Мария как раз заваривала чай, когда в дверь позвонили. На пороге стояла Елена Петровна, свекровь, с каменным выражением лица.
- Здравствуй, Маша. Нам нужно поговорить.
Мария удивленно моргнула:
- Елена Петровна? Проходите, конечно. Чаю хотите?
- Нет, - отрезала свекровь, проходя на кухню. - Я ненадолго.
Она положила на стол папку с документами:
- Вот выписка из ЕГРН. Квартира оформлена на меня.
Мария непонимающе посмотрела на нее:
- Да, я знаю. Дима говорил, что так проще было с ипотекой...
- Именно, - кивнула Елена Петровна. - А значит, я имею полное право распоряжаться этой недвижимостью. И я хочу, чтобы ты съехала. В течение недели.
Мария почувствовала, как у нее подкосились ноги:
- Что? Но... как же... Елена Петровна, вы это серьезно?
- Абсолютно, - холодно ответила свекровь. - Я не могу видеть тебя здесь. Каждая вещь напоминает о Диме, а ты... ты словно насмешка над его памятью.
Мария задохнулась от возмущения. - Да как вы можете! Я любила его! Мы были счастливы здесь!
- Были, - отрезала Елена Петровна. - А теперь его нет. И тебе здесь тоже нет места.
Она встала:
- Повторяю: неделя на сборы. Потом я меняю замки.
Мария почувствовала, как к горлу подступают слезы:
- Елена Петровна, прошу вас... Куда я пойду? У меня ничего нет, кроме этой квартиры!
- Это уже не моя проблема, - свекровь направилась к выходу. У двери обернулась: - И да, Маша... Обручальное кольцо оставь. Оно тоже семейная реликвия.
Когда дверь захлопнулась, Мария медленно опустилась на пол и разрыдалась. Она не могла поверить, что в одночасье лишилась не только мужа, но и крыши над головой.
Взгляд упал на стоящую на полке фотографию - они с Димой, счастливые, в день свадьбы, а теперь его нет, он ум.ер.
- Ну вот и все, милый, - прошептала Мария сквозь слезы. - Кажется, нам придется попрощаться и с нашим домом.
***
Мария никогда не думала, что в свои 32 года окажется в такой ситуации. Еще месяц назад у нее была работа мечты, любимый муж и планы на будущее. Теперь же она сидела на полу в съемной квартире, окруженная коробками с вещами, и пыталась понять, как жить дальше.
- Оль, ты не понимаешь, - Мария бережно забрала вазу у подруги. - Это подарок Димы на нашу первую годовщину. Помнишь, как он гордился, что сам выбрал?
Ольга закатила глаза:
- Еще бы не помнить. Ты полгода пыталась "случайно" ее разбить.
Мария невольно улыбнулась, вспоминая, как они с Димой смеялись над его неуклюжими попытками угодить. Потом улыбка погасла. Теперь эти воспоминания причиняли только боль.
- Знаешь, - тихо сказала она, поглаживая стеклянные розочки, - иногда мне кажется, что я сплю. Что сейчас проснусь, а Дима рядом. Храпит, как обычно...
- Эй, - Ольга присела рядом, обняв подругу за плечи. - Ты справишься. Мы все поможем.
Мария кивнула, смаргивая непрошеные слезы. Затем решительно встала:
- Ладно, хватит сырость разводить. Давай лучше разберем шкаф.
Следующие два часа подруги провели, сортируя вещи. Мария то и дело застывала, держа в руках то рубашку Димы, то совместную фотографию. Ольга терпеливо ждала, не торопя.
- Слушай, а это что? - вдруг спросила она, вытаскивая из дальнего угла шкафа потрепанную коробку.
Мария удивленно моргнула:
- Понятия не имею. Никогда ее не видела.
Они с любопытством открыли находку. Внутри лежали старые письма, фотографии и... танцевальные туфли.
- Ого! - присвистнула Ольга. - Да у твоего Димы, оказывается, были секреты!
Мария осторожно достала туфли. Черные, лаковые, с тонкими ремешками - явно для бальных танцев. На подошве выцветшим маркером было выведено: "Дмитрий Воронов, младшая группа".
