Вся книга "Исара" в одной подборке! - https://dzen.ru/suite/260d4654-e011-4cf6-bdb7-a882aa60420c
Предыдущая глава 10 тут: https://dzen.ru/a/Z6XhFpkjsCl0Qv3a
Глава 11. ОСТРОВ НАДЕЖДЫ
Потекли дни, насыщенные работами, и абсолютно не насыщенные событиями. В общинах все были заняты делами, а за «стеной» строились корабли. «Стена» пошла в полночь пятого дня. Надежда, что она исчезнет, исчезла опять… небо продолжало молчать… сотни людей умирали в форме статуэток на границе «сияния». Хаос по линии движения красивой, но смертоносной «грани» продолжился.
С началом шестого дня в общины снова потянулись люди и бывшедомашние животные. Марина и Виталик заняли себя встречей животинок, попутно пристраивая их в разные общины, подбирая каждому идеальных хозяев. Я пытался разобраться в поделке посуды и старался не думать о событиях, которые ежесекундно убивали тысячи людей за «стеной». Пашка и Вася были целиком поглощены АЕй, побегав от одного ремесла к другому, сын твёрдо решил, что его призвание — космос, и пытался окольными и обманными путями разговорить АЮ на эту тему.
Сач и его родственники по расе метались между общинами с новыми поступившими за Исару людьми, проводя с ними первый диалог и провожая на новое место жительства. Иногда он приходил и к нам, приводя новых жителей, в основном тех, кто в день образования «стены» был в отпуске или по работе в других государствах, а узнав о ней, или остался на месте, или пытался убежать через океан, где их на плотах и кораблях заставало «сияние».
Кто‑то ранее переехал подальше от исторической родины, а кто‑то просто успел на самолётах перекинуть свою семью на другие континенты и острова, но так или иначе «стена» настигала всех.
Сач подлетел совсем незаметно, как обычно, из-за спины, и философски начал без приветствия:
— У меня беда.
— Сач, ещё раз напугаешь меня, я тебе сковородкой по голове дам! Мне почти сорок лет! Я старый мужчина! У меня сердце слабое!
— У тебя здоровое сердце. А у меня женщина рыдает. Аша узнает о втором моём проколе, выгонит меня.
— Красивая? — засмеялся я и представил, как какая‑нибудь шарика, похожая на Сача, убивается от безответной любви.
— Помнишь историю с Васькой? Когда корин не мог убрать слёзы у дитёнка?
— Конечно, помню!
— Вот веришь или нет, в тридцать шестой общине вчера появилась женщина… Её АЯ тоже не выделяет корин, и она орёт, что её дочь здесь. А я не могу её найти. Прям фантастика какая‑то.
— Может, сын? Васька‑то у нас пацан вроде.
— Нет. Дочь. Точно, дочь. Сходишь к ней?
— А я‑то чё? Группа помощи потеряшкам, что ли? Я вон Васькину родню ещё не нашёл.
— Миш? У тебя есть опыт с Васькой. Возьми его с собой.
— Сковородку за меня доделаешь? — улыбнулся я, тыча в Сача круглым куском камня.
— Миша-а-а-а. Вот не до сковородок мне!
— Ок. Куда идти‑то?
— Тридцать шестая община. Анна.
И Сач, сделав круг почёта над поляной, куда‑то бодро полетел.
Я открыл АЮ и только собрался к переходу, как в спину мне Пашка выкрикнул:
— Пап! Сгоняй за солью ещё!
Толчок. Вокруг меня пальмовая поляна и толпа людей, около пятидесяти человек крутились у костра, соображая обед.
Где‑то среди них была Анна… Но где?
— Добрый день, — сказал голос за спиной, и я, как первоклассник, нашкодивший в раздевалке, снова вздрогнул и повернулся с виноватым видом.
Позади меня стояла женщина лет шестидесяти, такая бодрая старикашка, я бы сказал.
