1969г. Мне 17 лет.
- Пришёл работать на огромный машиностроительный завод.
Ученик слесаря.
Сколько-же всего нового и интересного!
Завод, станки, люди - глаза горят и разбегаются, пытаясь охватить
всё взором, уши шевелятся, вбирая какофонию неслыханных звуков,
слов и словосочетаний, нос реагирует на массу новых запахов, голова кружиться от передозировки впечатлений. Завод одним словом! Свой мир!
Проработал 3 дня. Всех собирают на цеховое собрание.
Я прибежал одним из первых.
Любопытство и желание побывать одновременно везде, всё и сразу узнать, и понять. Это же первое взрослое совещание в моей жизни. До этого были только родительские и комсомольские собрания. Здесь же все взрослые тётеньки и дяденьки - а таких как я. два-три на весь цех.
Вот появился начальник цеха. ФИО не помню. Под два метра ростом,
косая сажень, лысый. Шрам в пол лица. Фронтовик.
Взор - пронизывающий и кровоостанавливающий.
*Куда там нашей школьной директрисе. Тоже фронтовичка и тоже взгляд суровый, но всё же заметно мягче. Взгромоздившись на какой-то приступок как на трибуну, начальник цеха поздоровался с сотней собравшихся рабочих.
Выдержав 3-х секундную паузу - рыкнул:- женщинам закрыть уши. С вас нет спроса и к вам нет претензий. Ещё пять секунд помолчал, смотря вдаль, глубоко вздохнул и начал своё обращение к народу. Начал с трёх с половиной этажного и не совсем цензурного вступления. Для активизации и настройки аудитории на восприятие темы.
Вступление прозвучало, в недословном переводе, приблизительно вот так: Крокодилы, бегемоты, обезьяны, кашалоты и зелёный, с перепоя, попугай! Продолжил тему, мешая под, над и около - цензурные обороты речи. - Пролетарии! Едят вас мухи с комарами!
План - сорван! Квартальная премия - накрылась!
Кто виноват и что с ним сделать?! Ангидрит твою в перекись сероводорода!Среди нас... есть такие... р-р-работнички ... несколько ФИО огласил!
Пьяницы ... ещё три ФИО рассекретил!
Вами гордится коллектив! Прогульщики ... плюс ещё два ФИО обнародовал!
Краса и гордость завода! Повешу... вверх ногами... на доску почёта! Уволю по статье - рукобёдрые бракоделы!
Всех разгоню - один останусь! Других работников наберу!
Прости господи царя Давида за всю кротость мою...! Оставлю только дядю Петю, дядю Митю и дядю Васю! Вот именно так и провозгласил, не ФИО изрёк,
а уважительно, дядей мастеров - по имени рёк! - Я уже знал этих дядей. Дядю Петю и дядю Митю!
Мастера старой закалки. Знали всё в своей сфере.
Умели работать на любом станке, марку и состав стали - определяли по размеру и цвету снопа искр на заточном станке! За станком работали - залюбуешься. Плавные, точные движения. Станок у них сам всё делал - они только руками водили - дирижировали. Детали из-под резца выходили у них - хоть микрометром проверяй. *Если я что и приукрасил - то немного и только для яркости изложения. Одно слово - мастера! Иногда прикладывались к злодейке с наклейкой.
Но, дозу знали, мозги и дело не пропивали.
А вот дядя Вася - был мой мастер наставник: Василий Фёдорович Мельников! Дяденька лет за 50. Невысокий. Круглое лицо, сам весь округлый и подвижный. Взгляд благожелательный, с юмором и прищуром. Мастер был от бога. Не пил и не курил. Не сквернословил и не повышал голоса, даже при явной необходимости.
- На том, самом первом моём рабочем собрании, я получил самую важную программу по жизни:
- работники бывают - трудно заменимые и нетрудно заменимые.
Выбор за мной. Каким работником будешь, такая и жизнь будет.
Дядя Вася внедрил мне в сознание ещё одну важнейшую программу бытия.
- Как то раз. я небрежно обработал деталь в бытовом механизме. Недошлифовал. Человек пользующийся этим механизмом, мог немного. если не поцарапать, то неприятно шкрябнуть ладонь.
- и так сойдёт... из него не стрелять, не для себя делаю, для людей... такие отмазки я услышал от некоторых нерадивых работников.
*Так-то я вроде вполне старательный, обязательный и даже ответственный.
Но по жизни мы получаем разные рекомендации и советы - то есть закачиваем себе разные программы жизненного поведения от разных ... программистов. Случайные программы разного качества от случайных программистов, разного уровня. Поэтому нередко и возникает конфликт программ. - Я же был ещё организм зелёный, восприимчивый, в стадии роста и становления. Мог нахвататься всякого ...спама и вирусов, тем самым установив себе ложные программы жизни. - - - - Подошёл дядя Вася, проверить работу. Увидел мою небрежность,
провёл ладонью по недошлифованной поверхности. Потом заставил меня провести ладонью. Я немного покривился.
