В судьбе каждого музыкального эрудита, чьё отрочество совпало с перестройкой, обязательно был кто-то старше его по возрасту, тот кто, чисто платонически, руководил расширением его кругозора.
Когда подросток делился тем, что узнал от "одного мужика" с одним из практикующих балбесов, те смотрели с уважением, но сочувственно.
Юноша и не рассчитывал стать фаворитом. В студию звукозаписи на Корнилова, в самом начале улицы, его ровесники плелись косяками, по мере средств, одетые по масти - если вы по этим делам, выбирай любого.
Подростку хотелось не "попробовать", он нуждался в устной информации о музыкальных новинках и открытиях из прошлого. Вот он и плелся.
Рассчитывать на личное знакомство с кем-то из тех немногих, кто пишет о музыке в официальных изданиях, пока не приходилось. Однако мужик за дверью без вывески совершенно серьезно утверждал, что ранние тексты одного из них (самого знаменитого) он редактировал собственноручно, когда тот еще был никем и ничем. В самом деле весьма ос