— Добрый.
— Вас Кай привёл?
— Я в Соль-Илецк шёл, — пробормотал я. — Сын за солью послал.
— Вы с сыном в общине? Вам очень повезло сохранить семью в новом времени. Соль-Илецк от нас далековато, — улыбнулась старушенция и, подмигнув, продолжила. — А может, Вы просто в нашу общину шли?
— Ну да… — сконфузился я. — В Вашу. Мне очень хочется увидеть Анну, фамилию, простите, не знаю.
— Анечку??
— Ну да, — повторился я. — Анечку.
— Пойдёмте, я провожу Вас. Аня — Ваша родственница? Странно просто, общины создаются по максимальному родственному ДНК.
— Нет. Увы. Я поговорить, — мне почему‑то было не по себе, я ведь даже не знал, что ей сказать.
— Меня Ольга Борисовна зовут, — старушенция улыбнулась.
— Очень приятно. Я Миша, — глядя на неё, улыбка растянулась на моей физиономии сама по себе.
Я понятия не имел, что скажу плачущей по своей дочери женщине. «Как её утешить‑то? Словами, что девочки не плачут? Глупости, жуть‑то какая… Она дочь ищет, а я ей тут „не стоит плакать, реснички отвалятся“… Бред. Сач просто с ума сошёл. У него сбой в АЕ, а я бегаю первую психологическую помощь оказываю. Тем более рыдающая женщина… это же конец света! Я вообще не могу быть спокойным, когда девочки плачут… Девочки! А тут целая женщина! Да ещё и потерявшая дочь!»
Мои мысли просто разрывали мне голову, а мы тем временем уже подошли к основному скоплению людей, и Ольга Борисовна повела меня к сидящей у ручья женщине в серо-зелёной рубашке.
— Анечка, к тебе милый господин в гости, — сказал она и похлопала незнакомую мне спину по плечу.
В этот момент мне казалось, что моё сердце выпрыгнет из груди, плюхнется в ручеёк и утонет. Я развернул свою руку, нажал на АЮ и быстро сказал:
— Соль-Илецк, карьер.
Толчок. Как Анна обернулась, я уже не увидел.
Добыв соли, я вернулся как раз к столу. Женская половина общины суетливо накрывала поляну, мужчины доделывали из бересты ложки и тарелки для новеньких, а я смотрел на всех и чувствовал себя виноватым перед Анной.
— Очень вкусные у вас фрукты, а таких наверняка нет.
Я подскочил, решив всё‑таки найти корни валерианы и начать их жевать вместе с листьями, иначе никак не справиться с голосами за спиной.
— Да. Вкусные, — я поперхнулся и закашлял.
Женщина в серо-зелёном балахоне, вытерев заплаканное лицо, села рядом, протянула мне охапку земляники и, улыбнувшись, представилась:
— Анна. Смолина. Я подумала, вдруг Вы искали меня, чтобы сообщить что‑то важное…
— Мама! — раздался дикий визг на всю общину.
И я увидел, как к Анне через всю поляну бежал мой Васька!
— Васька? Мамуська!
— Мамочка! Я знала!
— В плане знала? — вмешался я в этот кордебалет. — Ты девочка?
И Паша, и Марина, и Виталик, раскрыв рты, смотрели, как наш сын полка Васька чудесным образом оказался дочерью Анны.
— Ну конечно, я девочка! — Васька была искренне удивлена моему вопросу.
— А почему ты не говорила это?
— А какая разница? Да ты и не спрашивал.
Я посмотрел на Марину уничтожающим взглядом, типа «ты чё, бабскую натуру не раскусила?»
Марина смотрела на меня взглядом затравленного зайчика, типа «а ты сам‑то?»
Паша, схватив свой салат и чай, уходил огородами от праведного гнева.
Анна и Васька рыдали, а я медленно дожёвывал подаренную землянику.
