Представьте, что вы древний римлянин — и не просто римлянин, а знатный человек, уважаемый paterfamilias (глава патриархальной семьи). У вас есть любимая матрона, не менее любимый сын, городской дом в Риме и вилла на Капри. И, разумеется, у вас есть штат домашних рабов — ведь ваша патрицианская жена не собирается заниматься стиркой и готовкой. Ваш сын подрастает и нуждается в образовании, поэтому, когда представилась возможность, вы приобрели — через хорошего знакомого, со скидкой — учителя греческого. Любому образованному римлянину необходимо знать греческий, а этот конкретный раб был рекомендован как весьма компетентный и хорошо ладящий с детьми.
И вот вы едете по Риму в паланкине, ваш будущий учитель шагает рядом, солнце светит — все прекрасно. Но вдруг какая-то молодая женщина задевает вашего недавно купленного раба. Прохожие, заметив это, начинают шуметь, будто предвкушая зрелище. К вашей носилке бежит человек в парадной тоге — судя по всему, профессиональный юрист — и что-то кричит. И тут, с ужасом, вы осознаете: девушка, случайно коснувшаяся вашего дорогостоящего, столь ценного раба, — это весталка. Согласно закону и обычаю, это означает, что вы обязаны немедленно освободить его, и ничего с этим не поделаешь.
Настоящий римский аристократ в этот момент проснулся бы, смахнул холодный пот со лба и понял, что только что пережил невозможный кошмар. Обычай освобождать раба, которого коснулась весталка, действительно существовал и строго соблюдался. Более того, если преступника вели на казнь по той же улице, весталка имела право тут же его помиловать, и ее решение не подлежало обжалованию. Это объяснялось тем, что в глазах римлян весталка воплощала богиню Весту, хранительницу домашнего очага.
Привилегии весталок были огромны. Они имели свободный доступ ко всем праздникам и представлениям в цирке, а в лучших местах для зрителей для них были зарезервированы специальные места. Любое преступление против весталки каралось смертью. По своему усмотрению весталка могла отменить решения любого римского суда. Кроме того, они играли важную роль в экономической жизни государства. Храм Весты владел обширными земельными угодьями, а жрицы не только получали доход с этих земель, но и принимали значительные денежные пожертвования от поклонников.
Как и другие римские храмы, Храм Весты служил местом, куда состоятельные граждане сдавали ценности на хранение, ведь эти здания были неприкосновенны для налоговых и финансовых служб. Священно служительницы заверяли особенно важные сделки, поскольку нарушение договора, заключенного в храме, считалось святотатством и каралось смертью. Поэтому не только немыслимо было спорить с весталкой, но и любой уважающий себя деловой человек в Древнем Риме не рискнул бы даже взглянуть на нее косо.
Так почему же сцена из сна нашего аристократа невозможна? Просто потому, что весталка никогда не покидала храм одна, пешком и без сопровождения. Если бы она вдруг решила отказаться от паланкина или колесницы, на которые имела право по статусу, и от ликтора с оружием, шедшего впереди нее, половина Рима собралась бы посмотреть на столь необычное зрелище. К тому же весталок было очень мало — всего шесть — и две из них были еще совсем юными девочками, только постигающими жреческое ремесло, которые почти все время проводили в здании храма и в доме весталок.
Опознать весталку было невозможно ошибиться. Даже если наш аристократ по каким-то причинам никогда не посещал храм Весты — ни как верующий, ни по делам, — он все равно видел бы всех весталок на ежегодном празднике Весталии, который отмечался 9 июня и имел огромное значение. Ведь считалось, что Веста охраняет не только домашний очаг, но и покой всего римского государства и каждой семьи в отдельности. Рим оставался нерушимым, пока на алтаре Весты горел священный огонь.
Как же появился этот необычный культ? Римляне считали, что он старше самого города. Легендарная Рея Сильвия, мать Ромула и Рема, жила в Альба-Лонге и была весталкой. Культ домашнего очага имел латинские корни. Он возник в глубокой древности, когда добыча нового огня была сложной задачей, а потому поддержание пламени в очаге стало священной обязанностью специально отобранных девушек, которым нельзя было отвлекаться ни на что другое. Именно поэтому весталки давали обет вечной чистоты. Священный огонь на алтаре Весты горел непрерывно вплоть до 391 года н. э., когда этот культ, наряду с другими языческими обрядами, был запрещен христианским императором Феодосием.