Светлана с самого утра придумывала разные отговорки, чтобы не идти на новоселье к племяннику. Дело было в его жене и ее родителях. Лично Светлане невестка сестры казалась высокомерной, надменной, хладнокровной женщиной. Выводы имели крепкое основание. Подкреплялись и поддерживались беседами с сестрой, которая о своей невестке всегда отзывалась с возмущением и в долгих разговорах по телефону могла часами рассказывать о том, почему не радуется браку сына и что конкретно с Тасей не так. В списке недостатков, который мысленно составила Галя, на первом месте числились родители Таси. Которые, по ее мнению, были грубыми, злыми и невоспитанными. Свое отношение к ним она не скрывала. Видимость дружбы не делала. Ради справедливости стоит отметить, те первые начали кидать камни в чужой огород.
- Виктор возможно будет неплохим мужем для какой-нибудь продавщицы из ларька, но не для нашей Таси. Мы откровенно этот брак не одобряем. И, честно говоря, не раз советовали дочери забыть парня. Сами понимаете, гусь свинье не товарищ, - во время знакомства прямо заявил отец Таси в лицо ошарашенной Гале. Поводом для встречи тогда послужила подготовка к свадьбе, обсуждение расходов. И что-что, а нечто подобное женщина никак не ожидала услышать.
От возмущения Галя вся побагровела. Как и любая мать, поспешила заступиться. Ведь оскорбления в сторону сына восприняла на свой счет.
- С такой родней Виктору и врагов не надо. Вы правы. Такого игнорирования приличий, отсутствия чувства такта и хоть каких-то зачатков воспитания я еще не встречала. И я говорю это не про вашу дочь, но про вас. – Ответила Галя, заставив в свою очередь побагроветь отца Таси. – Проще говоря... Я к тому веду, что вы, уважаемый Михаил Семенович, оказывается хам.
- Мы с вами разговариваем на разных языках, - вместо мужа ответила мать Таси. – Уровень образования каждого из нас дает о себе знать. Бесполезная полемика. Одно то, что вы растили сына в одиночку, говорит о вас больше, чем любые другие слова.
- Пошли вон из моего дома! –Не попросила, скорее приказала Галя, добавив при этом парочку, а может и десяток нецензурных слов. Последнее замечание вывело ее из себя. Сваты словно знали на какую мозоль надо надавить, чтобы женщина потеряла «равновесие» в своем самообладании.
Те в свою очередь отвечали. «Маски» порядочности, вымученные улыбочки слетели с лиц, обнажая истинное нутро каждого. Скандал вышел отменным и долго еще обсуждался соседями, которые стали невольными участниками битвы оскорблений между будущими родственниками.
К слову, Михаил Семенович был врачом, как и его жена Лидия Петровна. Оба считались уважаемыми людьми. Оба были о себе высокого мнения. И оба считали себя на две, а то и три головы выше Гали, простой продавщицы из супермаркета. Их задевало, что единственная дочь, оперирующий хирург выбрала в мужья парня без должного образования и возможностей, вместо сына влиятельного друга семьи, за которого девочку сватали чуть ли не с пеленок. Галю же задевали оскорбления. В конфликте победителей не было, только проигравшие в лице Таси и Вити. К счастью, а может и не к счастью, молодые открыто не участвовали в родительских разборках. Но каждый негласно принял сторону своих родителей до конца, не разобравшись в ситуации.
