Наконец я открыл заветную баночку.
Там козий сыр в оливковом масле с лаймом и медом. Кусочками.
Боже, воскликнул я. Боже! Это не сыр, это дар какой-то небесный.
И в общем, так оно и есть. Он упал мне с неба.
Сыр привезла из Америки мама старинного друга. Света. Она там давно живет, еще с 90-х, когда тут работы не было толком, нашла там отличную. Сын был женат уже к этому времени.
Прилетала сюда ненадолго. (Да, я всю жизнь зову ее именно Света, она терпеть не может отчеств и церемоний. Но, конечно, на «вы».)
Света знает, как я люблю сыр. И привезла мне не только этот, просто остальные я уже жадно схомячил.
У нее тут сын, внук, сестры, подруги. Толпа людей, которые ее очень ждут, которым Света обязательно что-то везет. Но она не забыла про меня, про то, как я люблю сыр. И тащила через полмира, чтобы я открыл эту баночку, чтобы был немножечко счастлив.
Вообще когда-то давно я Свету немного побаивался. Восхищался, любил переброситься шутками, но все же побаивался. Света – ух, за словом в карман не полезет. Могла позвонить утром: «Лёх, что ж вы так напились вчера? Совсем уже?». Я бормотал: извините, больше не будем…
Или взглянуть на меня: «Холод на улице! Где шапка, где шарф? Иди сюда, я тебе дам».
А потом мы с ней стали – ну не то, чтоб друзьями – скорей, даже родственниками. Сорок лет все же знакомы. И прилетая в Америку – обязательно со Светой встречаюсь. Дико ей рад, потому что родная.
И она все такая же – быстрая, остроумная, за словом в карман не полезет. Не сидит дома одна, вечно что-то замутит, куда помчится, вечером может легко вина накатить. И встать очень рано, начать прибираться.
Когда Света летит в Москву, пишет заранее: «Лёха, везу тебе сыр! Хороший, готовься».
Нельзя говорить «ой что вы не надо». Света лучше знает, что надо.
Потому что мамы старинных друзей – они ведь и наши мамы. Надо их слушаться. Особенно когда твоей мамы уже нет давно.
Неважно, что ты не тощий юноша с пивною бутылкой, а седой дядька с нервною печенью. О тебе будут заботится, тебя не оставят. Тебе крикнут даже через океан: «Шапку надень!»
Алексей БЕЛЯКОВ