Когда я только поступил на службу в милицию. Городок у нас был небольшой, но и не деревня, где каждая собака знакома. Я заново составлял мнение о гражданах и помнил наставление отставного майора, который вел у нас одну из дисциплин: «Даже если ты уверен, что знаешь своего соседа, ты его не знаешь. Ты можешь даже не подозревать, что здоровался за руку с убийцей».
Было начало весны, но холода стояли такие, что лед на реке и не думал таять. Утром один гражданин вышел на балкон, но вместо привычного пейзажа увидел красное пятно посреди замерзшей речки. Мужчина сразу же позвонил в милицию. Так я с нарядом оказался на месте преступления.
Случай был из ряда вон: труп посреди замерзшей реки. Снег в ту ночь не шел, но вокруг тела были только птичьи следы. «С неба упал, что ли?» — предположил следователь Татаринов. В последующие дни мы только убедились, что ниоткуда, кроме как с неба, труп упасть не мог.
Связались с диспетчерской службой, те подтвердили, что никаких воздушных судов над городом не было. Да и незаметным такое событие бы не прошло. Это сейчас город стал шумный, даже по ночам тишины нет, а тогда машин почти не было, никаких строительных работ. Невозможно было не услышать шума мотора самолета или вертолета, идущего на низкой высоте. А наши судмеды доказали, что сбросить могли только с небольшой высоты, иначе тело бы просто размазало по льду. Оно же было довольно целым.
Вот только эксперты смогли установить, что причиной смерти было не падение, а удар тупым предметом в область грудины. Но предполагаемым орудием убийства вышла заминка, потому что даже предположений выдвинуть не смогли. Еще экспертов озадачило то, что сердце было как будто сжато. В беседе со следователем Татариновым патологоанатом озадаченно сказал: «Такое ощущение, что его просто рукой передавили. Но силищи у этой руки должно быть, как у гидравлического пресса». В память эти слова врезались вместе с увиденным результатом. Я бы ни за что не догадался, что передо мной человеческое сердце.
Оно напоминало кухонную тряпку. Жуткое зрелище.
Немного позже нашли еще один
труп. Только не на реке, а у лесополосы, до которой от дороги по заснеженному полю метров двести. Тут следы были, но только егеря с собакой. Он и стал первым подозреваемым. Но дальнейшее расследование показало, что этот человек убийцей быть не мог.
О том, что это дело одно, тогда никто не подумал. В первом случае была пробита грудина и сердце выжато, как лимон, во втором у трупа область глаз, переносицы и височных костей была вдавлена чем-то тупым и узким. Но кое-что жертв все же объединяло: оба были мужчинами до тридцати лет, родом из соседнего крупного города (но жили у нас), у обоих были велосипеды, переделанные в мопеды. Состояли ли они в местном сообществе мотолюбителей, установить не удалось. Там все оказалось на добровольных началах, никаких членских взносов. Сколько народу собирается, никто не считал, даже подчас друг друга в лицо не знали.
Еще через несколько дней нас ждал очередной загадочный труп посреди поля. Опять молодой мужчина из того же города, что и первые два, никаких следов. У этого бедолаги отсутствовали гениталии. Причем они были оторваны, а не отрезаны. Только после обнаружения третьего трупа Татаринов решил поинтересоваться у коллег из соседнего города, не было ли у них подобных случаев. Те пригласили нас приехать.
Отделяли нас со следователем Татариновым. Мы обнаружили «висяк» двухмесячной давности. Это тоже был молодой мужчина. Его нашли на сосне в городском лесопарке. Труп каким-то образом поместили на уровень третьего этажа! Следов подъема тела по дереву не было, только пара сломанных веток выше. Но, если бы сбросили сверху, тело бы на ветке не удержалось, рухнуло вниз, а веток сломалось бы явно не две. Татаринов, почесывая голову, сказал: «Если бы речь шла не о трупе весом восемьдесят килограммов, я бы предположил, что его сюда забросили». Но главным было то, что и у этой жертвы отсутствовали гениталии, тоже были оторваны.
Пришлось объединять дела и работать в более тесной связке с коллегами. Результатов это долго не приносило, пока мы со следователем случайно не наткнулись на свидетеля. Им оказалась десятилетняя девочка. Мы беседовали с жителями дома неподалеку от лесопарка, делали поквартирный обход и расспрашивали о месте преступления.
Девочка с детской непосредственностью заявила, что видела, как дяденька мусор закидывал на ветку. Она ему замечание сделала, а он палец к губам приложил и попросил никому не рассказывать, мол, мусорить он больше не будет.
По описанию составили фоторобот, и оказалось, что этого человека прекрасно знают в нашем городке. И я сам не раз жал ему руку. Кличка у подозреваемого была соответствующая его габаритам - Богатырь. Он был под два метра ростом и очень массивный. Не полный, а именно крепкий, мускулистый. При этом наш Богатырь слыл человеком отзывчивым. Про него даже в газетах писали, что он участвовал в разборе завалов после обрушения дома, вытащил трех человек. А тут получалось, что четверых убил?
Богатырь даже отпираться не стал. Рассказал, что встречался с девушкой, она тоже была родом из соседнего города. Михаил, тот самый, у которого раздавили сердце, был мотолюбителем. Ранее девушка с ним встречалась, но познакомилась с Богатырем, по-честному призналась Михаилу и рассталась с ним, однако сходки мотоциклистов посещала по-прежнему.
Михаил не мог смириться с тем, что девушка его бросила. Подбил своих дружков, заманил несчастную в гараж. Издевались над девчонкой несколько часов. Девушка в милицию идти побоялась, но рассказала Богатырю, кто и что с ней делал.
Через месяц девушка повесилась. Богатырь решил мстить. Бывшему раздавил сердце, тем, которые насиловали - оторвал гениталии, а глаза выдавил тому, кто на шухере стоял.
Михаила убил в том самом гараже. Остальных связывал, сажал на заднее сиденье и говорил по душам. Сказал, что готов был отпустить, если бы хоть один раскаялся, пожалел о содеянном, но все твердили: «Сама виновата». Поэтому Богатырьих убивал и выбрасывал, как мусор. За одним насильником Богатырь поехал в соседний город, оторвал ему причиндалы и еще живым забросил на дерево: «Собаке собачья смерть».
Богатырь рассказал и про свою силу - она у него всегда была. В детстве родителей пугал. Например, в пятилетнем возрасте мог с легкостью поднять комод, а однажды перенес телевизор в соседнюю комнату. С годами понял, что одно дело про силушку богатырскую в книжках читать, и совсем другое видеть, что кто-то такой на самом деле обладает, поэтому старался не показывать свои способности. Однако он все так же легко мог поднять бетонную плиту (благодаря чему и спас людей из-под завалов) или закинуть труп метров на двести. В протоколе это отразили как часть шизофренического бреда. Комиссия потом признала Богатыря невменяемым. Его отправили на принудительное лечение. Там Богатырь и умер. На глазах у двух медбратьев сам себе шею свернул. Когда у меня родился внук и я читал ему сказки про русских богатырей, меня посещали мысли, насколько эти истории правдивы? Недаром их былинами называют. Ведь если был наш Богатырь, которого я видел собственными глазами, значит, и Илья Муромец вполне мог существовать. Наверное, со временем перестала земля русская богатырей родить. Обидно. Нам бы они сейчас ой как пригодились бы.