Глава 4
Это был высокий точечный многоквартирный дом. Дверь Пузыреву открыла миниатюрная, очень живая и симпатичная женщина, на вид лет тридцати. Немного подумав, Андрей всё же решил, что это мама Кристина, а не дочка Маша.
- Я детектив Андрей Пузырев, - представился сыщик, изобразив широкую улыбку.
- Проходи, Андрей, - женщина тоже улыбнулась, - ничего, что на ты?
- Я не против, - детектив кивнул, - а ты, значит, Кристина.
- Ну, по-видимому, да, - усмехнулась женщина, предлагая жестом пройти на кухню.
На ней был надет легкий короткий халатик, и фигура у нее была совершенно девичьей.
- Я так понимаю, что ты хочешь узнать, что я делала в ночь убийства? – прямо спросила Кристина, садясь на стул и закидывая ногу на ногу. Ноги были стройные и красивые.
- Ну, во-первых, я хотел узнать, одна ли ты сейчас в квартире? – усмехнулся Андрей, с трудом отводя взгляд от голых стройных ног.
- Даже так? – женщина рассмеялась. – Муж сейчас где-то бродит, Маша у себя в комнате… но она нас не слышит, она у компьютера сидит в наушниках.
- Почему муж где-то бродит? – детектив изобразил удивление.
- Он художник, любит рисовать городские пейзажи. Он часто бродит по улицам, выискивая места, которые потом можно будет перенести на холст.
- Он тебя ревнует? – неожиданно спросил Пузырев.
- Я думаю, да, - взгляд женщины оценивающе пробежался по телу Андрея. – Когда мы поженились, мне было девятнадцать, ему двадцать семь. Тогда мы выглядели почти как ровесники. Тогда он любил рисовать меня… голой. Сейчас он выглядит на шестьдесят, а я на тридцать… Но он перестал меня рисовать.
- Тебя рисуют другие, - детектив с иронией посмотрел в светло-голубые глаза, у матери Кристины глаза были такими же.
- Только ты ему об этом не говори, - усмехнулась женщина, - у нас крепкая семья.
- А Маша знает?
- О чем? – рассмеялась Кристина. – О том, что у нас крепкая семья?
- О том, что к тебе в окно в ночь убийства забирался… другой художник.
- А почему ко мне? – Кристина продолжала весело смотреть на детектива. – Может, это к ней забирался… садовник. Маша девочка взрослая, парни за ней толпами бегают.
- У нее с садовником что-то есть? – Пузырев сначала удивился, но потом сообразил, что частые приезды Маши к бабушке могли быть связаны именно с этим вполне симпатичным парнем.
- Думаю, да. Но мы с ней не лезем в дела друг друга, каждая занимается тем, что считает нужным.
- Вы с ней не очень близки, - Андрей не спрашивал, а утверждал.
- В какой-то момент наши пути немного разошлись, мы не часто беседуем по душам.
- Так что ты мне можешь сказать о своем художнике? – улыбка вернулась на лицо детектива.
- А это имеет какое-то отношение к убийству?
- Мне было бы приятно узнать именно из твоих уст, что лестница позади дома была приставлена именно к твоему окну. Это значительно облегчило бы мне поиски убийцы.
- А ты можешь мне дать гарантию, что муж об этом не узнает? – на лице Кристины появилась напряженная улыбка.
- От меня он точно ничего не узнает, - Пузырев пожал плечами.
- Хорошо, уговорил. Да, в моей спальне в ночь убийства находился один молодой человек. Он приехал около полуночи на своей машине. Мы с ним занимались любовью. А потом мы услышали крик, и он быстро сбежал через окно.
- Ладно, этот вопрос мы прояснили, можем забыть, - кивнул детектив. – Скажи, Кристина, что ты делала в комнате матери, когда она тем вечером ложилась спать?
- Ты подозреваешь, что это я хотела ее отравить? – женщина нахмурилась.
- Я подозреваю всех, но я так понял, что у тебя с матерью были довольно напряженные отношения.
- Да, это так, - Кристина задумчиво кивнула. – Еще в детстве я поняла, что мать меня не любит. Она вообще никого никогда не любила, в том числе и моего папу.
- Почему ты так решила?
