Уволился очередной мастер из группы строителей.
Строителями мы их называем для краткости. А официально это "мастера по обслуживанию зданий и сооружений." Идут в группу эту, во-первых, те, кому не повезло попасть на другую, более "чистую" специальность. Таких в колледже много. А во-вторых, те, которым и "тройки" за счастье. Слабая группа, в общем. И с мастерами им не везёт.
Правда, был один лет десять, больше - назад. И тоже ушёл. Только - навсегда...Помнят его до сих пор. И не только по памятникам. Памятниками при жизни мы, не сговариваясь, стали называть всё, к чему он руки приложил до своего ухода - отремонтированные блоки в общежитии, приёмную главного корпуса, фасады всех корпусов.
Но как же многого мы о нём не знали...Я не знала.
Вспоминаю..
Мы с коллегой шли в ТЦ. Обеим нужно было.
А мимо прошла женщина.
На иную посмотришь, и вспомнится - "на лице сохранились следы былой красоты". А у неё... Другие у неё были следы. Не ошибёшься, предположив, что долгие годы она неразлучна со старинным русским лекарством, которое употребляют, лечась от депрессии, от хандры. По поводу и без повода употребляют. У него, снадобья этого, страшный эффект. Примешь - и как будто крылья вырастают. И всё - нипочём. Любая беда. А потом крылья складываются, и летишь вниз. Сколько жизней унесло - войны не надо....
" Знаешь её? " - "Нет. А кто это?" - "Жена Виктора Палыча. Вдова, вернее." -" Она?! Я не узнала её! А ты откуда её знаешь?" - "Моя мама в соседях у них."
...Говоря о встреченной женщине, сошлись во мнениях - Виктор Палыч, светлая ему память, редкостным был мужем...
Он пришёл к нам в колледж на работу лет десять назад, может, больше. Строительная фирма, где работал раньше, обанкротилась. А нам до зарезу нужен был мастер производственного обучения на группу строителей. А тут такая удача - серьёзный, положительный человек, специалист с высшим образованием. Взяли с руками, с ногами.
Мне, тогдашнему заместителю директора колледжа, приходилось часто с ним общаться. "Виктор Палыч, тут такое дело...На курсы вам надо. Очень хорошее у вас образование, но если не педагог - перепрофилироваться надо." Говорю и глянуть на него боюсь - сейчас скажет: имел я в виду ваши педагогики с психологиями. А он: ну конечно! Мне и самому интересно!
"Как курсы, Виктор Палыч? Утомительно?" - "Что вы, Елена Сергеевна, я получаю удовольствие! Я столького не знал за всеми этими нашими железобетонными конструкциями...Знал бы - может, и своих сыновей по-другому растил бы.."
Я не знаю, какие ключи и инструменты применял он в работе со своей группой, а только уже через пару-тройку месяцев они ради него пошли бы на баррикады. Ребятки были - не сахар. Кое-кто стоял на учёте в ИДН ( инспекция по делам несовершеннолетних), кто-то успешно готовился встать на этот учёт, немало для дела такого трудясь. Выпивали в общежитии после отбоя. Дрались. Кто-то и подворовывал...
Какие мастер подобрал слова - не знаю. А только слово его вскоре стало законом из тех, что обратной силы не имеют. В 7 утра он будил их в общежитии. И в 10 вечера нередко был там же. Ни разу не слышал никто, чтобы он повысил голос, говоря с ребятами. Наоборот, говорил как будто вполголоса, а слышно было - до последней запятой.
Вскоре они ходили за ним гурьбой и слушались его беспрекословно. Я догадываюсь, почему. Половина группы была безотцовщиной. Да и другой половине особо похвастаться в плане этом нечем было. Вот он и стал им вторым отцом. А кому-то - первым. Работали они как-то на субботнике. День промозглый был. Дождило. А один пацан в лёгком батничке был. Мастер отдал ему свою куртку. Так тот в ней до выпуска ходил...
Работая не первый год вместе, люди обычно хоть и не много, но знают друг о друге что-то, кроме деловых качеств. Кто муж у исторички Ирины и кем работает жена программиста Ивана. А вот о Викторе Палыче почти ничего никто и не знал. С нечастых корпоративов, где, расслабившись, говорили не только о работе, он уходил первым, поблагодарив за всё и вся: "Спасибо вам. Мне давно не было так хорошо на работе. А сейчас извините.. Мне надо..." И уходил.
А однажды не пришёл на работу. Через пару часов мы с ужасом узнали, что он - умер. Сердечный приступ. Не было предела горю...
...На похоронах оба его сына, окаменевшие, молча выполняли скорбную эту работу. Она столько сил порой забирает, столько времени, что и проститься некогда...
А мамы их видно не было.
И только тогда, в чёрный тот день мы, стоя в толпе пришедших попрощаться узнали: жена Виктора Палыча жутко пила. Не год и не два - долго. Всем соседям было наказано никогда не одалживать ей денег. Не угощать. Их никогда по-соседски не звали на дни рождения или иные торжества. Много чего в поминальной толпе услышали. Как не раз мужики по-соседски заговаривали с покойным : "Урезонь жену-то, Палыч. Это ж ни в какие ворота.." - "Зато она хорошая хозяйка. И - ладно вам..."
"Не мудрено, что не узнала я её. Сколько лет прошло.."
- Но, ты знаешь, после ухода его она, неделю попив до беспамятства, прекратила это дело. По сей день.
- Закодировалась или ...?
- Не знаю. А только ни разу замечена не была.. И на работу пошла. Она ведь бухгалтером раньше была.
- Так она что, не работала, когда он у нас в мастерах был?
- Нет. Ни дня.
Чем объяснить это? И есть ли тому объяснение? Любовь ли это была большая,.. Долготерпение ли.. Кто знает, что было в доме у них и между ними? Только они. А на людях...Ни слова осуждения.
***
Я не знаю другого такого примера супружеского героизма. Женщин знаю. Мужчин - нет. Он был один...
.... Жутко холодно стало. Наверное, завтра надену пальто потеплее. Только пуговицу пришью.
Глянула, а пуговиц-то и нет. За ними и ходила в ТЦ. Забыла...