***
Прошёл шестой, седьмой, восьмой и девятый день движения «стены». Непоглощённым оставался небольшой участок земли, очерченный примерно от сто тридцатого меридиана по пятьдесят девятый меридиан западной долготы.
Спасательные ковчеги снова начали наращивать темпы строительства и уже вышли на финальную стадию. В некоторые отсеки вовсю заносились рабочие компьютеры, семена растений и генотипы животного мира. Страх вернулся, а видеообращение Михаила стало историей, которую все потихоньку забывали и уже приписали его к массовой галлюцинации.
***
— Как попасть на другую планету? — повторял уже восьмой час настырный Паша.
— Доступ к информации закрыт, — монотонно и немного устав, отвечала АЯ.
— Где живёт Аша?
— Доступ к информации закрыт.
— Как называется планета Сача?
— Доступ к информации закрыт.
— Перенеси меня в дом Аши.
— Доступ к перемещению закрыт.
— Сколько лет Аше?
— Доступ к информации закрыт.
— Какой воздух на планете Аши?
— Доступ к информации закрыт.
— Если ты меня не перенесёшь на другую планету, я буду орать!
— Желательно кричать в отдалённом от общины месте, чтоб не потревожить жителей. Вас перенести в подобное место?
— Сколько раз прыгнуть на месте, чтоб ты перенесла меня к Аше домой?
— Прыгать можно ещё два дня, так как доступ будет открыт на одиннадцатый день нового мира.
— Почему на одиннадцатый? Аша сказала, что на десятый!
— Исара останавливалась на двадцать четыре часа по просьбе твоего отца, этот день пропал для движения, значит, финальным днём станет одиннадцатый.
— А можно не прыгать?
— На Ваше усмотрение.
— Что мне сказать, чтоб хотя бы увидеть планету Сача?
— Кодовых слов нет, доступ будет открыт на одиннадцатый день нового света.
После суток такого напора АЯ отказалась с ним спорить и посчитала, что уровень активности Паши в этом вопросе граничит не только с любопытством, но и с наукой. Вполне вероятно, по каким‑то своим контролерам, шинам и процессорам АЯ вычислила: Паша достоин стать человеческим преемником и будущим усовершенствователем коридоров для общин и планет.
Поэтому утром девятого дня вместо привычного «С добрым утром!» АЯ открыла один из коридоров на другую планету.
Паша не сразу понял, что произошло, но, дожёвывая манго, схватив за руку сидевшую рядом Ваську, бесстрашно шагнул в образовавшийся проход.
Спустя почти три часа, стало заметно, что Паши нет, его собратья по охоте отрицательно махали головой на мой вопрос, куда он слинял. Я включил АЮ в полной уверенности, что она мне выдаст точное местонахождение сына. Ответа не было. АЯ показала мне всё, что я просил: и Марину, и Хану, и Чачу, и даже общины в Австралии, но при вопросе о сыне АЯ выдала феноменальную для меня фразу:
— Информация будет доступна через два дня.
— О как! — удивился я. — В плане через два дня? Он мне сейчас нужен!
— Информация будет доступна через два дня.
— Отлично! Просто прекрасно! — разозлился я. — Где Виталик с Мариной?
— В общине номер двадцать три.
— Открой коридор до них.
Но тут рядом со мной раздался встревоженный голос Анны:
— Васьки опять нигде нет! Она с тобой?
— О как. И Пашки нигде нет…
— Не пугай меня… — схватившись за сердце, сказала Аня.
— Хоть пугай, хоть не пугай, но этих двух ушлёпков нигде нет. Пошли к Виталику.
Взяв её за руку, я сделал шаг в образовавшийся проход и, быстро окинув всё взглядом, нашёл фигуру Виталия в окружении собак.
— Ви-и-иль! — мне казалось, что я бегу к нему недостаточно быстро, хотя прилагал максимум усилий.
