Уважаемый читатели! На меня вновь напал злобный вирус и сейчас я на больничном. Поэтому предлагаю вашему вниманию рассказ, основанный на реальных событиях. Как только выйду на работу, так сразу продолжу очерки.
Девяностые годы прошлого века принято упоминать с прилагательным «лихие». Без него просто «девяностые» звучат куце, словно какой-то обрубок. Да оно и неудивительно: бешеные цены, невыплаты зарплат, засилье криминала.
Но такая оценка слишком однобока. Если посмотреть шире, станет ясно, что в те времена совмещались две противоположности. При царившей вокруг нищете, деньги буквально летали в воздухе. Только протяни руку и… А после «И» следовало одно из двух. Либо сорвёшь желанный куш, либо просто лишишься руки. С головой в придачу.
Василий Гончаров вспоминал о девяностых как о земном рае, самом лучшем отрезке своей жизни. Нет, он не был ни коммерсантом, ни бандитом, рыбку в мутной воде не ловил. Он всего лишь учился в медицинском училище на отделении «Лечебное дело», проще говоря, на фельдшера.
Василия и сестру растили отец с бабушкой. А мать, когда дети ходили в садик, хвостом махнула и упорхнула неведомо куда, в поисках лучшей жизни. Отец работал мастером на одном из местных предприятий, зарабатывал по тем меркам очень неплохо. Детей обеспечивал достойно, каждый год на море возил. Но пришли другие времена, принеся с собой страшную нужду и беспросветность. Завод еле пыхтел, зарплаты платить перестали.
И тогда он решился, совместно с двумя проверенными товарищами создали торгово-закупочный кооператив. Подобных контор было тогда пруд пруди, одни процветали, другие лопались как мыльные пузыри. Отцу повезло, сумел не только удержаться, но и подняться.
Василий с сестрой как сыр в масле катались, былые проблемы стали восприниматься как нечто нереальное, как дурной сон. При этом отец остался отцом, а не денежным мешком, детей воспитывал достойно. Во всяком случае, не превратились они в отбитых потребителей, вечно кричащих: «Дай!» и «Хочу!».
Отца Василий любил, ценил и уважал, никаких трений между ними не возникало. Но была одна загадка. Отец часто повторял, буквально внушал: «Сын, в жизни всякое будет, но ты, главное, не пей! Держись подальше от этой дряни!». Василий сперва пытался понять, к чему это говорилось. Ведь в семье всегда царила трезвость, алкоголь никому не был интересен и о нём вообще не помышляли. Вот потому к отцовским наставлениям он стал относиться как к простому чудачеству.
***
Специализированный психиатрический стационар с интенсивным наблюдением является местом суровым. По сравнению с ним, исправительная колония – настоящий санаторий.
Тоскливо и неуютно в надзорной палате. Заняться решительно нечем. Из-за тесноты нельзя даже просто походить туда-сюда. Поболтать с сопалатниками возможности не было. Точней была, но как общаться с людьми, выпавшими из реальности, обитавшими в своём болезненном мире? Поэтому Василию оставалось только лежать и просматривать мысленным взором эпизоды своей прежней жизни.
***
Ярко, с приятным теплом, вспомнилось поступление в медицинское училище. С того момента стартовала новая жизнь, почти не похожая на прежнюю. Выбор Василия был свободным, отец с бабушкой никоим образом не препятствовали, свою волю не навязывали. Учиться ему предстояло в другом городе и это обстоятельство их конечно же тревожило. Но с другой стороны, парень уже не школьник, должен приучаться к самостоятельной жизни.
Василий с сестрой были противоположны друг другу. Он – тихий и застенчивый, она – боевая и шебутная. По этой причине, когда схлынула эйфория от поступления, Василию стало боязно. Люди все незнакомые, как отнесутся? Не будет ли насмешек, подколок?
В день, когда проходило собрание новорождённой группы, обозначился неформальный лидер Сергей Пахомов. На фоне мальчишек, вчерашних школьников, он смотрелся настоящим зрелым мужиком, хотя всего-то был ему двадцать один год.
