Джин Симмонс в интервью для Music Radar рассказал: «Я всегда любил и восхищался Black Sabbath. И могу с гордостью сказать, что совместные гастроли в ранние дни запомнились мне на всю жизнь». Но, по его признанию, между Black Sabbath и Kiss существовало яростное соперничество во время их короткого совместного тура по США в 1974 году. «В Black Sabbath в 1974 году бурлил адреналин новой группы в чужой стране, делающей то, во что они верят. Не было никаких сомнений в том, что Black Sabbath будут делать всё по-своему. Любите вы их или ненавидите, но это будет группа, которая будет метить свою территорию, как животное. Kiss гастролировали со своим первым альбомом. К счастью, мы получили место на разогреве в туре Black Sabbath, но только на три или четыре концерта. Это было в Бостонском театре в 1974 году, если мне не изменяет память... Я был за кулисами, полностью загримированный и готовый выйти на сцену с группой. Рядом со мной стоял великий Гизер Батлер. Все его 183 сантиметра! В своих ту
Джин Симмонс в интервью для Music Radar рассказал:
«Я всегда любил и восхищался Black Sabbath. И могу с гордостью сказать, что совместные гастроли в ранние дни запомнились мне на всю жизнь».
Но, по его признанию, между Black Sabbath и Kiss существовало яростное соперничество во время их короткого совместного тура по США в 1974 году.
«В Black Sabbath в 1974 году бурлил адреналин новой группы в чужой стране, делающей то, во что они верят. Не было никаких сомнений в том, что Black Sabbath будут делать всё по-своему. Любите вы их или ненавидите, но это будет группа, которая будет метить свою территорию, как животное.
Kiss гастролировали со своим первым альбомом. К счастью, мы получили место на разогреве в туре Black Sabbath, но только на три или четыре концерта.
Это было в Бостонском театре в 1974 году, если мне не изменяет память...
Я был за кулисами, полностью загримированный и готовый выйти на сцену с группой. Рядом со мной стоял великий Гизер Батлер. Все его 183 сантиметра! В своих туфлях на каблуках я был ростом около 205 сантиметров.
Это в моей ДНК — как только я нанёс боевую раскраску, я стал Демоном. А Гизер не знал, что со мной делать.
Когда он оказался рядом со мной, он смотрел меня с ног до головы. Я посмотрел на него сверху вниз. Я уставился на него, высунул язык, опустил голову так, что мы оказались лицом к лицу, и сказал: "А-а-а!"
Много лет спустя Оззи рассказал мне или я где-то прочитал об этом: Гизер сказал ему, что он чувствует угрозу со стороны басиста, выступавшего на разогреве. Он подумал, что это недобрый знак. И он был прав!
Нашим намерением было выйти на сцену и уничтожить всё живое. Мы так и поступили.
На следующем концерте в Рочестере, штат Нью-Йорк, нашему дорожному менеджеру сказали, что мы должны немедленно выйти на сцену. Проблема заключалась в том, что линия усилителей Black Sabbath находилась слишком близко к краю сцены, так что нам не хватало места, чтобы даже обойти друг друга и перебраться на другую сторону.
Далее последовала игра в гляделки. Мы не хотели продолжать, пока линия усилителей Black Sabbath не будет отодвинута. И их отодвинули.
В другой раз — возможно, это было в Олбани, штат Нью-Йорк, — участников Black Sabbath не было видно. Позже мы узнали, что они поселились в отеле, а когда пришло время идти в концертный зал, они не смогли найти Оззи. Он зашёл в открытый гостиничный номер, закрыл дверь и лёг спать. Проблема была в том, что он зашёл не в свой номер!
Не стоит и говорить, что когда тур-менеджер Black Sabbath отправился на поиски Оззи, его нигде не было. Он крепко спал в комнате незнакомца.
Всё вышесказанное — это проявление восхищения, уважения и любви к одной из немногих групп, которая проложила путь для бесчисленного множества других.
Я никогда не забуду, как впервые услышал название Black Sabbath. Это была реклама их первого альбома. Она появилась в журнале Rolling Stone. В ней говорилось: "Black Sabbath — громче, чем Led Zeppelin".
И действительно: громче и величественнее».