Лично Светлана была полностью на стороне сестры. И не хуже Гали чувствовала себя на редкость оскорбленной. Мать растила их одна. Очень долго и тяжело болела. Свете и Гале едва успело исполниться по восемнадцать, как матери не стало. Сестры начали работать, старались держаться вместе. О высшем образовании пришлось надолго забыть. Впрочем, сестер это ничуть не печалило. Старались радоваться и поддерживать друг друга во всем. Обе рано вышли замуж. Обе столкнулись с беспощадными ударами судьбы. Замужество Светланы не пережило трудностей. Две неудачные беременности с жуткими осложнениями привели к бесплодию. Ее муж не смог смириться с мыслью о том, что у них никогда не будет детей. Ушел. Точнее бросил, оставив Свету в горе одну. Гале пришлось хуже. Она родила сына. И до пяти лет воспитывала его вместе с мужем. Света участвовала в жизни племянника с самых пеленок, охотно следила за ним, и в глубине души считала его чуть ли не своим сыном. Наверное, это и помогло ей пережить трагедию своей жизни. Новых отношений Света больше не заводила. И очень долго считала себя чуть ли не прокаженной. А потом, когда свыклась с мыслями о том, что детей собственных не будет, не захотела семейных отношений. Одиночество стало привычкой. Светлана с удивлением обнаружила, что и одной ей со всем неплохо, даже хорошо. Ну как одной... Рядом всегда была Галя. Что же касалось мужа сестры, то его не стало в результате несчастного случая. Сбила машина. Эту трагедию тоже переживали вместе. Тяжелее всего было объяснять пятилетнему Вите почему папа никогда не придет домой, почему лег на вечный сон. Галя переживала утрату очень долго. Слишком любила мужа. Настолько сильно, что больше никого к себе не подпустила. А произошедшее ранило даже спустя года.
Потому, когда сватья, не зная причин, опрометчиво решила, что Галя воспитывала сына одна из-за того, что не смогла сохранить семью и выбрать достойного мужчину, произошла буря.
Тася, в отличие от своих родителей, неосторожными словами старалась не бросаться, но нет-нет и проскальзывало что-то. Суть конфликта не поняла. Несмотря на все отговоры родителей, решение выйти замуж за Витю не изменила. Они познакомились в медицинском институте. Тася была отличницей, Вите же программа давалась с большим трудом. Учился без интереса. На третьем курсе отчислился, но сохранил дружбу с Таисией. Уж чем молодые приглянулись друг другу никто не знал. Но свои отношения они долго не афишировали. Светлана знала, только то, что племянник встречался с Тасей восемь лет прежде, чем они решились на свадьбу. И инициатором этих отношений был вовсе не Витя, а Тася.
Если бы не одна ситуация, то Светлана бы думала, что Галя придирается к невестке, приукрашивает. Холодность Таси еще можно было списать на характер, издержки профессии. Такой уж человек. Однако откровенное хамство, надменность, оправдать было нельзя. Как-то Тася, находясь во взвинченном состоянии из-за нагрузки на работе, накрученная своими родителями, которые наговорили то, что им было выгодно, решила вспомнить старую ссору:
- Если бы не Витя, в жизни бы с вами за один стол не села из-за того, что вы тогда наговорили моим родителям. Вы довели мою маму. Она целый день не могла отойти. Какое вообще право вы имели дерзить? Это они-то невоспитанные? Я уж молчу про то, где вы и где они находятся на социальной лестнице.
Света присутствовала при этом разговоре. И пока сестра пыталась переварить услышанное, ответила то, что думала. И все свелось к тому, что Тася, которая не хуже своих родителей, возгордилась своими достижениями, сморозила лютую глупость:
- Если однажды, так случится, что вы попадете ко мне на стол, то кто знает, что я не припомню ваши слова. Кто знает, что в этот момент не случится врачебная ошибка.
Свету эти слова поразили и ошарашили. Почему-то она тогда испытала страх. Почувствовала беспомощность. Тася же тоже испугалась и вся покраснела. Ей стало стыдно, и она тут же извинилась, поняв, что перегнула палку. Запричитала, что сказала на эмоциях, что никогда и ни за что не навредит человеку. Но слово не воробей, Света запомнила эти слова на всю жизнь.
Что же касалось Гали, то она была поражена не меньше, однако в тот момент решила промолчать. Об этом диалоге знали только трое. Сыну сестра ничего рассказывать не стала. Не хотела сеять раздор между ними.
Тем временем на каждом застолье сваты при каждом удобном и неудобном случае первое время пытались задеть Галю. Галя не молчала, отвечала. Стало ясно – всем вместе собираться за одним столом нельзя. Обязательно кто-нибудь, что-нибудь скажет, другой подхватит и понесется. Нет общения – нет проблем. Все совместные застолья сократили до минимума.
- Любая другая бы плясала от радости. Врач в семье! Оперирующий хирург! Это ли не удача? – Не без иронии подначивала Света сестру, не сумев простить ее невестку.
