— А где паспорт? — Аня заглянула в ящик стола, где они с мужем хранили документы. — Денис, ты забирал свой паспорт?
— Нет, он должен быть там, — отозвался муж из комнаты. — А что?
— Нет его. Может, твоя мама не вернула? Она же брала для оформления дачи.
— Да когда это было, месяца три назад. Неужели до сих пор у неё? — Денис подошёл к столу. — Надо позвонить, спросить.
Вера Викторовна не отвечала на звонки. Ни в этот вечер, ни на следующий день.
— Странно это, — пробормотала Аня, набирая номер свекрови в десятый раз. — Обычно она же постоянно с телефоном.
Ответ пришёл неожиданно, через неделю, в виде звонка из банка.
— Денис Сергеевич? — голос оператора звучал подчёркнуто официально. — У вас просрочка платежа по кредиту на триста тысяч рублей. Напоминаем, что следующий платёж...
— Какой кредит? — Денис растерянно посмотрел на жену. — Я ничего не брал.
— По нашим данным, двадцатого числа прошлого месяца вы оформили потребительский кредит.
Это был первый звонок. За ним последовали другие. Из разных банков, микрофинансовых организаций, кредитных кооперативов. Общая сумма долга превышала миллион.
— Мама, — только и сказал Денис, когда они с Аней сели изучать выписки. — Это всё она.
— Нужно срочно найти её, — Аня открыла мессенджер. — Последний раз она была в сети две недели назад.
Они проверили квартиру Веры Викторовны. Пусто. Соседка рассказала, что видела её с чемоданами.
— В отпуск собралась, говорит. На море, — поделилась соседка. — А я ещё подумала - не сезон вроде.
Аня принялась за расследование. Она объездила все банки, где были оформлены кредиты. Везде одна и та же история - приходил мужчина, предъявлял паспорт на имя Дениса Сергеевича, подписывал документы.
— У вас есть записи с камер? — спрашивала Аня.
— К сожалению, они хранятся только месяц.
— А можно посмотреть подписи?
Подписи были идеальной имитацией. Вера Викторовна явно готовилась заранее.
Тем временем начали звонить коллекторы. Денис снял все свои сбережения, влез в долги на работе, но денег катастрофически не хватало.
— Нашла, — выдохнула Аня, опуская телефон. — Она в Озёрске. У неё там квартира.
— Откуда у неё квартира? — Денис оторвался от бумаг с графиками платежей.
— Купила. На эти деньги и купила. Риелтор подтвердил - три месяца назад. Прямо когда паспорт забрала.
Денис сжал кулаки:
— Едем. Прямо сейчас едем.
Дорога заняла четыре часа. Аня всю дорогу изучала документы - выписки из банков, графики платежей, требования коллекторов. Складывалась чёткая картина: Вера Викторовна действовала по плану. Сначала мелкие займы, потом всё крупнее. Последний кредит она взяла за день до исчезновения.
— Как она могла? — Денис крепче сжал руль. — Я же ей верил. Всегда верил.
Вера Викторовна открыла дверь новой квартиры и замерла.
— Денис? Анечка? Вы как здесь?
— Паспорт верни, — процедил Денис.
— Какой паспорт? А, этот? — Вера Викторовна всплеснула руками. — Так я же для дачи брала. Сейчас поищу.
— И заодно расскажете про кредиты, — Аня достала папку с документами. — На миллион двести тысяч. Которые на Дениса повесили.
Вера Викторовна изменилась в лице:
— Не понимаю, о чём вы. Я? Кредиты? Вы что такое придумали?
— Нам звонят коллекторы. Каждый день, — Денис шагнул в квартиру. — Требуют деньги. А ещё звонят с работы и спрашивают, почему на мне висят просрочки.
— Ну и что? — Вера Викторовна гордо вскинула голову. — Сын должен матери помогать. Я столько в тебя вложила. И кстати! Скажи спасибо, что я твоя мать, и отдай документы, я продаю квартиру.
— Вложила? — Денис оглядел новую квартиру. — В себя ты вложила. В новую квартиру. В шубу, которая в прихожей висит.
— Да как ты смеешь? Я твоя мать!
— Которая испортила жизнь собственному сыну, — вмешалась Аня. — Вера Викторовна, у нас два варианта. Либо вы продаёте квартиру и закрываете кредиты...
— Даже не думайте! Это моё! Я заслужила эту квартиру, а вы молодые – заработаете.
— Либо мы идём в полицию, — закончила Аня. — У меня есть записи разговоров с банками. Есть свидетели, которые подтвердят, что вы брали паспорт. Да, прямых доказательств нет, но на пару лет условно хватит.
— Ты что, мне угрожаешь? — Вера Викторовна повернулась к сыну. — Подумаешь, кредит! Ты же всё равно зарабатываешь. А я на пенсии, имею право на отдых. Денис, ты слышишь, что твоя жена говорит?
— Слышу. И поддерживаю. Выбирай, мама.
— Вон отсюда! Оба! — Вера Викторовна затопала ногами. — Неблагодарные! Я ради вас старалась! А вы? Твоя жена настроила тебя против матери!
— Нет, мама. Ты сама всё сделала. Сама всё разрушила.
Они вышли из подъезда на морозный воздух.
— Что теперь? — тихо спросила Аня.
— Теперь будем платить, — Денис завёл машину. — Других вариантов нет. Доказать не сможем - она всё продумала. А мне моя репутация дороже.
