Великолепный / Le Magnifique. Франция–Италия, 1973. Режиссёр Филипп де Брока. Сценаристы: Филипп де Брока, Витторио Каприоли, Жан-Поль Раппно, Франсис Вебер. Актеры: Жан-Поль Бельмондо, Жаклин Биссе, Витторио Каприоли и др. В СССР – с 3 марта 1975. 24,6 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссёр Филипп де Брока (1933-2004) всю свою творческую жизнь снимал приключенческие ленты и комедии, иногда – мелодрамы . Почти все они имели немалый зрительский успех: «Картуш», «Человек из Рио», «Злоключения китайца в Китае», «Древнейшая профессия в мире», «Дорогая Луиза», «Побег», «Великолепный», «Неисправимый», «Нежный полицейский», «Сюрприз Афродиты», «Африканец», «Цыганка» и др.
В начале 1970-х Жан-Поль Бельмондо (1933-2021) вместе с режиссером Филиппом де Брока остроумно высмеял тип героя-супермена в пародии на «бондиану» под названием «Великолепный» (к сожалению, эта лента была довольно сильно изрезана советской цензурой, и стала доступной широким массам зрителей в оригинале только в интернет-эпоху).
Бельмондо сыграл здесь сразу две роли – писателя бульварных детективов Франсуа Мерлена и бесстрашного агента "бондовского разлива" Боба Сен-Клера. Парадокс заключался в том, что Боб был литературным детищем самого Франсуа. А тому до супермена было, ох, как далеко. Обремененный бесчисленными долгами, "творящий" свои "бессмертные шедевры" в тесной квартирке на окраине Парижа, бедняга Франсуа поочередно воевал то с водопроводчиками и электриками, не желавшими наладить работу санузла и электросети. То с маниакальным упрямством ломающейся пишущей машинкой. То со скрягой издателем, для которого выплата аванса в сотню франков была равносильна самоубийству...
Враги Франсуа представали на страницах его романов в самом мерзком виде. Великолепный Боб легко – в коротких перерывах между телефонными звонками и бесчисленными амурными похождениями – разделывался с мыслимыми и немыслимыми безобразиями на Земле... При этом насмешка над штампами зрелищных боевиков ничуть не мешала Бельмондо органично чувствовать себя в лирической линии любви неудачника Франсуа и студентки университета (Жаклин Биссе).
- Супермен, на мой взгляд, – явление грустное, – словно комментируя "Великолепного", сказал как-то сам Бельмондо. – Его ничего не трогает. Он лишен недостатков, которые и придают нашей жизни неподражаемую прелесть...
Вместе с тем, на мой взгляд, прав кинокритик Евгений Нефёдов, «Великолепный», «несомненно, вовсе не ограничивается блистательной издёвкой на штампами славного киносериала и заодно – всего суперменского кинематографа, знакомя с перестрелками, драками, взрывами и т.п., преподнесёнными в уморительном гиперболизированном виде. Авторы умудряются выстроить остроумную трактовку подобной макулатуры вполне в духе психоанализа, смело выводя на свет обстоятельства рождения таких «шедевров», всевозможные «муки творчества» и «источники вдохновения» их авторов. Хотя в то же время – сами саркастически относятся к высокоинтеллектуальным (фрейдистским или неофрейдистским) попыткам истолкования прозы, на чём помешалась Кристин» (Нефёдов, 2007).
Однако в год выхода «Великолепного» во всесоюзный прокат советская кинопресса отнеслась к нему неоднозначно.
К примеру, кинокритик Юрий Богомолов писал: «Легко заметить, что картина… начинается как остроумная пародия на определенную литературную (а также кинематографическую) продукцию, в конечном итоге претендует на нечто большее: спародировать саму разноэтажную действительность, вызвавшую к жизни призрак Боба Сен-Клера. Замысел, однако удался не вполне» (Богомолов, 1975: 4).
Зато журналист и кинокритик Александр Асаркан (1930-2004) отметил, что «штампы, выработанные западной массовой культурой высмеяны в фильме режиссера Филиппа де Брока изобретательно и смешно. Даже зритель, не очень хорошо знакомый с героями вроде знаменитого Джеймса Бонда, наверняка оценит точность пародийных акцентов» (Асаркан, 1975: 20).
Отношение к «Великолепному» нынешних зрителей, как правило, весьма доброжелательное:
«Действительно, смешной и, вместе с тем, мудрый и добрый фильм. Один из тех немногих, которые, благодаря своей оригинальности, запоминаются на всю жизнь, практически от первого до последнего кадра, это мнение разделяют многие мои знакомые. Первый раз смотрел этот фильм в детстве, и лишь спустя многие годы, задним умом, понял его глубинные идеи о том, что можно и нужно преодолеть разрыв между эскейпистскими фантазиями и реальностью, обрести уверенность в себе, цельность и гармонию своей личности. А кроме этого, только в постперестроечные времена стало понятно, что сцены из создаваемого героем Бельмондо романа являются прямой пародией на Бондиану» (Алексей).
«Во многом, это пародия на "бондиану", многие эпизоды «Великолепного» почти дословно повторяют некоторые сцены из фильмов о Джеймсе Бонде, но, разумеется, в пародийной, гротескной форме» (Игорь).