Серяков Николай поделился историей: « Леха Гуревич развернул танки в боевую линию и дал команду на артподготовку, гаубицы Д-30 били прямой наводкой по наспех вырытым окопам Сваповцев.
(часть 1 - https://dzen.ru/a/Z68eL-Ufz1Wx_Zrt)
Кубинцы вместе с ангольской пехотой наступали позади танков, многострадальной тридцать четвёртки снова досталось в этот раз танк наехал на противотанковую мину, гусеничная лента разорвалась как кусок материи опорный каток оторвало, но наш Т-34 всё равно вёл огонь из свей 85 миллиметровой пушки по позициям Сваповцев .
Танки ПТ-76 выпустили по пять снарядов, но потом Сваповцев и Юаровцы выкинули белый флаг и начали сдаваться. Раненным стали оказывать медицинскую помощь. Танки и бронетранспортеры пришлось отвести в джунгли, вырыли под ними окопы и заночевали прямо под ними.
Ночью противник вёл непрерывный обстрел из миномётов. На опушке леса кубинские и ангольские солдаты расчистили площадку под вертолётную площадку. Утром прилетели два Ми-8 и два Ми-24. Ми-8 вертолёты транспортные забрали двенадцать раненных, а Ми-24 «Крокодилы» были боевыми с ракетами и бомбами на борту. Ми-24 поднялись в воздух и нанесли ракетно- бомбовый удар по позициям Сваповцев, которые находились за рекой, тем временем Ми-8 поднялись с ранеными на борту все четыре вертолёта взяли курс на Луанду…
В небе словно коршуны появились Юаровские сомалёты французкие « Миражи», завязался неравный воздушный бой, две ракеты с Юаровских самолётов попали в один Ми-8 и он загорелся прямо в воздухе, раненые просто выбрасывались из горящего вертолёта и падали с высоты 1200 метров прямо на деревья.
Во второй Ми-8 ракета попала прямо в двигатель, вертолёт закружился и как побитая стрекоза начал кувыркаться загорелся и рухнул вниз. Вертолёты Ми-24 разбежались кто куда , но было поздно, ракеты с Юаровских « Миражей» попали в них. Правда экипажам удалось посадить винтокрылые машины в джунгли, но спасти их им не удалось. Они сгорели практически полностью, но экипажи остались живы.
А с вертолётов Ми-8 не спасся никто. Вот такая она ангольская война три минуты и нет четырёх вертолётов и двадцати солдат. Ангольцы хоронили своих прямо в джунглях в одной братской могиле. Кубинских и советских солдат и специалистов накрыли рогожами погрузили в кузов грузовика и повезли в Луанду, вернее повезли то , что от них осталось.
На братской могилой выстрелили прощальный салют, поставили обелиск с фанерной красной звездой. Выступил какой-то Ангольский военный и всё….
Противник вёл огонь через реку, ночью по позициям , где стояли танки ПТ-76 и старая подбитая тридцатьчетвёрка, авиация противника нанесла бомбовый удар, взрывы были сильные земля от взрывов ходила ходуном. Осколки били по броне как будто барабанит дождь в летнюю ночь по старой железной крыши.
Фронт стабилизировался, Сваповцы и Юаровцы отступили и перешли к партизанским действиям. Через неделю всех собрали, и советник командира бригады подполковник Зверев торжественно объявил.« Завтра к вам прибудет смена, и вы поедете в Луанду, на нашу базу там отдохнёте неделю и снова прибудете в нашу бригаду.»
На следующий день приехал бронетранспортёр со сменщиками, быстро приняли танки и оружие, и Алексей Гуревич вместе с тремя прапорщиками отравился в Луанду. В городке где жили советские советники. Переводчики и специалисты всех разместили в хороших квартирах, наконец- то удалось принять нормальный душ.
Постираться и немного отдохнуть, потом пришёл военврач и сделал против малярии и лихорадки. Три дня все отдыхали на четвёртый день в гости к ним пришли кубинцы пили крепкий кубинский ром курили свои кубинские сигары . Два дня подряд ходили купаться в океане.
«Да что, тут скажешь это сейчас Ангольская зима, но самая холодная ангольская зима на много жарче заполярного лета.» - сказал Леха Гуревич.
Вечером приехал советник зампотеха 37 ангольской бригады капитан Антипенко собрал всех сели на бронетранспортёр с снова поехали на войну. Утром сформировали колонну из грузовиков и бронетехники и она двинулась на юг.
