Вопрос посадки и высадки пассажиров на станции Загорск имеет свою давнюю историю.
Газета «Вечерняя Москва» в сентябре 1934 года публикует заметку «Производится посадка…». Да, проблема в те времена была серьёзной, коли такое уважаемое издание уделило внимание таковой проблеме.
Пересказывать своими словами заметку – только портить. Публикуем её в оригинальном исполнении и без купюр. Дадим читателю возможность самостоятельно насладиться поэтикой и мелодикой заметки, в коей, чуть ли не лирическим образом и не без юмора, рассказано о насущной проблеме пассажиров.
«Производится посадка…»
Каждый вокзал имеет свой вокал, иначе говоря, каждый вокзал поет на свой лад.
Как будто простая вещь – объявить по радио о приходе и отправлении поезда или попросить пассажиров не плющить друг друга. Однако вслушайтесь! У Курского вокзала совсем иначе звучание, совсем иная постановка голоса, совсем особая напевность, чем, скажем, у Казанского. У Октябрьского вокзала свои лады, у Брянского свои пассажи.
Но больше всего я люблю звучание Северного вокзала. У него отличная дикция и своеобразная мелодика. Я ее так изучил, что разбудите меня словами «Производится посад(ы)ка…» - и я доскажу все остальное.
Да, производится посадка! Подвергались ли вы когда-нибудь посадке на пригородные поезда Северной дороги? Чорт его знает, как это удалось администрации вокзала. Так устроить эти самые проходы на поезд, что вы себя чувствуете в них как пуля в винтовочном стволе. То-есть вы движетесь, вы вылетаете в конце концов на перрон, но чего это стоит? А ведь у вас всего два бока, дорогой пассажир!
И вот когда пассажирская стихия «жмет масло» в этих проходах, вы слышите глас радио, полный спокойствия, безмятежности и северного бесстрастия. Произносится примерно следующее:
- Граждане, выходите спокойно, не толпитесь, будьте взаимно вежливы, берегите мозоли ближнего».
Это происходит на вокзале в Москве. Теперь посмотрите на другой конец пригородного движения Северной дороги. Пассажиры, заполнившие платформу ст. Загорск, ожидают электричку из Москвы. И вот она подходит.
Принято думать, что обычный пассажирообмен заключается в том, что приехавшие выходят из вагона, а собирающиеся ехать – входят в него. Но мало ли где и как принято думать». В Загорске вообще не принято думать. Здесь происходит вот что.
Электричка останавливается, и вся масса ожидающих присасывается к дверям вагонов. Так как вагон наполнен прибывшими и действие равно противодействию, то, несмотря на обоюдные усилия, обе стороны остаются на своих местах: одни не могут выйти, другие не могут войти. Из вагона несутся проклятия и крики справедливого гнева. Платформа безмолвствует, но не отступает. На другое утро, когда роли поменяются, те, кто сегодня молчали, будут проклинать, а проклинавшие будут безмолвствовать. Когда железнодорожный цейтнот уже на исходе, перемещение кое-как все же совершается. Но подумайте о боках!
И вот я хочу внести совершенно небывалое и крайне оригинальное предложение:
- А что если устроить так: входить только через заднюю площадку, а выходить только через переднюю. Пусть тот самый проводник, который при посадке беспомощно разводит руками, попытается организовать это дело.
Вообще, если подумать, можно кое-что сделать. И с проходами на вокзале можно кое-что сделать, и с организацией посадаки, и даже с более осмысленными обращениями по радо. Только подумать надо.
Подпись – Ном.
Газета «Вечерняя Москва», 1934 год, № 216, 19 сентября
И всё же не удержимся от комментариев. Автор, конечно же, был прав - ну дайте выйти людям, а потом уже извольте входить. Но вот стоило ли так резко писать - «В Загорске вообще не принято думать». Интересно, не обиделись ли загорчане на автора?
Есть подозрение, что и на других направлениях было точно так же. Или нет? В других городах умели думать?
Фотография датирована 1937 годом. Пассажиры, видимо, уже разобрались кому и где входить и выходить.