Хроника пикирующего бомбардировщика. СССР, 1968. Режиссер Наум Бирман. Сценаристы Наум Бирман, Владимир Кунин (по одноименной повести Владимира Кунина). Актеры: Юрий Толубеев, Геннадий Сайфулин, Олег Даль, Лев Вайнштейн, Александр Граве, Пётр Щербаков, Виктор Ильичёв и др. 24,4 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Наум Бирман (1924–1989) поставил 14 полнометражных игровых фильмов, два из которых («Хроника пикирующего бомбардировщика» и «Авария») вошли в тысячу самых популярных советских кинолент. Но у этого режиссера есть еще и популярная телевизионная комедия «Трое в лодке, не считая собаки»…
Вторая мировая война подходит к концу. Эскадрилье молодых пилотов поручено разведать замаскированный немецкий аэродром...
Драма Наума Бирмана, несомненно, послужила отправной точкой для знаменитого фильма Леонида Быкова «В бой идут одни старики». В фильме Н. Бирмана также велика роль атмосферы мужской дружбы и взаимной поддержки снят как бы «под документ», на черно-белую пленку. Лучшую роль в фильме, на мой взгляд, сыграл легендарный Олег Даль. Его герой, как всегда, остроумен, ироничен и неотразимо обаятелен...
В год выхода этой работы Н. Бирмана в прокат кинокритик Мирон Черненко (1931–2004) писал в журнале «Искусство кино», что «этот фильм принципиально скромен. Хотя речь в нем идет о войне, нет на экране ни грохота орудий, ни грандиозных сражений, ни пиротехники, ни массовок. Строгое название – «Хроника пикирующего бомбардировщика» — как нельзя лучше соответствует содержанию: нескольким страницам из дневника одной эскадрильи, своеобразному репортажу о быте прифронтового аэродрома, да еще в нелетную погоду… Внутренняя свобода героев, чувство собственного достоинства, высокий артистизм (это слово здесь особенно к месту — отвечая профессиям героев и их духовному складу) в своей деятельности – хотя, быть может, и не той, о которой мечталось в детстве, но жизненно необходимой в дни войны,— все это отнюдь не противоречит точному исполнению воинского долга» (Черненко, 1968).
С мнением Мирона Черненко был согласен и поэт, журналист и кинокритик Виктор Орлов (1929-1972), утверждая, что «фильм этот, замедленный и раздумчивый поначалу, набирает высоту и становится настоящим, страстным реквиемом юности, вставшей грудью против огня, чтобы бестревожно жила на земле другая юность – сегодняшняя» (Орлов, 1968: 9).
Оценка «Хроники пикирующего бомбардировщика» высока и у многих нынешних кинокритиков. К примеру, С. Кудрявцев считает, что «значение подобных фильмов о войне, как бы будничных, приземлённых, скромно, но с достоинством воспевающих обычный ратный труд зачастую ещё совсем молодых парней, думается, возрастает с течением лет. И спустя четыре десятилетия эта картина … по–прежнему жива и даже приобретает особую доверительность повествования… они продолжают без всяких скидок на прошедшее время нравиться нам и сейчас» (Кудрявцев, 2007).
С высоты киновосприятия XXI века киновед Андрей Горных убежден, что «героем фильма является новое трудовое братство. Учитель, Музыкант, Художник на сцене войны становятся «воздушными» рабочими — соединяя в себе признаки пролетариата (коллективное физическое напряжение при воздушных маневрах) и художников, практикующих свою жизнь как самодостаточное искусство. В качестве истории, которая рассказана в форме бессобытийной хроники, здесь фигурирует коллективный поиск истины, красной нитью проходящий сквозь труд и быт, придающий форму и смысл всему существованию. … Заключительная монтажная фраза фильма — все более общие планы идущего по огромному пустому полю «осиротевшего» механика погибшего самолета, перебиваемые таким же пустым небом — передает то разверзающееся небытие, в которое проваливаются и влюбленность еврейского юноши–скрипача, и эстетство студента–художника, и учительская рассудительности командира экипажа. И одновременно она увековечивает образ группы как коллективной формы, обретающей мемориальную цельность через самопожертвование. В результате фильм представляет собой своеобразное утопическое зеркало для послевоенного советского поколения интеллигенции. В нем компенсируется тоска по настоящему Общему Делу: на обломках утопии коммунизма это поколение пытается создать новую поэтику» (Горных, 2012).
Зрительская аудитория и сегодня с теплотой вспоминает этот фильм:
«Фильм на века! И не только потому, что "про войну". Приглядитесь, как сняты отдельные сцены (хотя бы в начале фильма, в землянке), как почти незаметно герои переходят "из настоящего" в довоенную жизнь и обратно, как реалистично сняты общие планы, как грамотно "вписаны" в фильм документальные кадры... А песня!» (П. Решетило).
«"Хроника пикирующего бомбардировщика" и "На войне как на войне" для меня одни из самых любимых фильмов. В них нет и тени пафоса… нет "мяса" и "крови", нет дидактики, настойчивого желания за шиворот подтащить зрителя к экрану: мол, смотри, вот какими были это люди. Понимаешь, какими они были, сам, именно, сам, потому что снято "негромко" – рядовые военные эпизоды, каких было, наверное, немало, но ты «узнал» этих людей, и они перестали быть «статистикой» в сводках, и тебе больно» (Владимир).
«Фильм "Хроника пикирующего бомбардировщика" как раз из тех фильмов, которые, посмотрев, уже не забудешь. Конечно, сюжет, имена героев и диалоги не запомнятся навсегда, хотя название коктейля "Шасси" и фраза "У них сейчас не Дюрер, а фюрер", отложились в памяти надолго. Но всё равно – образы этих лётчиков, созданные великими актёрами, навсегда останутся в памяти и душе. … они создают настолько живые характеры, что смерть их вымышленных героев в финале фильма оставляет ощущение, будто ушёл реально существовавший близкий человек. Такова сила актёрского искусства» (Борис).