Друзья помахали мне рукой и пошли неспешно навстречу. Паника внутри меня усиливалась, отыскать сына и уже полюбившуюся мне Ваську стало целью всей моей оставшейся жизни. Мыслей, что Виталик нам не сможет помочь, в моей голове даже не проскакивало. А надо было бы…
— Вы чего такие запыханные? — он обнял Анну и пожал мне руку так сильно, как будто не видел целую вечность.
— Васька пропала! — всхлипнула Анна. — И Паша! Их нигде нет, и АЯ их не видит! — она заплакала… А я как пропагандист теории «Слезами горю не поможешь» пока держался.
— Ну конечно, — засмеялся Виталик, — есть вещи, которые АЯ не видит? Мне казалось, эта вездесущая прилипала знает и видит всё.
Анна уже зарыдала в голос, потому что тоже, как и я, испробовала все возможные вопросы к АЕ по поводу своей роднулечки.
— О-о-о-ох, АЯ, что у нас с Павлом? — протяжным голосом спросила Марина.
— Информация будет доступна через два дня, — механическим баритоном парировала блестяще-стеклянная часть Марининой руки.
— Круть! — Виталик рукой провёл по своей бородке, посмотрел, как Аня мокрыми кулачками размазывает слёзы, сопли и слюни по своему лицу, и сделал то, о чём мы почему‑то не догадались. Через АЮ он вызвал Ашу.
— Добрый день! — улыбаясь, телепатировала невесть откуда взявшаяся Аша.
— Добрый день, Аша, — голос Виталика был спокоен и приветлив. — У нас тут мамашка-потеряшка и папашка-истеричка, — он махнул рукой в нашу с Анной сторону, — сынулю-красотулю и дочку-сыночку потеряли.
— Паша и Василиса у нас на планете, — голос Аши был настолько невозмутим, что мне стало неудобно от своей истерики. И правда, чего волноваться‑то… Паша же у них на планете!
— Подробне-е-е-е… — одновременно с Анной произнесли мы, глядя на Верховную.
— Он так рьяно стремился узнать подробности о нашей цивилизации и так упорно искал пути прохода к нам, что я открыла коридор для него. Василиса завтракала с ним, поэтому не взять её было бы нечестно.
— Такое возможно? — наше недоумение превысило все границы.
— Конечно. И он, и вы такие же представители нашей цивилизации, как и мы. Вам всем откроются коридоры переходов, когда закончится зачистка и лечение вашей планеты. Просто сейчас нет смысла. Когда будут сформированы все общины, мы сделаем большую встречу. Обучим полному владению АЕй и переходам между мирами Союза.
— Круто, но мне нужен сын. Я хочу сейчас видеть его, а не через два дня.
— Миша, Павел уже большой, самостоятельный и вполне разумный мальчик. Ему пора вылететь из родительского гнезда, и он это сделал, выбрал свой путь. И сейчас проходит обучение, получает новые знания. Он счастлив, а я пока не вижу смысла прерывать его… так скажем, командировку к нашим библиотекам.
— Васе тоже пора покинуть гнездо и обучаться? — спросила Анна.
— Вася очень любопытная и деловая девочка. Ей многое не помешает.
— Она права, — сказал Виталик. — Пашка большой и в безопасности. Васька с ним. Представь, что они просто в другой общине. Ну, как ты со мной.
Их доводы были логичными, но моё чувство страха за своё чадо не давало мне успокоиться. Даже не так. Моя зависть не давала мне успокоиться. Я уже по-чёрному завидовал сыну.
— Ты думаешь? — я посмотрел на Марину взглядом, полным надежды и желания, что Аша была не права, чтоб она поддержала меня, чтоб успокоила и заставила Ашу вернуть мне сына, а меня отправить на другие планеты.
— Аша, позволь им поговорить с детьми. Ну тяжело вот так сразу, без подготовки, без предупреждения отпустить ребёнка от себя, и, судя по всему, им обоим сейчас завидно, что дети развлекаются, а они тут сковородки мастерят!