Кубинские добровольцы за две недели совместно с ангольскими частями оттеснили свапоцев и Юаровцев к границе с Южной Родезией ,но война продолжалась. По ночам Сваповцы и Юаровцы нападали на деревни и правительственные
Войска, устраивали засады, минировали дороги, жгли посевы. Поэтому Ангольской бригаде пришлось вести противопартизанскую войну. Устраивать засады на Сваповцев и Юаровцев , громить их базы и срывать снабжение этих баз уничтожая транспорты с оружием и продовольствием.
Поэтому боевая задача была поставлена следующая. Три бронетранспортёра и один плавающий танк ПТ-76 были посланы в засаду на реке. По данным разведки по параллельной дороге у излучины реки постоянно проходят транспорты с оружием боеприпасами и продовольствием для подпитки банд формирований Свапо .
Задача сводной бронегруппы занять оборонную позицию в квадрате 28-20 и контролировать дорогу на Куалолу. В случае обнаружения противника немедленно его уничтожать...
- Всё всем ясно? - спросил всех присутствующих советник командира 37 Ангольской бригады подполковник Зверев.
- Всё понятно! Когда выдвигаться в исходный район. - спросил старший лейтенант Гуревич.
- Выдвигаться приказываю сегодня в 18 часов, на месте быть в 12 часов звтра позиции занимать скрытно марш совершать по дорогам, соблюдать режим радиомолчания, - ответил ему подполковник Зверев.
Скрытно выдвинулись колонной и добрались правда не к 12 часам, а к 17 часам следующего дня, заняли позиции и стали ждать. Оно конечно Ангольские солдаты плохо говорили по-португальски в большинстве своем не грамотны , но они выросли в джунглях и саваннах Анголы и умели прекрасно выживать в этом враждебном полными враждебными полными всякими ядовитыми тварями мире.
Старший лейтенант Гуревич отправил шестерых кубинцев и пятерых ангольцев в джунгли на охоту, что-бы пополнить запасы продовольствия. С утра после завтрака отряд охотников двинулся в джунгли кишащими добычей и дикими зверями. Уже через час Ангольские солдаты убили кабана и какую то антилопу, попутно наловив каких- то змей обезглавили их и вместе с кубинцами все эти охотничьи трофеи принесли на позиции, кабана тут же разделали и зажарили на вертеле и уже к обеду, кабан был готов.
Мясо кабана было жёсткое и отдавала специфическим запахом. Антилопу тоже разделали, но мясо завернули в листья, и положили а ручей. Ангольские солдаты сняли шкуры со змей и жарили мясо змей на углях. Вечером отряд зажарил косулю и плотно поужинав, расставили посты вокруг позиций и улеглись спать.
Ночь в джунглях это просто ночь кошмаров, всюду слышны крики невидимых зверей, шорохи и непонятные шуршания. На рассвете защебетали птицы и солнце выйдя из за туч начало печь не милосердно.
Часть личного состава спало после ночного караула, Другие несли службу по охране занимаемых позиций.
- Не война , а какой-то санаторий… - сказал прапорщик Сергей Красников.
- Пойдут Сваповцы и Юаровцы и санаторий превратится в крематорий, - ответил ему Микола Моросейко.
Вечером прошёл тропический ливень - короткий шумный мощный, как артналёт перед атакой. Пять дней сидели в обороне ожидая противника, дичи в лесу было много, потому что в радиусе пятидесяти километров все деревни были сожжены Сваповцами и Юаровцами, а жители угнаны в рабство, в Южную Родезию.
На шестой день на рассвете где- то в 5 утра прибежал кубинский солдат и сказал что идёт колонна противника. Всё замерло и все приготовились к нападению на колону. Всех охватил какой- то охотничий азарт, это всегда так когда чего- то ждёшь и когда это событие вот вот произойдет, хочется что бы это произошло быстрее и это быстрее порой губит всё. Впереди колонны противника ехала бронемашина «Сарацин».
« По бронемашине не стрелять, пропускаем его это разведка»- передал по рации старший лейтенант Гуревич. За бронемашиной « Сарацин» на удалении метров пятьсот ехал грузовик с каким- то грузом поверх которого сидели Сваповцы с автоматами на изготовку.
Грузовик ехал или вернее крался за бронемашиной словно кот за мышью, осторожно и тихо. Наводчик орудия танка ПТ-76 прапорщик Демидов взял его в прицел. « Огонь по грузовику осколочно- фугасным» скомандовал Алексей Гуревич. «Есть командир»- ответил ему прапорщик Демидов.