- Это видно. Пока была маленькая, я этого не понимала, а когда начала что-то понимать в жизни, сразу это увидела. Вы ведь были у нее в поместье. Вы видели там хоть одну фотографию ее мужа, дочери, внучки? Их там нет. А между прочим, мой сводный брат Миша в молодости увлекался фотографией, он часто делал снимки, когда мы все были молодыми, когда у нас дети родились. Фотографий у мамы должно быть много, но она их прячет, они ей не нужны… Но моя нелюбовь к матери не может быть причиной смерти Виктории. Мне нет смысла покушаться на ее жизнь.
- В финансовом плане у вас в семье всё в порядке? – поинтересовался детектив.
- Да, я хорошо зарабатываю, и у меня очень хорошие и теплые отношения с директором фирмы, в которой я работаю, - усмехнулась Кристина.
- Я понял, - Андрей покачал головой. – Кристина, а с дочкой твоей я могу поговорить?
- Пойдем, посмотрим, захочет ли она тебя принять, - женщина легко вскочила, сверкнув голыми ногами.
Через большую, обставленную модной мебелью комнату, Кристина прошла к закрытой двери. Без стука женщина открыла дверь и заглянула внутрь.
- Накинь на себя что-нибудь, - сказала мать, - с тобой молодой человек хочет поговорить насчет убийства в доме твоей бабки.
Дождавшись, по всей видимости, когда девушка оденется, Кристина повернулась к сыщику.
- Заходи, беседуй.
Она чуть посторонилась, пропуская Андрея в комнату. Ему пришлось повернуться боком, чтобы не задеть женщину.
Маша сидела у компьютерного стола в большом вращающемся кресле, подвернув под себя голые ноги. На маму она была почти не похожа, была крупнее, с более развитыми формами, только светлые глаза выдавали родство. Эти глаза смотрели на сыщика с вызовом.
- Я полиции уже всё рассказала, - скривив красивые, полные губы, произнесла девушка.
- Ну, я не полиция, - усмехнулся Пузырев, - и меня интересуют немного другие аспекты произошедшего.
- Да? И какие же? – некоторый интерес появился в светлых глазах, устремленных на сыщика.
- Ты ведь чаще других членов семьи общаешься со своей бабушкой, - не дождавшись приглашения, Андрей опустился на край широкого, раздвинутого дивана.
- Ну, дядя Миша не реже меня появлялся у бабули, - усмехнулась Мария.
- Но ты там у нее частенько и ночуешь, - продолжил настаивать Андрей.
- Ну, ему для его дела хватало времени и днем, а я не люблю впопыхах…
По манере разговора девушка была очень похожа на мать, и Пузырев уже понял, что и в плане поведения яблочко от яблоньки упало совсем недалеко.
- Так зачем же ты и твой дядя приезжали в дом Зинаиды Артемьевны? – спросил Андрей, уже зная ответ. Но ему было интересно услышать это из уст девушки.
- За одним и тем же, - усмехнулась Маша, но продолжать не стала.
- Ну и с кем ты там по ночам встречалась? – продолжал сыщик подталкивать девушку на откровенность.
- С Максом, конечно, там больше подходящих парней нет, - внучка не стала ничего придумывать.
- С садовником?
- Ну, можно его и так назвать. Вообще-то, он в Пушкине учится в сельхозе, парень вполне серьезный. У бабки он просто немного подрабатывает, деньги лишними не бывают… Ну, и со мной встречается, в усадьбе прикольно.
- В ночь убийства он был в твоей спальне? – поинтересовался детектив.
- Нет, нам больше нравится у него во флигеле. Там атмосфера более… прикольная.
-Значит, ты возвращалась от него, когда услышала крик?
- Ага, я по лестнице поднималась, а тут она как заорет… И бабка тут же из своей комнаты выскочила, чуть в меня не врезалась.
- А какие у тебя отношения с твоей бабушкой? – переключил Андрей разговор на другую тему.
- Нормальные, - девушка пожала плечами, - мы терпим друг друга. Любовью это назвать нельзя, но… она меньше всех допекает меня нравоучениями. Я думаю, ей на меня просто наплевать. Зачем я приезжаю, она отлично знает, но ее это совершенно не волнует. Она не ханжа.
- У тебя ведь была возможность подсыпать отраву в рюмку на тумбочке, когда ты целовала бабушку перед сном.
В начало цикла "Пузырь, Соломинка и Лапоть"