В районный центр село Большое Игнатово стремятся попасть многие верующие и страждущие. Это всего в двадцати километрах от Большого Болдина, поэтому и приезжающие в пушкинские места стараются побывать и Большом Игнатове. В церковь Михаила Архангела влекут людей хранящиеся в гробу мощи отца Константина Подгорского. В алтаре храма в специальном ковчежце отдельно сохраняется перебитый палец священника, который отделился при поднятии из могилы его тела. Ведь мощи, говорят, обладают целительной силой.
Священник, сын священника
В 1918 году священник был распят в селе Киржеманы на двери приходской церкви, в которой служил. Отца Константина его мучители не разрешили даже похоронить с христианскими почестями на сельском кладбище, и он более восьмидесяти лет покоился в одиночестве на пустыре рядом с погостом. Только в 2002 году гроб с мощами священника установили в храме Большого Игнатова. Он долго находился в алтаре, но потом перенесли к Царским вратам, за Распятие.
До революции село Киржеманы было самым зажиточным в округе, и в нем насчитывалось более восьмисот жителей. Была в селе Никольская церковь – деревянная, но на каменном фундаменте, которая также считалась в этих местах самой большой. На служение в нее отец Константин был определен 9 декабря 1910 года. Приехав в село уже в возрасте пятидесяти лет, священник занимался и просветительской деятельностью - построил школы в селах Новое Качаево и Растислаевка, был законоучителем церковной школы. Отец Константин был сыном священника Романа Подгорского, служившего в селе Большие Туваны Курмышского уезда Симбирской губернии (ныне это село Шумерля в Чувашии). Константин, окончив Духовное училище и Духовную семинарию, в разных храмах служил в сане диакона. А после смерти отца стал священником и принял его приход в родном селе Большие Туваны, в котором и служил до перевода в Киржеманы.
Супруга Константина Романовича также была из семьи священников. На новом месте Надежда Дмитриевна не только преподавала в начальных классах, но и возглавила волостное общество трезвости. В присутствии волевой и строгой женщины мужики не осмеливались даже курить.
Прибили гвоздями к церковной двери
В 2018 году в Киржеманы из города прибыли для установления Советской власти два представителя, которых местные жители прозвали «делегатами». К тому времени и до этих мест дошла новость о расстреле царской семьи. Отец Константин стал служить по убиенным панихиды, и за это священник попал в немилость новой власти, которая начала искать повода для расправы с ним. Ждать пришлось недолго. Последней переполнившей чашу каплей стала литургия, которую отец Константин отслужил 7 ноября. На этот день в селе был назначен митинг по случаю годовщины революции, но верующие, а это, считай, все село, пошли вместо митинга в храм на богослужение в честь великомученика Димитрия Солунского. Ведь в Киржеманах «на Димитрия» принято было делиться и зерном с односельчанами, у которых случился его недород. А 8 ноября, когда священник стоял на амвоне, пришедшие в храм «делегаты» объявили его заговорщиком. Прижав к престолу, сорвали с него крест и облачение и, оставив в нижнем белье, выволокли из храма. Глумясь над священником, запрягли отца Константина в его же двуколку, которую заставили возить по селу. Затем, оставив на нем хомут, водили по селу до полуночи, избивая вожжами и плеткой. А когда падал он на землю, били ногами. И, наконец, схватив за волосы, затащили на высокое крыльцо храма. Прижав избитое тело священника к церковным дверям, прибили его запястья гвоздями к косякам. Так принял смерть за веру священномученик Константин Подгорский. Никто за него не вступился, и это, может быть, оттого, что всего за две недели до этого события жители одного из сел соседней Чувашии хотели спасти своего батюшку от расправы. Отняв его у глумившихся безбожников, избили их. И за это сразу были жестоко наказаны: подоспевший из уезда карательный отряд сжег село.