— Михаил! Павел уже взрослый мужчина! — удивлённо воскликнула Аша.
— Ну это у нас так принято, мы готовимся к тому, что ребёнок готов покинуть родительское крыло. А она… — я снова махнул рукой в сторону Анны, — ну какая у неё подготовка к расставанию с дочерью?
Вид Анны был настолько жалок, что Аша открыла коридор. Дважды приглашать нас не надо было. Мы шагнули в черноту вместе с Виталиком и Мариной.
Не могу сказать, что я ждал чего‑то совсем похожего на Землю.
Была уверенность, что их мир катастрофически отличается от нашего: всё‑таки разные планеты и наверняка разные галактики, да что уж там, разные вселенные.
Когда мы вышли из темноты, было острое ощущение, что я попал в Крымские перелески. Меня окружали покрытые снегами горные хребты, леса у подножия гор и вполне земные облака из детства в форме зайчиков и медвежат.
Оглядевшись по сторонам, в ста метрах от себя я увидел группу людей, ну почти людей. Нечто похожее на длинные верёвки, только помассивнее, подлиннее, понескладнее что ли… Среди этих длинно-худощавых фигур мелькала больно маленькая и такая родная фигурка Пашки и ещё поменьше — Васика. Я улыбнулся и неспеша пошёл в их сторону, по пути разглядывая цветы под ногами, которые пахли мятно-апельсиновым ароматом, а их колоски один в один походили на нашу пшеницу, только более угловатые.
Анна с Мариной по дороге умудрялись собирать букетик для отвара, болтать и восхищаться окружающими видами, поэтому немного отстали, а мы с Виталиком и Ашей уже вплотную приблизились к Паше и его новым друзьям.
— Привет, — улыбнулся я.
— О, пап! Привет. Ты откуда? — удивление Паши было обыденным, словно я чуть раньше пришёл с работы и не более.
— Мама-а-а-а! — радостно завизжала Вася и кинулась навстречу к Анне.
— Аша меня пустила к тебе, я тебя потерял, искал… Ваську украл, Анна расплакалась… и Аша дала нам проход.
— И всё? — Паша засмеялся так искренне, что я тоже засмеялся. — А я два дня устраивал психологический прессинг АИ, чтоб меня пустили погулять сюда.
— Ты познакомишь нас со своими коллегами по планете? — мы с Виталей всячески делали вид, что нам не так уж и интересно, хотя любопытство и желание их разглядеть поближе просто разрывало на части. — Аша сказала, ты у них на планете в библиотеке. А ты вот тут…
— Был там. Но уже около часа как перешёл сюда. Это поучи. Население Планеты Уч. Мы на их планете. Они очень хорошие! Исара была у них четыреста лет назад! — Паша протянул руку к самому долговязому. — Это Соал и его семья… Солина — супруга, Рэн и Ским — близняшки дочки.
Соал был выше меня примерно на метр, глаза огромные по сравнению с нашими, также полностью отсутствовали волосы, а уши напоминали стоячие ушки добермана после купирования. Солина и их дочки были безумно сильно похожи на Соала, за исключением волос. Матушка Эволюция припорошила женские особи этой расы лёгким бархатным волосяным покровом. Солина с радостью обняла подошедших Марину и Анну, упомянув, что этот жест очень важен для землян женщин, и Учи с удовольствуют переймут и себе этот знак приветствия. Соал и Солина открывали рты, говорили на смешном для меня шипении, но в то же время в моём мозгу чётко формировались предложения, которые они говорили.
— Странно, что они так идеально знают русский язык, — удивилась Анна и махнула головой, как бы стряхивая те слова, которые нарисовались в её голове.
— Аха, как же! — усмехнулся сын. — Это АЯ. Она в данном случае сразу и переводит тебе всё. Так что не думай, что наш язык такой уж распространённый по галактике.