Через неделю Вера Викторовна начала писать сообщения. Сначала Денису, потом Ане.
— Сынок, ну как же так? Я же не могу продать квартиру. Куда я пойду? На улицу выгонишь?
Денис молчал. Он молчал, когда мать прислала длинный список своих былых заслуг. Молчал, когда она начала давить на жалость. Молчал, когда она перешла к угрозам.
— Позвоните Вере Викторовне, скажите, чтобы перестала писать, — раздражённо бросила Аня вечером, листая сообщения в телефоне. — Она теперь мне каждый час пишет. То обвиняет во всех грехах, то предлагает помириться.
— Не буду, — отрезал Денис. — Я для неё больше не существую.
Аня понимала мужа. После той встречи он словно постарел на несколько лет. Осунулся, стал молчаливее. Каждый звонок с незнакомого номера заставлял его вздрагивать - он ждал очередного коллектора.
— У меня есть план, — сказала Аня однажды утром. — Нужно продать машину. И я договорилась о второй работе.
— Нет, — Денис покачал головой. — Машину не продадим. Как ты будешь добираться до работы?
— На автобусе. Зато закроем один кредит полностью.
— А на что жить?
— Справимся. Я посчитала - если продадим машину, возьмём часы в вечерней школе, затянем пояса - через два года расплатимся.
— Два года, — Денис горько усмехнулся. — Два года жизни коту под хвост.
— Зато потом будем свободны. От долгов и от неё.
Вера Викторовна не унималась. Она писала общим знакомым, жаловалась на неблагодарных детей, которые выгоняют мать на улицу. Рассказывала, как сын с женой требуют продать её единственное жильё.
— Представляешь, она всем говорит, что мы её выживаем, — рассказывал Денис жене. — А про свою квартиру в городе молчит. Делает вид, что эта - единственная.
— Пусть говорит, — Аня проверяла тетради. — Нам важнее долги закрыть.
Время шло. Они продали машину, закрыли один кредит. Аня устроилась учителем в вечернюю школу. Денис брал дополнительные смены. Они считали каждую копейку, но с графиком платежей не срывались.
— Мне Светка рассказала, — поделилась как-то Аня. — Твоя мать ей тоже денег должна. Просила в долг якобы на операцию. Пять тысяч.
— Когда успела?
— Давно. Полгода назад. И не только ей. Она, оказывается, у половины соседей заняла. Каждому рассказывала разную историю. Кому на лечение, кому на ремонт, кому на подарок внукам.
— У неё нет внуков.
— Вот именно.
Ещё через месяц они узнали, что Вера Викторовна продала новую квартиру. Но не для того, чтобы отдать долги.
— Она уехала в Анталию, — сообщила та же Светка. — Фотографии выкладывает. Говорит, что дети довели, пришлось продать квартиру и уехать.
— Она правда думает, что сможет сбежать от всего этого? — Аня листала фотографии Веры Викторовны из Турции. — От долгов, от ответственности, от последствий?
— Сможет, — Денис даже не стал смотреть на экран телефона. — Она всю жизнь так жила. Делала что хотела, а расплачивались другие.
Шли месяцы. Супруги продолжали работать на износ. Аня уже привыкла возвращаться домой за полночь - последний урок в вечерней школе заканчивался поздно. Денис все выходные проводил на подработках.
Однажды вечером раздался звонок с незнакомого номера.
— Добрый вечер, — раздался в трубке женский голос. — Это Марина, риелтор. Вера Викторовна просила связаться с вами.
— По какому поводу? — холодно спросила Аня.
— Она хочет продать квартиру в городе. Ту, старую. Нашлись покупатели, но нужны документы. Часть бумаг у вас.
Аня расхохоталась:
— А она вам не сказала, что должна нам миллион? Что повесила на сына кредиты? Что сбежала в Турцию?
В трубке повисла тишина.
— Нет, об этом речи не было, — наконец ответила риелтор. — Она сказала, что просто хочет продать лишнюю недвижимость.
— Передайте Вере Викторовне, что без погашения долгов никаких документов она не получит. И что мы найдём способ арестовать эту квартиру за долги.
Вера Викторовна объявилась через час.
— Как ты смеешь мне угрожать? — кричала она в трубку. — Ты никто! Пустое место! А я мать!
— Которая испортила жизнь собственному сыну, — парировала Аня. — Сначала долги верните, потом поговорим о документах.
— Да как ты? Да что ты? Денис! Почему ты позволяешь своей жене так со мной разговаривать?
— Потому что она права, — впервые за долгое время Денис взял трубку. — Верни деньги, мама. Все деньги, которые набрала на мой паспорт.
— Неблагодарный! Я тебя растила! Я тебе жизнь отдала!
— А теперь отбираешь. Верни деньги.
— Не дождётесь! Это моё! Я заслужила! А ты... ты мне больше не сын!
Денис молча нажал отбой.
— Что теперь? — спросила Аня.
— Теперь будем платить дальше. Без её помощи. Через полтора года закроем все долги. А мать... считай, что её больше нет.
Прошло два года. Супруги расплатились со всеми кредитами. Они всё так же много работали, но теперь копили деньги на собственную квартиру. Вера Викторовна осталась в прошлом - они не отвечали на её сообщения, не брали трубку, не читали письма.
А она продолжала своё - жаловалась знакомым на неблагодарных детей, писала душещипательные посты в социальных сетях, пыталась надавить на жалость. Но теперь это их не трогало.