- Такого врача и врагу не пожелаешь, - злилась Галя. – Обсуждает болезни, операции так, словно речь идет не о заразе, которая уносит жизни, а о способах приготовлении курицы. Подобная холодность поражает. Да и что толку от врача в семье, если совета не спросишь? Случайный сотрудник медицины и то радушнее отнесется, чем эта. Да и попасть к такой себе дороже. Она ясно предупредила. Мне ее извинения и попытки примириться, как кость в горле.
- К счастью, я на здоровье никогда не жаловалась. – Похвасталась Света. – Ее угрозы останутся угрозами.
Зато что-то поменялось в Тасе. Она с тех пор стала вести себя по-другому. Но кто на это обращал внимание? Ни Света, ни Галя не давали ей и шанса наладить общение. Все ее попытки воспринимались в штыки. Тася стала негласным врагом.
Потому, когда Витя позвал на новоселье, Светлана стала придумывать причины, чтобы не ходить и не участвовать в театре лицемерии. Сложно притворяться доброй тетушкой, когда на душе одно лишь презрение. И в конечном счете сказалась больной, не придумав ничего лучше.
Вообще Света не любила врать. Знала верную закономерность: стоит раз притвориться больной, как обязательно потом заболеешь. Но сейчас она не видела другой уважительной причины по которой могла бы отказать племяннику. Не прямо же заявить, что не переносит ни его жену, ни ее родителей. И пусть уже прошло пару лет после ссоры, однако впечатления были свежи. Витя, как ожидалось, расстроился. Сказал, что Тася очень всех ждала. Хотела примирить семью и поговорить. Мол, надоело в разладе жить. А тут повод. Света в эту басню не верила. А еще не знала, что такого должно случится, чтобы она приняла Тасю после всего сказанного и услышанного. Но племяннику об этом сказать не могла. Знала, что тот будет расстраиваться. Ему безусловно, как и любому нормальному человеку, очень хотелось, чтобы все жили в мире и согласии.
- Мне очень жаль. Но живот болит. Наверное, отравилась чем-то. – Не моргнув соврала Света. – Надо отлежаться, послезавтра на работу. Передай жене, что встретимся в другой раз.
Но на работу Света так и не вышла. На второй выходной день у нее действительно заболел живот, да так что пришлось вызвать скорую помощь. В сердцах Света зареклась теперь когда-либо врать про болезни. Следующий раз прямо и открыто скажет, что не хочет сидеть за одним столом с Тасей. Боль тем временем нарастала и вскоре все мысли ушли на второй план. Потребовалась госпитализация. А дальше все было как в тумане. Врачи, капельницы, какие-то документы, вопросы и сама операция. Успешная операция, проведенная, по ироничному стечению обстоятельств, Таисией Михайловной.
Светлана, глядя в потолок больничной палаты, не знала, смеяться ей или плакать, что вон как все сложилось. И сошлась на том, что, наверное, надо благодарить, что вообще жива. Но Тася благодарностей не требовала. И разговор завела сама, так, словно продолжила беседу с подругой.
- Коллега заболел. Ничего серьезного, легкое недомогание, но в таком состоянии проводить операции нельзя. Я была вместо него. Все прошло хорошо. Даже идеально. Осложнений быть не должно. Буду наблюдать.
- Спасибо, - ответила Светлана. – Правда спасибо.
Таисия подошла к окну и ее лица не было видно.
- Я старалась, как никогда.
Светлана честно ответила:
- Верю.
- Чувства не должны диктовать действия. Я не знаю почему так тогда сказала. Но грош цена мне как человеку, как специалисту, если мои чувства станут руководить мною, тем более тогда, когда речь идет о человеческой жизни. В тот день я своими словами сама себе пощечину дала, и как будто уважать себя перестала. И тот груз висел до вчерашнего дня.
- Ну не будем теперь. – Светлана поняла, что Тася опять извиняется. И как-то стало неловко от того, что ошибалась на ее счет.
- Не будем, - согласилась Тася и постояв немного ушла.
А Света еще долго думала над ее словами. И пришла к выводу, что есть в них правда. Доколе старые чувства будут руководить поступками - ничего хорошего не выйдет. Своими мыслями Света поспешила поделиться с сестрой. Хотелось поскорее закончить конфликт. Рассказать о том, кто ее спас и кому она благодарна за это.