- Ничего себе, - пробормотала она. - Он никогда не говорил, что занимался танцами.
- Может, стеснялся? - предположила Ольга. - Знаешь, как некоторые парни относятся к этому...
Мария покачала головой:
- Нет, Дима не такой. Он бы рассказал.
Она начала перебирать письма. Большинство оказались обычными детскими записками - поздравления с днем рождения, приглашения в гости. Но одно привлекло внимание.
***"Дорогой Дима!
Я знаю, ты расстроен из-за того, что не прошел отбор. Но не сдавайся! У тебя настоящий талант. Просто нужно больше работать над техникой. Я верю в тебя!
Твоя Алина"***
- Алина? - нахмурилась Мария. - Он никогда не упоминал никакую Алину.
Ольга пожала плечами:
- Ну, знаешь, детская любовь. Может, он просто забыл.
Но Мария уже не слушала. Она лихорадочно просматривала фотографии. И вот, на одной из них...
- Боже мой, - выдохнула она.
На снимке юный Дима, лет четырнадцати, стоял в обнимку с симпатичной девочкой. Оба были в танцевальных костюмах и сияли от счастья. А на заднем плане виднелся кубок.
- Ничего себе! - присвистнула Ольга. - Да твой муж, оказывается, был звездой танцпола!
Мария молчала, разглядывая фотографию. Внезапно ее осенило:
- Погоди-ка... Оля, помнишь нашу свадьбу?
- Конечно, - кивнула подруга. - А что?
- Первый танец! Помнишь, как все удивились, когда Дима вдруг закружил меня в вальсе? Мы ведь не репетировали, он сказал, что это сюрприз...
Ольга хлопнула себя по лбу:
- Точно! А ты еще ворчала, что он наступил тебе на ногу!
Мария рассмеялась:
- Да, было дело. А потом он шепнул: "Не волнуйся, просто следуй за мной". И мы так красиво станцевали...
Она замолчала, погрузившись в воспоминания. Ольга тактично молчала, давая подруге время.
Наконец Мария тряхнула головой:
- Знаешь, что самое странное? Я чувствую себя... обманутой. Как будто не знала важную часть его жизни.
- Но ведь это было так давно, - мягко возразила Ольга. - Может, для него это просто не имело значения?
Мария покачала головой:
- Нет, ты не понимаешь. Дима... он всегда говорил, что главное в отношениях - честность. Никаких секретов, никакой лжи. А тут...
Она замолчала, не зная, как выразить свои чувства. Ольга осторожно спросила:
- И что ты теперь будешь делать?
Мария вздохнула:
- Не знаю. С одной стороны, какая теперь разница? Его больше нет. С другой... я хочу понять. Почему он скрыл это? Что еще я о нем не знала?
Она встала и начала расхаживать по комнате:
- Знаешь, а ведь были знаки. Помнишь, как-то мы смотрели "Грязные танцы", и Дима вдруг начал комментировать технику? Я еще удивилась, откуда он столько знает. А он отшутился...
Ольга нерешительно предложила:
- Может, стоит поговорить с его родителями? Или друзьями детства?
Мария остановилась:
- Знаешь, а ведь ты права. Я должна докопаться до правды.
Она решительно подошла к шкафу и достала чемодан:
- Оль, прости, но мне нужно уехать. Ты справишься тут без меня?
Подруга удивленно моргнула:
- Конечно, но... куда ты?
Мария улыбнулась - впервые за долгое время по-настоящему:
- В Саратов. Туда, где Дима вырос. Я хочу узнать всю историю.
Маленький городок встретил Марию жарой и пылью. Она брела по незнакомым улицам, сверяясь с картой в телефоне. Наконец нужный дом нашелся - старенькая двухэтажка на окраине.
Сердце колотилось, когда она нажимала на звонок. Дверь открыла пожилая женщина:
- Да?
- Здравствуйте, - Мария нервно улыбнулась. - Вы Алина?
Женщина нахмурилась:
- Да, а вы кто?
- Меня зовут Мария. Я... я жена Димы Воронова.