— Переживал за тебя, — я пожал руку Паше, меня накрывало ощущение, что я потерял его сто тысяч лет назад и вот встретил.
Соал взял в руки свежесобранный веник наших девочек и спросил:
— Это что?
— Травки для чая. Мы по вечерам часто завариваем всякую растительность и пьём.
— Вы собрали их на Уче? — вежливо уточнил Соал.
— Да, пока шли до вас.
Поучи и Паша рассмеялись.
— Ну что смешного? — обиженным голосом спросила Марина. — Ну у землян это нормально, заваривать травы!
Солина забрала букет и отбросила в сторону.
— Пойдёмте, я покажу, что можно кушать и из чего можно сделать напиток, — она нежно взяла Ваську за руку и, махнув рукой близняшкам и Анне с Мариной, повела их в сторону леса.
— Круто! А то, что девочки нарвали? Невкусно? — на всякий случай уточнил Виталик, пиная ногой букет, валяющийся на земле.
— Вкусно, — засмеялся Соал, — но пить можно только один раз.
— А второй раз не дадите?
— А второго не будет. Эти травы ядовиты, — заботливо ответила Аша, пригрозив Соалу, который весело хохотал над нами.
— Вы, наверное, ещё не проходили изучающий курс по поведению на незнакомых планетах?
— Нет. У нас Исара ещё два дня идти будет. Сказали, что потом всех соберут и расскажут о многом.
— Вы ещё такие глупенькие, молоденькие, — улыбнулся поуч. — Наши предки тоже попали под Исару. Только у нас её называли Солнцем, она сияла, как огромный прожектор, у вас уже более новая версия, но тоже красивая.
— Как вы живёте четыре сотни лет без технологий, без ничего… — мне тут же захотелось узнать как можно больше и об этих существах, и об их жизни, — как вы приспособились жить после «Солнца»?
— Несложно, — снова улыбнулся Соал. — Главное — это понимание новой жизни, её принятие и умение получать радость не от убийств и войн, а от ветерка и запаха лесов.
Мы, неторопливо прогуливаясь, подошли к поляне, наполненной иссиня-чёрными цветами с соцветием, напоминающим орхидеи, запах на поляне стоял просто умопомрачительный. Если бы у меня спросили, как пахнет счастье и любовь, я бы, наверное, отвёл их на эту поляну.
— Какой вкусный запах!! — воскликнул я.
Аромат было не описать… сладко-кисловатые акценты с примесью лилии и мягким послевкусием корицы.
К нам откуда‑то тут же подбежали близняшки и быстро нарвали мне небольшой букет, перевязав огромным лопухом алого цвета, который сочился фиолетовым соком по всему своему периметру.
— Девочки уже закончили? — спросил я близняшек и оглянулся назад. К нам неспешно подходили Марина и Анна.
В этот момент я увидел Анну совсем другой — в отблеске голубоватого солнца на фоне белоснежных гор с огромным букетом зелёных цветов она была похожа на фею. Как же она красиво смеётся!
Мне невыносимо захотелось радоваться вместе с ней. Что‑то прям кольнуло в районе сердца… «Может, это поляна с цветами так повлияла?» — подумал я и подарил ей свой букет сине-чёрных цветов.
— Эти… — голос предательски пропал, а она так смотрела на меня, словно видела во мне и принца, и коня, и замок одновременно. — Соал сказал, что эти тоже можно пить, — голос вернулся, но частично.
— Спасибо! — глаза Анны светились безмерным счастьем, а я почему‑то взял её руку в свою и пошёл к Паше и поучам. Анна даже не пыталась сопротивляться, но я на всякий случай сжал её руку покрепче.
Пашка казался таким маленьким и беззащитным рядом с Соалом, они смотрели на горы и что‑то увлечённо рассказывали друг другу.
— А лопух? — на всякий случай уточнила Анна.
— Что лопух? — спросил я у неё.