– Э, пацаны, не расходимся! – пробасил Сергей, когда закончилось собрание.
Мужское население группы в количестве пяти человек, остались в пустой аудитории и сперва познакомились. Узнали, кто откуда, местным оказался только Сергей.
– Ну чего, пацаны, такое событие надо отметить! – обратился он к присутствующим.
– А как? – спросил Дмитрий, кучерявый парнишка в очках.
– Так, по-человечески посидеть и отметить. Пацаны, а вам ведь нет восемнадцати? – озадаченно спросил Сергей. – Ндааа, значит кафе отпадают.
– Почему? – не понял Василий.
– По кочану. Мы же не компот будем пить, – объяснил Сергей.
Тут до Василия дошло и настроение резко испортилось. Возникло ощущение, будто предстояло влезть в нечто грязное, предосудительное, запретное. Конечно, можно было отказаться и уйти, никто никого не принуждал. Но Василий посчитал, что после этого его перестанут воспринимать всерьёз, сделают объектом насмешек.
– Давайте решать, где соберёмся, – продолжил Сергей. – Ко мне нельзя, я с бабкой живу. Идёмте к кому-нибудь из вас, вы же на квартирах живёте?
Трое парней снимали не квартиры, а комнаты с хозяевами. Понятно, что те бы не обрадовались пьянке. Василий хотел соврать, будто живёт у родственников, которые не приветствуют посторонних, но неожиданно для себя, ляпнул:
– Можно ко мне, я один в половине дома, вход отдельный.
– Ооо, а чего ж молчал? – обрадовался Сергей. – Тааакс, чего берём? Винца, водочки?
– А может ликёр? – предложил Александр, коренастый, с едва пробивающимися усиками парень.
– Да ну нах, ты чё? – отверг идею Сергей. – Короче, берём вино, пошли, ща на месте определимся.
Ларьки в те времена стояли на каждом шагу и чем только не торговали, от ассортимента аж глаза разбегались. Василий частенько покупал там всякую всячину, а вот алкоголь, красовавшийся за стеклом, вообще не замечал. И только в момент, когда решали, что выпить, он как следует всмотрелся. Выбор был солидным, от не внушающего доверия «Рояля» до диковинных напитков, казавшихся волшебными. Василию захотелось вдруг попробовать всё. Нет, не напиться, а именно попробовать
Денег было предостаточно, и Василий решился, стал спонсором мероприятия. Ему было чертовски приятно ощущать себя крутым, состоятельным, солидным, льстило, что пацаны смотрели на него как на старшего.
Стол выглядел роскошно, правда, только за счёт красивых бутылок. Закуску посчитали второстепенной, купили всего ничего. Первоначальная неловкость вскоре сменилась безудержной радостью. Все тревоги исчезли бесследно, хотелось обнять весь мир, говорить что-то доброе, идущее от кристально чистой души. Однако имелась преграда в лице Сергея. Полностью завладев инициативой, не умолкая, он рассказывал о своей недавней срочной службе в погранвойсках.
Вначале просто привирал, но дойдя до кондиции, понёс уже откровенную чушь. Мол, после учебки ему присвоили младшего лейтенанта и направили в контрразведку. А там он ужо развернулся, всем показал класс! Всё испортило досадное недоразумение. Получив приказ взять живым иностранного шпиона, контрразведчик Серёга его застрелил. «Понимаете, пацаны, там было или-или, я его или он меня, без вариантов!». За провал операции Серёгу разжаловали в рядовые, но он всё равно числится в особых списках и в любое время его могут вызвать на задание.
– Пацаны, а давайте тёлок вызовем? – вдруг предложил Сергей.
И тут произошло то, чего Василий больше всего опасался. Хозяева, бабка с дедом, жившие в другой половине дома, нагрянули с необъявленным визитом. Разнос они устроили грандиозный, решительно выгнали всех гостей. Василий хотел извиниться и пообещать, что больше так не будет, но вместо этого его стошнило.
Продолжение следует...
На днях была издана моя новая книга "Байки старого психиатра по-новому". Приобрести её можно здесь.
