Продолжение. Начало: "Новотындырский пед", "Новотындырский пед. Чиканутая карлица", "Новотындырский пед. Декан Тупыгин и другие", "Новотындырский пед. В мутной воде Хаоса", "Новотындырский пед. СКАНдал", "Новотындырский пед. Пробный камень".
Не думаю, что Чиканутую бессонница мучала от желания выгнать Машу из Новотындырского педа. Зная людей подобного типа, могу предположить, что сначала максимум стремлений Марины Сергеевны сводился к тому, что Маша падёт перед ней на колени и будет, обливаясь слезами, выпрашивать прощения за липовую справку.
Унизить, ощутить свою власть, доказать своё право вершить чужие судьбы, заставить грешницу каяться. Это да. Это из инквизиторского прошлого, от непримиримого борца за веру Бьюэрмана. Но отчисления, как самоцели, вероятнее всего не было. Крохотный мозг карлицы подсказывал, что отчислить можно всего один раз, а унижать – на протяжении нескольких лет.
Это как в истории сифилиса. Первые эпидемии лишили Европу пяти миллионов жителей. Сифилис убивал не быстро, но с гарантией 90%.
Потом люди научились с помощью медицины и гигиены уговаривать сифилис не торопить смерь. И мизерный интеллект Treponema pallidum подсказал возбудителю, что на живом теле можно паразитировать годами, а на мёртвом – завершишь свой жизненный путь и сам.
Но проблема заключалась в том, что Маша училась в своё удовольствие, и каяться, плакать и ползать на коленях, очевидно, не собиралась.
Между тем, количество практик росло. А вместе с ними и рос вес должности заместителя декана по практике.
Марине Сергеевне не хватало ума, чтобы выстроить систему прохождения и защиты практики, удобную для преподавателей и студентов. Ту, где студентам не нужно гоняться за руководителем, как пещерным людям за мамонтом и перепечатывать по двадцать раз отчёты.
Зато Чиканутая с врождённым упорством и нечеловеческим трудолюбием выполняла роль ОТК (отдела технического контроля). Проверяла на завершающей фазе все студенческие опусы и выносила окончательны приговор. Без ведома Марины Сергеевны "Бьюэрман" ни один студент зачёт по практике получить не мог.
Вероятно, преподавателей-руководителей практики это, вполне себе, устраивало. Кто откажется от возможности избавиться от рутинной обязанности искать технические ошибки в десятках однотипных отчётов? Они легко делились с Мариной Сергеевной полномочиями эксперта. Что называется «Баба с воза, кобыле легче».
Прошла четвёртая сессия. Началась практика в школе.
Тренер Маши нашёл отличный вариант для прохождения практики: элитный лицей, умный директор школы (что по нашим временам достаточная редкость), преподаватель физкультуры – по совместительству профессиональный тренер. Такой реально может чему-то студентку научить.
Кроме того, у тренера Маши был свой интерес. Директор лицея любил спорт и помогал спортсменам. Перевести в это учреждение образования пару наиболее талантливых учениц казалось разумным решением.
В лицее оформили необходимые документы и отдали их Маше. Маша принесла документы заместителю декана по практике. И с Мариной Сергеевной случилась истерика.
- Это скан! Это подделка!! Я же вижу!!! Признайся сейчас же!!!! – пищала Чиканутая, брызгая слюной.
- Почему скан? – удивилась нервному срыву карлицы Маша, - Фирменный бланк лицея, подпись директора, печать.
- Это подделка!!!! – унималась Чиканутая.
- На бланке телефоны. Можете позвонить и проверить. – пожала плечами Маша.
- Лучше сознайся! Позвоню и тебя отчислят за подделку документов!
И карлица позвонила.
- Да, - ответили ей в лицее, - Берём её на практику.
Другой бы на месте Чиканутой извинился и растворился в космосе. Но для этого нужен мозг. Марине Сергеевне думать было нечем и вместо скромного «Простите» она заявила, что ей Маша принесла не оригинал документов, а скан. И вообще, с такой студенткой связываться глупо: двоечница, не учится, занятия прогуливает и скоро её вовсе отчислят.
Случился небольшой скандал с короткими разборками. Погасить его удалось только тогда, когда директору лицея показали зачётку Маши. А в зачётке - последнюю сессию, сданную на «отлично».
Понимая, что его планы с переводом учениц в лицей рушатся, тренер отправился в Новотындырский пед пообщаться с Чиканутой.
В приёмной декана его встретила милой улыбкой секретарь Лариса Ивановна.
- Марины Евл… (простите) Сергеевны сегодня не будет. – сообщила она, - А что вы хотели?
- Поругаться хотел. – честно признался тренер.
- А Мариночки сегодня нет. И ругаться на неё нельзя. Она у нас хорошая!
- Вы так считаете? – не без иронии поинтересовался тренер и, рассказав историю про лицей и враньё, поинтересовался, - А декана увидеть можно?
- Декана сегодня не будет. Приходите завтра. - Уже гораздо суше ответила Лариса Ивановна.
Не успела за тренером закрыться дверь, как секретарша позвонила Чиканутой: «Представляешь, приходил ненормальный дедок. Собирается с тобой ругаться из-за этой, как её, Маши! Завтра пойдёт к Тупыгину!».
Тренер приехал на следующий день. Тупыгина уже «подогрели». Увидев в приёмной посетителя, декан заорал, что ему некогда заниматься всякой ерундой, у него дипломники, перенаправил к заведующей кафедрой - подруге карлицы и закрыл перед носом тренера дверь.
«Зав. кафедрой, так Зав. кафедрой. Начнём борьбу с ложью с нижних этажей власти.» - решил тренер и пошёл по адресу, по которому его послали.
Между тем, Лариса Ивановна уже названивала Марине Сергеевне: «Пришёл жаловаться. Нет, Тупыгин не принял. Пошёл к Танечке. Ага, пусть болтает. Ты права, отчислять надо. На какие-то сборы ездит. Кто её туда звал. Не место ей в университете! Не понимает она где учится!».
Разговор тренера с Татьяной Николаевной начался на фортиссимо, а завершился на пиано, причём, вполне конструктивно. Если кто не понял, посмотрите, что эти музыкальные термины означают.
- А на каком курсе Маша? – прощаясь, поинтересовалась заведующая кафедрой.
- На третий перешла.
- Да, тяжело, у неё ещё много будет практики… - задумчиво глядя в даль, резюмировала Татьяна Николаевна. - Ей придётся как-то с Мариной Сергеевной ладить.
Стоит ли говорить, что отчёт по практике в лицее Чиканутся приняла только на пересдаче. Правда, при отлично сданной сессии стипендия Маше не «светила». Стипендии, Марина Сергеевна, ухитрилась лишить студентку ещё в марте.
Но это уже следующая история.
Продолжение: