Священномученик митрополит Вениамин (Казанский) — один из выдающихся церковных иерархов первой четвери XX столетия. Истинный пастырь Христовой Церкви, он до последних дней своей земной жизни ревностно трудился на кафедре Петроградских святителей. На момент революционных событий 1917 г. в архипастырском попечении владыки Вениамина находились многочисленные территории обширной Петроградской епархии, где особняком стоял Свято-Троицкий Зеленецкий мужской монастырь.
О роли этой древней монашеской обители в духовной жизни Петроградской епархии вскоре после возведения Вениамина (Казанского) в сан митрополита свидетельствует заметка священника Константина Семенова, опубликованная в конце 1917 года в «Известиях по Петроградской епархии». Он описывает, как группа паломников, состоявшая из духовенства Северной столицы, в течение трех дней пребывала у мощей преподобного Мартирия Зеленецкого в день его памяти 11 (24) ноября в духовном единении и молитве с настоятелем этой обители архимандритом Виктором (Островидовым) и викарием Петроградской епархии, епископом Ладожским Мелхиседеком (Паевским). «Кроме духовной отрады, полученной в обители, осталось и вообще хорошее впечатление от всего уклада монастырской жизни, от его быта духовного, хозяйственного, внешнего. Видна опытная, любящая, а главное — интеллигентная правящая рука аввы Виктора»[1] , — отмечает автор публикации.
В вышеуказанной газетной статье не встречается прямого и даже косвенного упоминания о митрополите Вениамине. Однако в этом небольшом по объему тексте дважды упомянут настоятель Зеленецкой обители архимандрит Виктор (Островидов), будущий епископ Глазовский и священноисповедник: «…отеческая обо всех заботливость архимандрита Виктора создали ту атмосферу, в которой забывается горе житейское, треволнения мирские, злоба…»[2] . Именно он телеграммой святителя Тихона Патриарха Всероссийского от 16 (29) сентября 1918 г. был утвержден в должности наместника Свято-Троицкой Александро-Невской Лавры[3] , а митрополит Вениамин распорядился в адрес епархиальной канцелярии: «Уведомить архимандрита Виктора, чтобы он явился к месту нового своего назначения»[4] . «Его хорошо знал митрополит Вениамин, лично предложивший кандидатуру тогда еще архимандрита Виктора Патриарху Тихону»[5] , — отмечает профессор СПбДА М. В. Шкаровский. Попробуем проанализировать на основании неопубликованных источников, что могло предшествовать такому назначению?
15 мая 1918 г. в Троицком Зеленецком монастыре под председательством митрополита Вениамина созывается собрание пастырей и мирян Ладожского уезда. При этом знаменательном событии, вошедшем в историю как редкий пример соборности Церкви по ее освобождении от синодально- бюрократической системы управления, «было сказано краткое слово, в котором Его Высокопреосвященство призвал благословение Божие на труды собрания и указал, при каких условиях труды эти могут быть успешны и плодотворны»[6] . Также был совершен молебен «пред началом доброго дела и умиротворении Церкви», при этом совершался благовест в большой монастырский колокол.
На собрании были созданы и работали комиссии:
1. Богослужебная;
2. Приходская;
3. По церковному управлению;
4. О церковной дисциплине;
5. Миссионерско-школьная[7] .
Описание собрания пастырей и мирян Ладожского уезда в Зеленецком монастыре под председательством митрополита Вениамина (Казанского) хранится в фондах ЦГИА СПб. Полагаем, что именно здесь у Петроградского архипастыря созрело решение о будущем переводе архимандрита Виктора (Островидова) из Зеленецкой обители в Александро- Невскую Лавру, поскольку митрополит мог воочию убедиться о состоянии монастыря, где о. Виктор настоятельствовал с 1910 г. и явил добрые плоды своей деятельности.
Продолжая же тему архипастырского попечения владыки Вениамина о Зеленецком монастыре, стоит отметить важное и можно сказать в какой-то степени роковое кадровое назначение, сделанное митрополитом той же датой 16 (29) сентября 1918 г.: насельник Александро- Невской Лавры архимандрит Владимир был назначен временно исполняющим должность настоятеля Зеленецкой обители (Рис. 1). Именно архимандриту Владимиру выпала судьба принять на себя первые удары от большевиков- богоборцев, начавших процесс реквизиции монастырского имущества в том же 1918 г. (к сожалению, пока не удалось найти иных сведений о жизни и служении этого пастыря).
Шел 1918 год, настал час разделять участь многих российских монастырей и братии Зеленецкой обители. В числе первых ее гонителей значился перешедший на сторону советской власти священник М. В. Галкин, который был в монастыре в конце того же 1918 г. и отметил, что «монастыри благоденствуют по-прежнему, (…) в Зеленецком монастыре 28 монахов владеют 42 коровами». Поэтому, как считал бывший священник, ставший сотрудником Народного комиссариата юстиции, «необходимо, не разрушая прекрасно поставленной молочной монастырской фермы, выселить из Зеленецкого монастыря монахов и устроить здесь санаторию или для детей петроградского пролетариата, или же для туберкулезных больных»[8] .
В декабре того же года петроградская газета «Коммунар» писала об излишках хлебных запасов и иных пищевых продуктов, якобы имевшихся в монастырских амбарах, которые монастырь за хорошую мзду якобы сбывает «богатеям», а его насельники «едят по 2 фунта хлеба в день»[9] , хотя при этом молодая советская Россия испытывает острейшую нехватку продовольствия. Разумеется, подобные «вбросы» негативной информации в большевистской печати были призваны посеять в тогдашнем обществе семена ненависти ко всем монашествующим — и не только Зеленецкой обители.
Но в начале следующего года на монастырских землях создается сельскохозяйственная коммуна «Восход», ее устав был утвержден 25 января 1919 г.[10] Согласно свидетельству настоятеля монастыря архимандрита Владимира, все монастырское «движимое и недвижимое имущество с 19 декабря 1918 г. перешло в ведение и полное пользование Зеленецкой коммуны “Восход”»[11]. В то же самое время на эти земли претендовала не только созданная при монастыре коммуна. Так, заведующий Центральным распределительным продотделом Мурманской железной дороги Палагин просил 2 сентября 1919 г. Петроградский губземотдел «отвести площадь земли с необходимыми постройками и службами, имеющимися в бывшем владении Зеленецкого монастыря» для организации молочно-племенной фермы, поскольку этот продотдел уже имел близ монастыря продовольственный склад и мельницу[12]. На это обращение заведующий губземотделом Плотников просил 4 октября 1919 г. Новоладожский уездный земельный отдел предоставить заключение о целесообразности перевода сельскохозяйственной коммуны из Зеленецкого монастыря на иную территорию[13], однако уже 10 октября 1919 г. был получен ответ, где коммуна при Зеленецком монастыре характеризуется «в политическом отношении одной из передовых коммун в уезде»[14]. Более того, «перевод коммуны с ее составом в 83 человека и достаточно солидным мертвым инвентарем куда-либо в другое имение Уземотдела находит нецелесообразным т. к. это может подорвать организационную энергию коммунаров этой коммуны…»[15].
Несмотря на повсеместно начавшиеся в России антицерковные гонения, в 1920 г. в Зеленецком монастыре сохранялась не только монашеская жизнь с уставными богослужениями[16]. Братия, пребывавшая в священном сане, духовно окормляла и насельников обители, и богомольцев-паломников, и даже членов сельскохозяйственной коммуны «Восход». Так, монастырский духовник иеромонах Серапион совершил таинство святого крещения над дочерью коммунара, жителя Усадище-Спасовской волости Зеленецкого уезда Ивана Иванова, родившейся 7 апреля 1920 г., о чем монастырем было выдано соответствующее свидетельство[17].
В марте 1920 г. архимандритом Владимиром по требованию Усадище-Спасовского волостного исполкома создается опись церковного имущества Зеленецкого монастыря, которая свидетельствует о том, что в монастыре еще сохранялась серебряная рака над мощами преп. Мартирия Зеленецкого, также имелись: 15 Евангелий, богослужебные сосуды (как серебряные, так и медные), 7 серебряных напрестольных крестов, большое количество храмовых икон (также и в серебряном окладе), 4 кадила, облачения для святого престола и жертвенника, множество священнических и диаконских облачений[18]. Это последний документ, причем не только заверенный, но и полностью написанный каллиграфическим почерком архимандрита Владимира. Далее документы, свидетельствующие о деятельности этого священнослужителя в Зеленецком монастыре, по всей видимости, утрачены.
В 1921 г. начинается массовый голод в Поволжье. Изъятие церковных ценностей происходило и в Зеленецкой обители — согласно квитанции от 28 апреля 1922 г., монастырь передал в губернский финотдел следующие церковные ценности:
«Серебра 5 пудов 33 фунта 91 золотник
Золота — 58 золотников 12 долей
Медной монеты — 6 п<удов> 32 ф<унта>
Бриллиантов мелких 17, аметистов 5, жемчужин 4 и Розочек 34 шт.»[19].
Таким образом, можно сделать вывод: Свято-Троицкий Зеленецкий монастырь в годы святительства Петроградского архипастыря — будущего священномученика митрополита Вениамина (Казанского) стал, несмотря на свою удаленность от Северной столицы России, одним из самых значимых центров духовной жизни Петроградской епархии, посещаемых лично владыкой Вениамином. Им же из Зеленецкой обители истребован на служение в Александро-Невскую Лавру будущий священноисповедник архимандрит Виктор (Островидов), а из Александро-Невской Лавры назначен исправлять настоятельскую должность в Зеленец архимандрит Владимир. Что же касается процесса изъятия церковных ценностей — оно было начато в Зеленецком монастыре в апреле 1922 г., но подготовка к нему, как видно из приведенных выше источников, была начата местными властями гораздо раньше.
Ссылки и примечания:
1. Семенов К., свящ. Три дня у преподобного Мартирия Зеленецкого // Известия по Петроградской епархии. 1917. № 47–50. С. 8.
2. Там же. С. 7.
3. РГИА. Ф. 815. Оп. 11 (1918 г.). Д. 69. Л. 77.
4. Там же.
5. Шкаровский М. В. Свято-Троицкая Александро-Невская Лавра. 1913–2013. В 2 т. Т. 1. СПб., 2013. С. 193.
6. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 120. Д. 708. Л. 4.
7. Там же. Л. 4 об.
8. Берташ А., свящ.; Антоний (Козин), иеродиак. Зеленецкий [Мартириев Зеленецкий] во имя Святой Троицы мужской монастырь // Православная энциклопедия. Т. 20. М., 2018. С. 57.
9. Тунеядцы Зеленецкого монастыря // Коммунар. 1918. № 1. Дек. С. 64.
10. ЦГА СПб. Ф. Р2004. Оп. 1. Д. 2320. Л. 12.
11. ЦГА СПб. Ф. Р639. Оп. 1. Д. 224. Л. 27.
12. Антипов М. А., Нижегородцев Д. В. Мартирий Зеленецкий и Свято-Троицкий Зеленецкий монастырь от времени основания до наших дней. СПб., 2021. С. 148.
13. ЦГА СПб Ф. Р2004. Оп. 1. Д. 2320. Л. 9–9 об.
14. Там же. Л. 11.
15. Там же. Л. 11 об.
16. Антипов М. А., Нижегородцев Д. В. Мартирий Зеленецкий… С. 150. 17 ЦГА СПб. Ф. Р639. Оп. 1. Д. 224. Л. 43.
18. Там же. Л. 32–36 об.
19. ЦГА СПб. Ф. Р5865. Оп. 1. Д. 311. Л. 22.