Нинель Александровна пристально посмотрела на хозяйку дома.
— Я не понимаю, что происходит, — сказала женщина. — Но четко осознаю, что вы пытаетесь сейчас перевести стрелки, скажем так, на моих сотрудников, обвинив их в подлоге.
— Вы не правы, — возразила Ирина Юрьевна. — Вы прекрасно видите, что Полина — прекрасная мать. К сожалению, муж нашел себе другую, и ей приходится одной воспитывать детей. Она крутится, как может, чтобы малыши ни в чем не нуждались. Они накормлены, одеты, обуты. В скором времени, Никитке выделят место в детском садике.
К сожалению, в нашей стране таких женщин, как Полина, тысячи. И что, по вашему мнению, их всех нужно лишать прав? Забирать детей в детские дома? Только начните, пожалуйста, со своих сотрудников. Я так поняла, что у вас тоже работают разведённые.
— Вы сейчас утрируете, — сказала Нинель Александровна. — Мы рассматриваем ситуацию, в которой оказалась Полина Евгеньевна. Нужно понять, сможет ли она воспитать детей достойно, чтобы они ни в чем не нуждались.
— За это можете не переживать, — заверила хозяйка дома. — Если нужно будет, то мы всей деревней будем ей помогать. Я вот, например, решила на нее свой дом переписать.
— А что, у вас разве своих детей нет? — тут же спросила Анастасия.
— Есть, — кивнула головой Ирина Юрьевна. — Но они не достойны этого.
— С чего вдруг? — не унималась родственница Оксаны. — Разве они вам не помогают?
— Нет, — покачала головой женщина. — Появятся раз в полгода, как красные солнышки. Да еще и права свои качают. Хотя что я вам говорю. Вы же прекрасно это и сами знаете без меня. Правда, Анастасия?
— А я-то здесь при чем? — спросила Анастасия. Было видно, что она занервничала.
— А вы думали, что я вас не узнаю? — Ирина Юрьевна скрестила руки на груди.
— А ты ее что, правда, знаешь? — Мария Ивановна удивленно посмотрела на соседку.
— Да, она двоюродная сестра моей невестки, — пояснила женщина. — Оксана ее настропалила против Полины, испугавшись, что я перепишу на нее свой дом. Вот и Анастасия старается, чтобы сестренку не расстраивать. Только все это зря. Ни мой сын, ни, тем более, его жена ничего не получат.
— Я совершенно не понимаю, о чем идет речь, — возмутилась Нинель Александровна.
— Коррупцию развели в своем отделе, вот что, — пояснил Василий Игнатьевич. — И после этого вы смеете что-то нам что-то говорить? Интересно, а ваше начальство в курсе?
— Вы о чем? — кажется, Нинель Александровна действительно не осознавала всю суть происходящего.
— О том, что ваша сотрудница по просьбе своей близкой родственницы инициировала эту проверку, — сказала Ирина Юрьевна. — Дело в том, что Оксана, моя невестка, и Анастасия Николаевна двоюродные сестры. Так получилось, что мой сын и его жена, узнав о моей помощи Полине, испугались, что я оставлю этот дом ей. Поэтому они поставили мне условие: либо я переписываю сейчас на них свое имущество, либо они жалуются в органы опеки на Полину.
— И что вы решили? — спросила начальница, повернувшись к подчиненной.
— Раз вы здесь, то мой сын остался без наследства, — улыбнулась Ирина Юрьевна.
— Анастасия Николаевна, как вы можете мне это объяснить? — спросила Нинель Александровна. — Вы утром ворвались ко мне в кабинет, крича, что дети живут в опасных условиях. Что если сегодня мы их не спасем, то может случиться непоправимое.
— А вы разве не видите, что так и есть? — стала оправдываться Анастасия. — Мать постоянно непонятно где пропадает, детей воспитывают чужие люди.
— Иногда чужие могут быть в сто раз лучше родных, — возразил Василий Игнатьевич.
— Насколько мне известно, эта Полина меняет мужчин как перчатки, — добавила Анастасия.
— Вранье, — твердо заявила Мария Ивановна. — К Полинке сватался мой сын. Парень работящий, не гулящий. И детей готов на себя записать. Так она ему отказала.
— И по какой причине, позвольте узнать? — поинтересовалась начальница.
— Сказала, что не готова к новым отношениям, — ответила соседка. — Что у нее еще дети маленькие, и не нужно их травмировать.
— Понятно, — задумчиво ответила Нинель Александровна. — Так, мы все-таки продолжим осматривать условия, в которых бывают дети.
— Пожалуйста, — пожала плечами Ирина Юрьевна. — Нам нечего скрывать.
— Знаете, все-таки было бы лучше, если бы Полина Евгеньевна была замужем, — задумчиво произнесла Нинель Александровна.
— Зачем? — опешила Полина. — Раз так получилось, что родной отец моих детей отказался от них, то это не значит, что я должна за первого встречного выйти замуж. Лишь бы у меня был статус замужней женщины. В первую очередь, я думаю о детях. Ведь не каждый мужчина захочет взять на себя такую ответственность, как двое маленьких детей.
Нинель Александровна была задумчива. Ведь то, что она увидела и то, что ей сказали про Полину, совершенно противоположная информация. Видимо, Ирина Юрьевна была права: Анастасия действовала по указке своей обиженной родственницы. Нужно будет в этой ситуации поподробнее разобраться. Что-то в последнее время Анастасия стала часто совершать опрометчивые поступки, пользуясь своим положением.
Спустя два часа представители органов опеки уехали из деревни. Полина никак не могла успокоиться. Она ходила по комнате, накачивая Маришку на руках. Никитка все это время сидел за столом и занимался своими делами: сначала он лепил из пластилина, а потом рисовал.
— Полинушка, прости ты меня, — произнесла Ирина Юрьевна. — Она чувствовала свою вину за происходящее. Ведь если бы Оксана не пожаловалась своей двоюродной сестре, то ничего бы этого не было.
— Ирина Юрьевна, вы ни в чем не виноваты, — заверила Полина. — Вы не можете отвечать за действия других людей. Да, это ваши близкие родственники. Но это ничего не значит. Каждый сам отвечает за себя и свои поступки.
— Вот что этой Оксанке не хватает в жизни? — спросила Мария Ивановна. — Вроде бы и муж у нее нормальный, и достаток в доме, и свекровь не лезет в семью. А все мало.
— Есть такой тип людей, который сколько ни давай, они всегда будут хотеть большего, — произнес Василий Игнатьевич. — Поэтому они будут идти на все, лишь бы получить свое.
Ирина Юрьевна посмотрела на свой телефон, который в этот момент завибрировал в ее руке. Ей не хотелось отвечать звонившему.
— Кто там? — спросил мужчина.
— Игорь, — пожала плечами женщина.
— Ирина Юрьевна, ответьте, — попросила Полина. — Ведь это ваш сын. Вы же не знаете, по какому поводу он звонит. Вдруг что-то срочное?
Женщина кивнула головой.
— Да, я тебя слушаю, — ответила Ирина Юрьевна на звонок.
— Мама, как ты могла? — закричал Игорь. — Ты понимаешь, что теперь из-за твоей выходки у Насти проблемы.
— Ты только это мне хотел сказать? — спросила женщина.
— Нет, — сказал мужчина. — Ты поступила неправильно. Мама, тебе нужно срочно позвонить начальнице Насти и сказать, что ты была неправа...
Ирина Юрьевна сбросила вызов. Теперь она точно знала, что больше не хочет общаться с сыном.