Каждому – по делам его
До 1919 года священника в Киржеманах не было, а когда назначили другого настоятеля, он не прослужил и года. После гибели Подгорского боялся за свою семью. В начале 30-х годов из соседнего Ичалковского района был послан в Киржеманы священник Стефан Ташкин. Прослужил около двух лет, и тоже уехал. В 1931 году с церкви по указанию властей и вовсе сняли крест. Говорят, никто из взрослых не захотел этого делать. Заставили какого-то подростка, который вскоре умер в Казани. А у столяра Петра Устинова, строгавшего поделки из церковных подоконников, сердце прихватило. Телега "делегатов" по дороге в город на переправе через речку Меню провалилась под лед, и оба «делегата» утонули вместе с ней. Извелся и весь род председателя Киржеманского комбеда Цыпленкова, который вместе с «делегатами» глумился над батюшкой: ни детей, ни внуков не осталось.
«Так я и писал в анкетах…»
А о самом отце Константине жителям Киржеман запретили и вспоминать. Даже десять детей священника старались не говорить о том, что произошло с их отцом. Все они в разное время учились в Казанском университете. Владимир - на физмате, Нина - на медицинском факультете. Старшая дочь священника - Вера Константиновна (так угодно было судьбе) была знакома с Надеждой Крупской. Обе окончили высшие женские Бестужевские курсы, вместе преподавали в воскресной школе Санкт-Петербурга, потом тоже работали вместе в Наркомате просвещения: Крупская - зам. наркома, Подгорская - начальником отдела. В 1937-м Вера погибла в Надымских лагерях. Старший из детей Николай окончил Землемежевой институт и был первым комиссаром земледелия Казанской губернии. Лидия, Геннадий, Анатолий, Сергей, Евгений, Нина учительствовали. Анатолий во время войны командовал танковой ротой вместе с братом Зои Космодемьянской - Александром. И погибли они в одно время в боях за Прибалтику...
Из потомков отца Константина живет сегодня в Москве академик Российской космической академии Сергей Иванович Юношев. Это сын его дочери Нины. От Сергея Ивановича я и узнал о Константине Подгорском. Правда, и сам академик о своем деде долгое время мало что знал: «Только то, что умер и был похоронен в Киржеманах. Так и писал в анкетах. Правду о его смерти узнал поздно и случайно от сестры моей мамы Лидии Константиновны. И очевидцы потом рассказывали. Они тогда еще живы были. Вот видите, мой дед был священник, а я даже некрещенный…».
Возвращение
Но как оказались мощи отца Константина в церкви Большого Игнатова? Их перенес настоятель храма отец Александр Никитин, которому помогли двое прихожан. К тому времени не только сгнили уже несколько крестов, которые, несмотря на запрет со стороны властей, постоянно ставили на могиле отца Константина почитавшие его прихожане, но и пропал даже холмик над ней. Трудно было найти место, где он был похоронен, поэтому копали наугад, но попали точно в контур могилы.
Когда сняли дерн над могилой, все почувствовали особое благоухание. Не аромат трав - что-то другое. Гроб сохранился так, что словно и не пролежал под землей десятилетия. Нетленными предстали перед взором не только тело священника со следами избиения, но и Евангелие, и крест в его руках. Только указательный палец был сломан и держался на одном сухожилии. Под досками гроба лежала сухая трава. Ее принято класть в могилу. Удивительно, но и она сохранилась. В гробу оказался и кованый гвоздь из те гвоздей, которыми батюшку прибивали к церковной двери. Еще три попросту развалились и стали пылью.
В храме Михаила Архангела часто мироточат иконы. К этому здесь уже привыкли. Но прихожане не теряют надежды, что когда-то причислят к лику святых распятого отца Константина, поклониться мощам которого приезжает в Большое Игнатово народ со всей России. Я и сам видел написанный неизвестным мне прихожанином лик мученика за веру, в котором он изображен в образе святого. В Большом Игнатове говорят, что единственная причина задержки с канонизацией отца Константина - отсутствие документов о мученической его смерти. Сведения о совершенном над священником злодействе сохранились только в устных преданиях. Была надежда найти косвенно подтверждающие мученическую смерть иерея Константина в Самаре - известно, что двое детей отца Константина были репрессированы, и их обвиняли в том, что они, якобы, мстили Советской власти за убитого отца. Но папки с этими делами сгорели при пожаре в Самарском УВД 10 февраля 1999 года. И все равно прихожане храма спокойны: «Преподобный Серафим Саровский тоже не был прославлен много лет. Когда Господу будет угодно, то и с отцом Константином все устроится».
Валентин ПИНЯЕВ.