Дядя Вася, не повышая голоса, мягко сказал:
- Не нравится? А каково будет другим людям?
- Поставь себя на их место.
- А если это будет ребёнок или женщина?
- У них же ладошки нежные.
- Ты же для людей делаешь, а не для себя!
- Для себя делай как хочешь. Для людей делай как надо! Мягко без нажима, с лёгкой укоризной и так устыдил! т
Я покраснел до пояса!
Прошло 7 лет! На дворе 1976г.
Я уже работаю на Великой стройке Великого Союза!
Электромеханик по обслуживанию и ремонту канцелярской, бухгалтерской и складской техники. Отдел - полтора десятка парней разного возраста и семейного положения и четыре девушки программистки!
Начальник отдела кликнул всех на ...пятиминутку, оперативку и инструктаж.
Одним словом - на форматирование и последующее восстановление базовых настроек.
Шеф - личность колоритная. Умный как бес! Профессионал.
Дело знал до тонкостей. Сдержанная насмешливо-ехидная усмешка. Пронзительный взгляд зелёных ведмакских глаз - видел всех насквозь. Реинкарнация Торквемады. Врать этому инквизитору даже не пытались. Рентген, флюорография и полиграф были встроены в него по умолчанию.
(УЗИ и томография тогда ещё не были изобретены). Но он и так все анализы у человека брал взглядом на раз.
Собрал нас. Посмотрел на всех! Мы притихли как кролики перед удавом. Шеф, обращаясь к программисткам, изрёк:
- девочки выйдите, погуляйте. Мужчинам поговорить надо. Девочки безмолвно вышли.
Мы сжались, предвкушая инъекцию во все ганглии. - Шеф поднял взор на нас, вздохнул и в пять минут изложил суть дела. Перечислив все грехи наши тяжкие и уличив в неверии в благодать. Пересыпая свою обвинительную речь невообразимой смесью литературных, окололитературных и канцелярских терминов, понятий и оборотов.
Вставляя даже выдержки из Священного писания.
Как он плёл и увязывал такие разные словесные системы в изысканные словесные кружева - уму непостижимо!
Талантливый человек - талантлив во всём! - При том излагал всё спокойным, негромким и ровным голосом с холодной ехидно-насмешливой ухмылкой и немигающим взором.
Воздействие на психику было проникновенным, чувствительным и, результативным! Пробрало! Спазм всех чувств.
Знали шефа. За хорошо сделанную работу поощрял нехило, но и за провалы тоже мог нехило ...поощрить.
Словами мог так опустить самооценку - сам уволишься! Умудряясь при этом не применять грубые и тем более нецензурные определения личности. Просто, глядя в глаза, говорил о профессиональных возможностях и личностностном несовершенстве провинившегося. Говорил красочно, образно, едко, метко. Нередко стихами, перемежая афоризмами и цитатами из классиков - современных, средневековых и даже античных. Разносторонний был человек.
Сделав всем пункцию, трепанацию и прямой, но бесконтактный массаж нервных окончаний, иезуит закончил лечение всепроникающей инъекцией в ...кошелёк:
- радуйтесь - отдел лишили премии - не исправите положение до конца месяца - уволю всех. Наберу новых работников, оставлю только Л...на, А....ва и К...ва. Свободны. Разойдись. О! Боги! Много званых, да мало избранных!
Моё ФИО было среди этих трёх ...избранных!
Эта последняя фраза начальника отдела меня оглушила, но и согрела.
Однако чуть не раздула самомнения до грани звёздности. А это грех!
Славу богу, природная скромнота взяла верх. Вовремя спохватился и сформировал более смиренное выражение лица.
Но - на короткое время провалился в своё прошлое. В 1969 год.
На завод. В свой цех. Моё первое цеховое собрание. Итак, я трудно заменимый работник! Ай да я молодец!
Приятно и доходно быть в таком статусе.
Хотя, что тут греха таить - я-то - меня лучше знал.
Человек по природе слаб и несовершенен. Я тоже. Знал все свои проколы и видел границы своей некомпетентности.
Только я знал все мои не-достоинства и даже недостатки.
Но оспаривать диагноз шефа не стал.
Начальству со стороны и сверху - виднее.
- Прошло более полувека. До сих пор вспоминаю Дядю Васю и такие две важные программы, которые получил на заводе.
На котором я проработал-то всего две недели.
Работники бывают - трудно заменимые и нетрудно заменимые.
Для себя делай как хочешь - для людей делай как надо.
17 февраля 25г