Выстрел просто взорвал звуки диких джунглей и снаряд с бешенной скоростью угодил в центр грузовика, произошёл взрыв, яркая вспышка осветила придорожные тропические деревья. Народ сидящий на грузовиках просто раскидало взрывом, а осколки впились в их тела с бешенной скоростью, разнося в клочья человеческую плоть.
Бронетранспортёры открыли огонь из крупнокалиберных пулемётов Владимирова и тяжёлые трассирующие пули полетели в грузовики и легковые тойоты превращая машины в груды металлолома.
Сваповцы были хорошо подготовлены и не раз сами устраивали засады и попадали в них, мгновенно рассредоточились в придорожных кустах, но это было для них не совсем хорошо, потому что кубинские десантники заблаговременно заминировали всю местность справа и слева от дороги противопехотными минами, и как говорится этот зехер который им устроили кубинские десантники был для них не приятным сюрпризом.
В свой прицел Гуревич отчётливо увидел, как какой- то Сваповец наступил на мину и его подбросило метра на два вверх. Тем временем экипаж дозорного бронеавтомобиля « Сарацин» услышав взрывы, решил вернуться и поучаствовать в отражении нападения на колонну.
Ну как видно возвращаться дурная примета. Бронеавтомобиль выехал на поворот дороги и открыл ураганный огонь из своей двадцати миллиметровой пушки по бронетранспортёру из которого по колонне стреляли кубинские десантники.
Наводчик прапорщик Красников выстрелил в бронемашину « Сарацин» и попал в переднее колесо , колесо отлетело, «Сарацин» повалился на правый бок, но стрельбу не прекратил.
«Кумулятивным ориентир два вправо двадцать по бронемашине 1200 с места огонь» - скомандовал старший лейтенант Гуревич. Клацнул затвор снаряд вошёл в ствол. Выстрел, вспышка и башня от бронемашины Сарацин отлетела, он загорелся и взорвался.
Потом экипаж подбил ещё один грузовик и легковую тойоту с крупнокалиберным пулемётом в кузове. «Командир, мы свой интернациональный долг выполнили, а перевыполнять о том договора не было. Валим пока не поздно» - сказал Гуревичу по внутренней связи Микола Моросейко.
Сваповцы развернули свои миномёты и начали обстреливать позиции отряда. « Отходим по нашему плану» - дал команду в эфир старший лейтенант Гуревич. Бронетранспортёры завелись и стали отходить в джунгли ведя не прерывный огонь из всех видов оружия.
Последним отходил танк ПТ-76, башня танка была развёрнута назад, и наводчик посылал снаряд за снарядом в Сваповцев. Гуревич построил колонну на дороге, проверил личный состав не хватало четырёх ангольских солдат, видно дали дёру когда начался бой, два кубинских десантника были ранены , кубинцы расстреляли почти все боеприпасы к крупнокалиберному пулемёту Владимирова.
Неожиданно из джунглей вышли четыре ангольских солдата. Гуревич спросил их через переводчика:
- Где Вы были?
- Мы утром пошли на охоту, а когда началась стрельба вышли на дорогу.
- Ладно бог с ними вперёд по дороге на Луанду! - дал команду старший лейтенант Гуревич. Колонна пошла на Луанду, вдруг в наушниках Гуревич услышал команду « Третий, Воздух!», что означало воздушное нападение противника.
«Понял, первый» - ответил он. И прямо с брони пустил красную ракету. Какие- то 20-30 секунд и все пять бронетранспортёров и танк ПТ-76 оказались в лесу, ещё минут пять и вся бронетехника была замаскирована.
Авиация противника не заставила себя долго ждать. Четыре штурмовика ВВС ЮАР сделали большой круг над джунглями , а затем нанесли удар напалмовыми бомбами по району где была засада. Ангольские солдаты забрались на деревья и наблюдал,и как горят джунгли, потом скинули верёвки и по ним Микола Моросейко и Алексей Гуревич поднялись на деревья и с их вершин предстала страшная картина, джунгли горели зловеще над ними клубился чёрный дым. Сваповцы вели по оставленным позициям миномётный огонь.
- Да вовремя мы свалили ещё не много и нас всех зажарили на костре, как мы кабана »- сказал Микола Моросейко.
- А чёрный густой дым это потому, что кубинцы забыли запасные колёса от бронетранспортёров. - сказал Алексей Гуревич.
Ночью совершили марш и вышли в расположение 37 Ангольской бригады. Потянулись длинные скучные дни стояния в обороне, прошло дней десять и ничего особенного не происходило, правда пару раз в джунглях Ангольские солдаты обнаруживали диверсионные группы и с ними вступали в перестрелки.