Алина побледнела:
- Боже мой... Входите, пожалуйста.
В маленькой кухне пахло выпечкой. Алина суетилась, заваривая чай:
- Простите, я не ждала гостей. Вы надолго в город?
Мария покачала головой:
- Нет, я... я просто хотела поговорить. О Диме.
Алина замерла:
- Что-то случилось?
- Дима... его больше нет, - тихо сказала Мария. - Авария. Месяц назад.
Алина опустилась на стул:
- Господи... Димка... Простите, я не знала.
Они помолчали. Потом Мария решительно достала из сумки фотографию:
- Я нашла это в его вещах. И письма. Вы были...
- Его партнершей по танцам, - кивнула Алина. - И первой любовью, наверное.
Она грустно улыбнулась:
- Знаете, Дима был талантлив. Очень. Мы мечтали о большой сцене, о чемпионатах... А потом случилась та авария.
Мария подалась вперед:
- Авария?
Алина кивнула:
- Да, Диме было шестнадцать. Мы возвращались с конкурса - заняли первое место. Я до сих пор не знаю, что произошло. Может, водитель уснул... В общем, автобус перевернулся.
Она помолчала, собираясь с мыслями:
- Димка спас меня. Вытащил из-под сиденья, вынес. А сам... у него была серьезная травма ноги. Врачи сказали - никаких нагрузок. О танцах можно забыть.
Мария слушала, затаив дыхание. Алина продолжала:
- Он так переживал. Говорил, что без танцев жизнь кончена. А потом... просто уехал. Без объяснения причин. Поступил в университет в другом городе. Я пыталась писать, но он не отвечал.
Она вздохнула:
- Знаете, я рада, что у него все сложилось. Что он был счастлив с вами.
Мария почувствовала, как к горлу подступают слезы:
- Почему он никогда не рассказывал? Мы были женаты пять лет, но я даже не знала...
Алина мягко улыбнулась:
- Димка всегда был упрямым. Наверное, решил, что прошлое нужно оставить в прошлом. Начать с чистого листа.
Она встала и подошла к старенькому серванту:
- У меня есть кое-что для вас.
Алина достала потрепанный альбом:
- Здесь наши фотографии, вырезки из газет. Я хранила на память. Думаю, вам это нужнее.
Мария бережно приняла альбом:
- Спасибо. Я... я даже не знаю, что сказать.
Алина покачала головой:
- Ничего не нужно говорить. Просто... помните, что Дима был особенным. Даже если он не всегда это показывал.
Вечером Мария сидела в гостиничном номере, листая альбом. Юный Дима улыбался ей со страниц - то в танцевальном костюме, то с кубком в руках. Ей вдруг стало больно от мысли, что она никогда не видела его таким - сияющим, полным надежд.
Зазвонил телефон. Ольга.
- Ну как ты там? Нашла что-нибудь?
Мария вздохнула:
- Да. Нашла. Знаешь, Оль... я думала, что знала Диму. А оказалось - только часть его.
Она помолчала, собираясь с мыслями:
- Но знаешь что? Я рада, что узнала эту историю. Теперь я чувствую, что... что по-настоящему попрощалась с ним. Со всем, чем он был. Но все равно есть вопрос, почему он ничего не рассказывал?
Ольга тихо спросила:
- И что теперь?
Мария улыбнулась:
- Теперь? Я возвращаюсь домой. Разбираю вещи. И начинаю жить дальше. Как сделал когда-то Дима.
Она подошла к окну. Закатное солнце окрашивало город в золотые тона.
- Знаешь, Оль, - тихо сказала Мария, - я вдруг поняла: любовь - это не только то, что мы знаем друг о друге. Это и то, что остается тайной. То, что делает нас... нами.
Она замолчала, глядя, как последние лучи солнца гаснут за горизонтом. В голове звучала музыка - та самая, под которую они с Димой танцевали свой первый и последний вальс.
Уже засыпая, Мария вдруг вспомнила кое-что. Она резко села на кровати и включила ночник. Трясущимися руками достала из чемодана старый альбом, который дала ей Алина.
