Найти в Дзене

МИХАИЛ УСПЕНСКИЙ ПРО ВЫКРУТАСЫ ИСТОРИИ

Книгу «Белый хрен в конопляном поле» я слушал ещё в январе, но написать о ней решился только сейчас. Много мыслей и чувств по прочтении нахлынуло. Да, по теме своими сатирическими граблями прошлись ранее М.Салтыков-Щедрин, А.К.Толстой, В.Пьецух. Да и не только они. Квасные патриоты обычно возмущаются сатирическому искажению родной истории, но как быть с несатирическим искажением? В сатирическом хотя бы смысл и доля правды есть. Но в романе «Белый хрен…» смешного почти поровну с грустным. Это не сплошная хохма, хотя работе со словом в книге уделяется огромное внимание. Взять, например, статистику: на 10000 слов текста 3185 уникальных. Однако порой чувство меры автору изменяет. Роман условно можно считать продолжением трилогии про богатыря Жихаря. Вроде бы всё тот же мир, но годы спустя. И интеграция в Европу глубже, что ли. Главный герой книги не Стремглав, как это кажется на первый взгляд. Нет, главный герой здесь – история. И её фольклорная переработка. Знакомые по «Повести временных

Книгу «Белый хрен в конопляном поле» я слушал ещё в январе, но написать о ней решился только сейчас. Много мыслей и чувств по прочтении нахлынуло. Да, по теме своими сатирическими граблями прошлись ранее М.Салтыков-Щедрин, А.К.Толстой, В.Пьецух. Да и не только они. Квасные патриоты обычно возмущаются сатирическому искажению родной истории, но как быть с несатирическим искажением? В сатирическом хотя бы смысл и доля правды есть.

Но в романе «Белый хрен…» смешного почти поровну с грустным. Это не сплошная хохма, хотя работе со словом в книге уделяется огромное внимание. Взять, например, статистику: на 10000 слов текста 3185 уникальных. Однако порой чувство меры автору изменяет.

Роман условно можно считать продолжением трилогии про богатыря Жихаря. Вроде бы всё тот же мир, но годы спустя. И интеграция в Европу глубже, что ли.

Главный герой книги не Стремглав, как это кажется на первый взгляд. Нет, главный герой здесь – история. И её фольклорная переработка. Знакомые по «Повести временных лет», «Физиологу» и древнерусской литературе сюжеты и образы. Узнаваемые герои сказок и легенд.

Наверное, для кого-то обидными, а то и пошлыми покажутся названия европейских стран и их деятелей. Ну, ребята, что-то я ничего не слышал про суды, в которых жители Германии требовали запрета именовать их немцами. Хотя и само название «Германия» на самом деле не аутентично. Но это ж не Кот-д'Ивуар, который никак иначе нельзя называть. Или Нидерланды.

Как стать великим? Как стать великим правителем? Как стать великим правителем великой страны? Вот такие непростые вопросы задаёт перед собой и читателями автор. Задавал… Но вопросы остались. По-прежнему актуальны. Всегда. Правда, у большинства они трансформируются в свой: а на кой нам всё это надо? Вон Швеция после Полтавы как-то потихоньку перестала быть великой страной и зажила. А мы до сих пор не знаем, что со своим величием делать. Точнее мы-то сами не великие, это страна у нас и правители выросли. Они большие, им много надо, потому нам ничего не хватает…

Боляре и хворяне – это не игра со словами ради хохмы, а грустная правда. Испокон веков начальники (князья, воеводы, господа и пр.) на Руси верят в свою нужность, богоизбранность, в то, что только благодаря им развивается, крепнет государство, процветает народ. Как говорил герой скетчкома «Наша Russia»: «Не бережёшь ты себя! Отдохнуть тебе надо!» И отдыхают от трудов праведных. Да уж лучше бы отдыхали и нас не трогали, но нет, всё им каких-то реформ, «кровопролитиев», трудовых и воинских побед надо. А следовательно, будет вновь и вновь простой люд бит батогами, будет барщина, рекрутчина и прочие издержки прогресса по-русски. А боляре и хворяне пострадают душой и телом за свой народ – под икорочку и коньячок на мучительно жарких курортах. Бедные страдальцы!

Впрочем, Многоборье – это не только Россия. Намёки и полунамёки, очевидные и невероятные аналогии говорят о том, что перед читателями разворачивается мировая история, которая представляет собой не появление, расцвет и упадок цивилизаций, а череду глупостей и случайностей, хитрости и вероломства, наглости и доверчивости. Всё так. Правители, хорошие и плохие, сменяют друг друга. Военные кампании перемежаются засухами, наводнениями и голодом. Время от времени людям вдруг перестают мешать жить, но это ненадолго, чтоб не привыкали. Только ремёсла и искусства оживут – бац, хватит, пора в поход. Лишь легенды разнообразят скучное течение истории. Например, про Кожемяку. Помните такого героя «Повести временных лет»? Черты его без труда найдёте во властителе Многоборья Стремглаве.

Никак без цитат:

Да, в жизни всё правильно… Кроме людей.
Самое скверное свойство истории состоит в том, что она, представляющая собой одно сплошное преступление, предпочитает не оставлять живых свидетелей, рано или поздно устраняя каждого.
Никогда, нигде, ни при каких обстоятельствах не следует объявлять народу всю как есть правду. Потому что народное сознание, неспособное вместить всю её разом, начинает мутиться, а это чревато беспорядками. Впрочем, нельзя обнародовать и всю ложь целиком – по этой же самой причине.
Все вы отныне поставлены на счётчик Высшего Разума, и каждому в конце концов придётся ответить за умственный базар, царящий в его голове.
… все на свете есть братья или, в худшем случае, сестры.
Как бы хорошо ни жили люди, а постороннему человеку им всегда есть на что пожаловаться.
… ежели мужика не донимать, он горы своротит.
Мухи любят смелых.

«Белый хрен…» можно отнести к сатирическому эпическому фэнтези. Это уникальный жанр, несмотря на целый пласт литературы, некоторые представители которой упомянуты выше. А с книгами Пратчетта и Асприна, пожалуй, больше различий, чем сходств. Всё-таки у них юмор, а здесь сатира. Да, порой чувство меры действительно автору изменяет, но это же чувство, а не разум. Причём чувство, самое важное для человека, – любовь. Любовь к своей стране и своему народу. А у нас эта любовь всегда через боль. Не зря эти слова рифмуются в русском языке.

Как уже не раз ранее отмечалось, многие книги Михаила Успенского некоторым людям противопоказаны. Я думаю, вы сразу поймёте, подойдут ли они вам. Но знакомство с творчеством этого интересного писателя всё-таки лучше начинать с трилогии о Жихаре. «Белый хрен в конопляном поле» – для подготовленного читателя. Для остальных может показаться набором пошлых хохм над всем подряд. Но показаться всякая дрянь может любому человеку, особенно тогда, когда её совсем не ждёшь. И даже скорее тогда, когда её на самом деле нет.