Осенью 1954 года в длинных, сумрачных коридорах ВГИКа абитуриенты как обычно суетились и переминались с ноги на ногу, кто-то без конца заглядывал в конспекты, шептал монологи, подрагивая от волнения. Среди них – парень лет двадцати пяти. В стоптанных ботинках, в простой рубахе с закатанными рукавами. Крепкий, жилистый, с усталыми, но цепкими глазами, которые цепляли все: лица, стены, коридоры – как будто он хотел запомнить этот день навсегда. Он прошел в аудиторию и сел напротив строгого, седого профессора, известного всей стране Михаила Ильича Ромма (1901-1971). Мэтр оглядел абитуриента, взял в руки бумаги и чуть приподнял бровь: - Василий Макарович Шукшин, да? Директор школы, механизатор... А зачем вам ВГИК? Парень ответил просто:
- Фильмы снимать хочу. - Фильмы... А что ж вы читаете, будущий режиссер? Шукшин почесал затылок, прищурился:
- По-разному бывает... - Ну вот, например, «Война и мир» Льва Толстого? - Не читал, - признался Шукшин. - Толстая книжка… времени не было. Ромм при