На последней странице, за фотографией, торчал уголок конверта. Как она раньше не заметила? Мария осторожно извлекла его. Внутри оказалось письмо, написанное знакомым почерком Димы.
*** "Дорогая Мария,
Если ты читаешь это письмо, значит, меня больше нет, и ты узнала о моем прошлом. Прости, что не рассказал тебе раньше. Я хотел, много раз порывался, но...
Дело в том, что после аварии я не просто бросил танцы. Я дал обещание. Обещание, которое связало меня по рукам и ногам. Я не мог рассказать тебе, не нарушив его.
Знаю, это звучит загадочно и даже глупо. Но поверь, у меня были веские причины молчать. Я надеялся, что однажды смогу все объяснить. Видимо, не успел.
Если ты хочешь узнать всю правду, найди человека по имени Виктор Сергеевич Ломов. Он знает всю историю.
Прости меня. И знай, что я любил тебя всем сердцем.
Твой Дима"***
Мария уронила письмо. В голове вихрем проносились вопросы. Какое обещание? Почему Дима не мог рассказать? И кто такой этот Виктор Сергеевич?
Она поняла, что ее путешествие в прошлое Димы только начинается. И эта загадка может изменить все, что она знала о своем муже.
***
Мария нервно постучала в дверь небольшого дома на окраине города. Открыл седой мужчина с усталыми глазами.
— Виктор Сергеевич Ломов? - спросила Мария.
— Да, это я. Вы, должно быть, Мария? - ответил он, пристально глядя на нее.
— Проходите.
Они сели в старомодной гостиной. Ломов долго молчал, потом тяжело вздохнул.
— Я знал, что этот день настанет. Дима просил меня рассказать вам правду, если с ним что-то случится.
Мария подалась вперед. — Какую правду? Что на самом деле произошло?
Ломов начал свой рассказ: — Все началось, когда Диме было 14. Его мать, Елена Петровна, начала использовать его танцевальные турниры для своих... темных дел.
— Каких дел? - спросила Мария, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.
— Конт.раба.нда. Драгоценности, и прочее. .. Она прятала их в костюмах Димы, в реквизите. Никто не подозревал молодого танцора и его мать.
Мария ахнула. — Но Дима... он знал?
Ломов покачал головой. — Нет, поначалу не знал. Он узнал случайно, после той злосчастной аварии. Первой аварии, после которой, он бросил танцы.
— Расскажите мне об аварии, - попросила Мария.
Ломов встал и подошел к окну. — В тот раз авария была случайностью. Дима хотел уйти из танцев, начать новую жизнь. Он тогда был влюблен в свою партнершу по танцам - Алину. Но та не отвечала ему взаимностью. Елена Петровна испугалась, что потеряет свой 'канал поставок' из за этой детской любви. Она читала морали сыну, они много ругались.
Мария почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
— А в этот раз авария могла быть не случайна?
— Возможно
— После той аварии Дима был в больнице. Там он случайно услышал разговор матери с каким-то мужчиной. Они обсуждали 'поставку' и 'предупреждение'."
— Что Дима сделал, когда узнал? - спросила Мария дрожащим голосом.
— Он хотел пойти в полицию. Но Елена Петровна пригрозила, что если он это сделает, пострадает вся семья. У нее были связи в крими.нальном мире.
— Но почему он не рассказал мне? - в глазах Марии стояли слезы.
Ломов сел рядом с ней. — Он хотел, Мария. Много раз. Но Елена Петровна следила за каждым его шагом. Вся недвижимость была оформлена не нее. Она контролировала абсолютно все. Дима боялся, что если вы узнаете, вам тоже будет грозить опасность.
Мария молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Потом спросила: — Что мне теперь делать с этой информацией? А эта авария была проделками свекрови?
Ломов посмотрел ей прямо в глаза. — Не знаю, но я не удивлюсь, если это ее рук дело. Это решать вам, Мария. Но помните, Елена Петровна все еще опасна. И у нее есть связи.
Мария кивнула, понимая, что теперь ей предстоит сделать сложный выбор: раскрыть правду и рискнуть навлечь опасность на себя или сохранить его тайну ценой справедливости.