Десять лет назад Лена уехала из своей маленькой деревни в огромный город, полный возможностей. Тогда ей казалось, что это билет в новую жизнь, к успеху и счастью.
Она поступила в университет, но быстро поняла, что одной учёбы недостаточно — деньги таяли на глазах. Пришлось устроиться на работу официанткой.
Первые месяцы были настоящим испытанием: смены по двенадцать часов, усталость, грубые клиенты, слёзы в подушку. Она жила в крошечной комнате в коммуналке, где стены были такими тонкими, что она слышала, как соседка разговаривает по телефону. Иногда не хватало даже на нормальную еду — приходилось перебиваться лапшой быстрого приготовления и булками из ближайшего магазина.
Но она не сдавалась. Со временем нашла подработку в офисе, а потом, благодаря упорству и постоянному обучению, получила свою первую настоящую работу. Зарплаты всё равно не хватало на комфортную жизнь, но Лена уже чувствовала, что движется вперёд.
Она училась ночами, откладывала каждую копейку, чтобы оплатить курсы, чтобы вырваться из бесконечного круга выживания. Было ли тяжело? Бесспорно. Бывало, что хотелось всё бросить, но мысль о том, что её ждут в деревне с насмешками и словами «Ну что, вернулась?» не давала опустить руки.
Постепенно она добилась стабильности: нашла хорошую работу, купила квартиру в ипотеку, научилась красиво одеваться, говорить правильно, следить за собой. Её голос стал мягче, манеры тоньше, привычки изменились. Она перестала пить чай из блюдца и есть суп с хлебом, как это было принято в её семье. Она забыла, как пахнет утренний воздух от свежескошенной травы и как приятно идти босиком по земле после летнего дождя.
Но вот прошло десять лет, и она вернулась. Вернулась туда, откуда когда-то сбежала, думая, что уезжает навсегда. Её родители постарели, деревенские дома казались меньше, а улицы — пустыми. Но самое главное — изменилось отношение людей.©Звезды Стеллы Кьярри
— Глянь-ка, барыня приехала! — ухмыльнулась соседка, тётя Галя, вытирая руки о фартук.
— Совсем городская стала, не узнать! — хихикала другая бабушка. — И каблуки зачем-то в деревню напялила!
Лена улыбалась, но внутри сжималось сердце. Она не ждала, что её встретят с почестями, но и такого пренебрежения тоже не ожидала. Она попыталась поговорить с подругами детства, но беседы не клеились. Они не понимали её, а она — их.
— Ой, да что ты там в своей Москве видела? — отмахнулась бывшая подружка, Светка. — Квартиру в кредит взяла? Так у нас тут и без кредита дом есть. И воздух свежий. А в городе твоём одни пробки и суета. И люди злые.
Лена хотела рассказать о своей жизни, о работе, о трудностях, о том, с каким трудом давался каждый успех.
Но никому это было не интересно? Они видели в ней чужую. Теперь она здесь — "барыня".
На следующий день Елена пошла в магазин. Пока выбирала продукты, услышала за спиной шёпот:
— Видала? Нос кривит от наших продуктов... Забыла, как макароны с кетчупом лопала?
— Пусть едет обратно, чего сюда приперлась? Деньгами бы лучше помогла, раз такая богатая!
Лена вышла из магазина со слезами на глазах. Она вспомнила, как когда-то уезжала отсюда с мечтой о лучшей жизни. Теперь, казалось, что ее за это возненавидели.
За ужином она спросила у матери:
— Мам, почему они так? Я же не сделала ничего плохого.
Мать вздохнула.
— Люди не любят, когда кто-то вырывается. Им кажется, что ты теперь лучше них, даже если ты просто старалась жить по-другому.
— Но я та же, что и была.
— Для них — нет. Это как лягушка в кувшине с молоком. Одна сдалась и утонула, а вторая взбила масло и выжила. Не хотят они себя ассоциировать с лягушками, которые потонули в болоте...
На следующий день её остановила Светка. Подруга казалась приветливее, чем вчера, но взгляд её был настороженным.
— Лен, слушай, ты же теперь хорошо зарабатываешь? Дай в долг, а? Нам с мужем ремонт делать надо, а денег нет.
Лена напряглась. Она вспомнила, как когда-то просила Светку помочь, когда у неё не было денег даже на еду, и услышала отказ.
— Свет, помнишь, как я к тебе обращалась за помощью, когда училась в Москве? — тихо спросила она.
— Ой, да что ты теперь вспоминаешь! — отмахнулась Светка. — Тогда другое было. Ты же теперь богатая, тебе не жалко.
— Мне не жалко, но я не хочу давать деньги тем, кто видит во мне только кошелёк, — твёрдо сказала Лена.
— Вот ты какая стала! Совсем чужая! Корону нацепила и зазналась! — Светка обиделась, развернулась и быстро зашагала прочь.
Лена осталась стоять, провожая её взглядом. Было очень неприятно. Она вернулась домой и долго сидела в тишине. Снаружи всё выглядело так же, как раньше: знакомые улицы, старый дом, родной голос матери за стеной. Но внутри всё изменилось. Деревня осталась прежней, но для неё этот мир был уже другим.
Всю ночь она не могла уснуть. Воспоминания о первых годах в городе нахлынули с новой силой: холодное утро, когда она ехала на работу в битком набитых маршрутках, одиночество, нехватка денег, усталость, страх перед будущим. Она вспоминала, как верила, что однажды её примут, что её усилия будут оценены. Но теперь стало ясно: за то время она действительно стала другой. Прошлое осталось в прошлом.
— Мам, если тебе плохо тут, если тебя из-за меня гнобят, поехали со мной в город? — тихо сказала Лена матери.
— Нет, дочь. Я привыкла здесь. Ты уж без меня поезжай...
Наутро Лена собрала вещи. Пора было уезжать. Сев в автобус, она взглянула в окно. Родные места постепенно исчезали за горизонтом, и вместе с ними уходило прошлое. Она не жалела, что приехала, но теперь знала точно: её дом — там, где она сама решила его построить. Там, где её ценят не за прошлое, а за то, кем она стала.