— Лопух можно заваривать?
— А лопух вылечит вам любые раны! Заваривать его не стоит, но если хотите избавиться от бессонницы, то он поможет. Спать будете, как младенцы! Только добавляйте его прям помаленьку, а то он горьковатый на вкус и может усыпить дней на пять, — заботливо разъяснила нам Солина, подмигнув мне и указывая своим взглядом на мою ладонь, державшую руку Анну.
— Бессонницы у нас нет, а вот с ранками очень необходим. Собакам его можно? — спросил я, как заправский ветеринар.
— Собакам? — хором удивились поучи.
— АЯ, покажи нам собак, — я активировал экран и махнул им вперёд.
Изображение появилось в той стороне, куда я его откинул с АИ… на фоне небольших пальм и кустарников мы увидели, как вся наша пушистая братия купается в речке, перемешивая морды, хвосты, лапы, грязь и лай в один коктейль.
— Я хочу соба-а-аку! — в один голос закричали близняшки, тыча пальчиками в экран. — Мама-а-а, я хочу собаку!
— Ага, двух собак, — устало сказал папа Соал. — Вам чемняков мало?
— Чемняков? — уже хором спросили мы с Мариной и Виталиком, оглянувшись на Соала.
Солина включила свою АЮ, и вместо моей трансляции собак появилось изображение существ, круглых и лысых, как шарик. У чемняка глаза были очень узкие, но они были по всей окружности головы, делая его абсолютно всевидящим. Он мог по очереди открывать тот или иной глаз, рот был полон острых зубов, но если он его закрывал, то отверстие для рта сливалось с телом и становилось невидимым. Ни хвоста, ни ушей я не приметил, но вместо ног был отросток, отдалённо напоминающий мне гусеницу танка. Чемняки стояли спокойно, пережёвывая траву.
— Ох, ты боже мой… — прошептал я. — Они травоядные?
— Да, и очень ласковые.
— Куда уж ласковей, с такими‑то клыками, — Марина смешно скривилась, а Васька и близняшки радостно захохотали.
— Они очень любят траву, которую невозможно порвать или раздавить, но она наощупь, как пух, вот такая почти, — и Солина провела по своей руке, покрытой лёгкими волосками. — Такую траву им приходится перепиливать острыми зубами, ну и в защите от хищников это прекрасное оружие. Один укус чемняка очень сильно ранит и заживает крайне долго, поэтому их стараются не трогать, ну если только маленьких, оставленных без присмотра.
— Ух, какие несимпатишные, — сказал Виталик.
— Зато очень добрые и безумно умные, — парировал Соал.
В это время над нами пролетела стая птице-змей и полностью увлекла наше внимание, и только мы разговорились на тему летающих змей, как Аша нас всех остановила:
— Мне кажется, землянам пора домой.
— Уже? — расстроился я.
— Пойдёмте. Потерпите немного, и после соединения ваших планет одним коридором вы сможете видеться хоть каждый день.
— Через два дня?
— Через два земных дня! — уточнила Аша.
Мне очень не хотелось возвращаться, в голове были сотни вопросов, миллионы тонн желания всё рассмотреть и потрогать, погладить чемняка и попасть в общину к Солине. Очень хотелось отведать их пищи и полетать со змеями.
Паша оставался с ними, а я завидовал ему ещё больше, чем до путешествия сюда, хоть и понимал, что Аша права. Если бы не Солина, Марина бы уже заварила несъедобной травы… Нам всем нужен краткий, а лучше подробный курс безопасности при посещении дружественных планет.
— Я вернусь! — уверенно сказал я. — С собаками! — и посмотрел на близняшек, заговорщически подмигнув им.
— До встречи! — вразнобой прокричали поучи, когда мы заходили с Ашей в тёмный коридор.
Следующая глава 12 тут: https://dzen.ru/a/Z7Gy1k6u0FuNXY5H