину, а Вовкин желудок дал сбой. Ментам скоро надоело сопровождать засранца каждые десять- пятнадцать минут до сортира, и они сплавили его в больницу. Володя выпросил там у персонала старый женский халат очень симпатичной расцветки, слегка выцветший, так как времени на то, чтоб снять штаны при очередном позыве могло не хватить. И носил его на голое тело в постоянной готовности принять позу орла. Всё ждал, когда скажут, дизентерия у него или обычное расстройство. Обошлось несварением желудка. Не принял Вовкин организм ворованное мясо.
Потом вмешался начальник партии, узника менты освободили, выписав штраф. А в экспедиции лишили Комара допуска к оружию на один сезон.
