"Последний ужин"*... Вызов для маэстро,
Работа не на год и не на два.
Масштабные задачи интересны,
Тут не нужны излишние слова.
Во всём другом - возможно, дело вкуса,
Но как, скажите, рисовать Иисуса?
Был образцом ему церковный певчий,
И одухотворённое лицо
Вмещало и огонь надежды вечной,
И свет во тьме кромешной для слепцов.
Печаль и мудрость разгоняла тени,
Картина будет жить для поколений...
...Модель никак не мог найти маэстро,
И настоятель был весьма сердит,
Что, замедляя общий ход процесса,
Он в храме дни и ночи не сидит.
На что сказал художник - мол, не худо б
С него и написать портрет Иуды.
Но вот нашел! Мошенник и пропойца,
Лицо его вместить любой порок
Имело отличительное свойство,
Для всех грехов нашёлся уголок.
- А вы меня ведь раньше рисовали.
Маэстро потрясен:
- Да нет, едва ли...
Неужто мы когда-нибудь встречались?
- Здесь, у картины этой.
- Но когда?!
- Тому уже три года. В этой зале.
Позировал тогда я для Христа.
Храм сохранил искусства парадокс:
Одно лицо - Иуда и Христос.
По легендам, связанным с историей создания знаменитой "Тайной вечери" Леонардо да Винчи.
* По-итальянски картина называется не "Тайная вечеря", а "Последний ужин" - Ultima Cena