Но что-то тревожило Алексея Гуревича. И разведсводки были не утешительны противник концентрировал вдоль границы войска на юге Анголы. Располагая большим количеством авиации и бронетехники.
Ранним утром 19 июля 1984 года ровно в 7 утра ударила Авиация ЮАР, и началось грандиозное наступление войск Свапо и Юар , 47 Ангольская бригада попала в полукольцо окружения к 12 часам дня стало ясно, что если 47 Ангольская бригада не уйдёт за реку Квазиле и там не займёт оборону, то она будет окружена и полностью уничтожена превосходящими силами противника.
Бригада стала отходить к местам переправ через реку Квазиле. Отход прикрывал специальный отряд, из советских и кубинских добровольцев.В экипаж ПТ-76 попал Микола Моросейко механиком, командиром танка ПТ-76 был старший лейтенант Гуревич, заряжающим кубинский лейтенант Альфонсо Рубидо а наводчиком кубинский сержант Августо Ромиро.
Бой разгорался жестокий первым погиб переводчик мина разорвалась у него за спиной осколок попал ему в спину пробил лёгкое и сердце, переводчик скончался мгновенно.
Противник наступал волнами не считаясь с потерями, командир отряда поставил четыре автомобиля ЗИЛ-131 с зенитными установками ЗУ-23-2 и они начали стрелять по наступающему противнику. Казалось что из кузовов автомобилей ЗИЛ-131 просто дует ураганный огненный ветер который всё сметает на своём пути.
Экипаж танка ПТ- 76 умело воевал и совместными усилиями с четырмя автомобилями ЗИЛ-131 в кузовах которых стояли зенитные установки Зу-23-2 удалось отразить три атаки противника. Наводчик выпустил двадцать пять снарядов по наступающему противника и весьма результативно, десятки трупов Сваповцев и Юаровцев остались лежать на земле орошая своей алой кровью ядовио зелёную растительность джунглей.
Микола Моросейко перелез из отделения механика водителя в башню ПТ-76, а двух кубинцев старший лейтенант Гуревич отправил за снарядами и патронами на артсклад. Микола Моросейко сказал:
- А что командир Сваповцев положили человек 30, да я видел в свой тримплекс как ты их танкетку поджог, да потом ничего не видел пулей тримплекс разбило, а запасного у меня нет. Пулемёт спаренный я сниму у него ствол нагрелся до красна, а Сваповцы в атаку пойдут я их из автомата мочить буду прям через пулемётную бойницу.
- Давай но на всякий пожарный случай кинь в пушку осколочно фугасный снаряд он ведь последний остался» - сказал ему Гуревич.
Вдруг джунгли ожили и Сваповцы пошли в свою четвёртую атаку, Микола Моросейко открыл по ним огонь из автомата прямо из пулемётной бойницы старший лейтенант Гуревич долго выбирал цель. Чтобы последний снаряд использовать с максимальной пользой.
Наконец- то он выстрелил и попал в безоткатное орудие, в горячке боя он не заметил двух Сваповских гранатомётчиков, они скрытно подобрались и метров с двухсот выстрелили со своих базук прямо в башню.
Два взрыва прогремели один за одним буквально через мгновение. Кумулятивные струи пробили броню легкого танка словно лист бумаги, и осколки и газы устремились в боевое отделение убивая на своём пути всё живое старший лейтенант Гуревич и прапощик Моросейко погибли мгновенно.
И души двух друзей устремились в высь, на суд божий и праведный. Хоронили старшего лейтенанта Гуревича в родном городе Слоним в документах значилось погиб из-за несоблюдения мер безопасности в служебной командировке.
Военком города Слоним подполковник Маскалевич, сам прибыл из горячёго Афганистана и вопреки всех инструкций похоронил его со всеми воинскими почестями, хотя во всех телеграммах на имя военкома города Слоним значилось похоронить как можно скромней и не допустить ни каких публикаций в прессе.
Прапорщика Миколу Моросейко хоронили всем полком, не смотря на все шифрограммы и приказы. Семье выплатили какие-то смешные четыре оклада и назначили пенсию по потери кормильца.
Ведь погиб он из-за несоблюдения мер безопасности, да что тут скажешь, никогда больше Микола Моросейко не соберёт своих друзей на праздник. Никогда уже не споёт в их кругу простую украинскую песню…
Нiчякомiсячна
Зорянка, ясная
И ещё долго во снах жены и его детей он будет приходить к ним весёлый и живой…» Конец!
