Телефон завибрировал на ночном столике ровно в 2:17. Анна открыла глаза, но не пошевелилась. В темноте спальни тусклый свет экрана озарял потолок слабым голубоватым сиянием. Рядом Михаил глубоко и ровно дышал — как всегда. Он спал мертвым сном. Когда-то она находила это трогательным. Теперь — раздражающим.
Она дождалась, пока вибрация прекратится, и только потом взяла телефон. Сообщение от Сергея.
«Я внизу. Ты решила?»
Анна медленно села на край кровати. Чувствуя, как холодок пробегает по спине. Восемь лет брака. Двое детей. И решение, которое нужно принять за секунды.
— Куда ты? — сонный голос Михаила заставил её вздрогнуть.
— В туалет, — солгала она, удивляясь, насколько легко слова слетели с губ. — Спи.
В ванной Анна включила воду и посмотрела на своё отражение. Тридцать четыре года. Еще красива, но глаза... они смотрели на неё как на чужую. Когда всё изменилось? Когда исчезла та счастливая девушка, выходившая замуж за любовь всей своей жизни?
***
Сергей появился в архитектурном бюро, где работала Анна, десять месяцев назад. Высокий. Голубоглазый. Сразу привлёк её внимание. Но дело было не во внешности. Он смотрел на проекты так, словно видел сквозь линии и чертежи её душу.
— Ты не боишься рисковать. — сказал он однажды, разглядывая её эскиз жилого комплекса с висячими садами.
— Это редкость.
— Риск оправдан, когда знаешь, что делаешь. — ответила она. Удивляясь, почему его мнение вдруг стало так важно.
Их первый поцелуй случился три месяца спустя. После презентации, которую они готовили вместе неделями. Она не планировала этого. Просто в какой-то момент осознала, что впервые за годы снова чувствует себя живой.
***
Анна спустилась по лестнице, стараясь не разбудить детей. Семилетняя Соня и пятилетний Костя спали в своих комнатах. Не подозревая, что решение их матери может навсегда изменить их жизнь.
Она на мгновение остановилась у двери Сони, приоткрыв её. Дочь спала, подложив ладошку под щёку — точно так же, как спала сама Анна в детстве. Страх сдавил горло. Что она делает? Имеет ли право разрушать их жизнь из-за своих чувств?
На улице было холодно. Ноябрьский ветер пронизывал насквозь лёгкую куртку, наброшенную на ночную рубашку. Чёрная машина Сергея стояла у тротуара, с включенным двигателем. Он опустил стекло.
— Садись. Замёрзнешь.
Анна медлила.
— Я не могу, — её голос дрожал. — Дети...
— Мы уже говорили об этом, — в его голосе была смесь нетерпения и заботы. — Ты сможешь видеться с ними. Но решать нужно сейчас. Билеты на утро.
Сергей получил контракт в Барселоне. Грандиозный проект, о котором мечтает любой архитектор. И он хотел, чтобы Анна поехала с ним. Начать новую жизнь.
— Дай мне минуту, — прошептала она и отошла на несколько шагов.
Ветер усилился, швыряя в лицо сухие листья. Анна закрыла глаза, и перед ней пронеслись образы последних лет. Михаил, всё больше погружающийся в работу и всё меньше замечающий её. Вечера, проведённые в молчании за ужином. Растущая пропасть между ними, которую они оба предпочитали не замечать. И последние месяцы — ощущение полёта, возрождения рядом с человеком, который видел её настоящую.
Анна достала телефон и набрала номер единственного человека, который мог помочь ей сейчас.
— Мама? — проговорила она, когда на другом конце ответили. — Прости за поздний звонок.
***
Утро наступило внезапно. Анна сидела на кухне с чашкой кофе, когда Михаил спустился, уже одетый на работу.
— Ты рано встала, — заметил он, привычным движением включая кофеварку.
— Не спалось. — Анна смотрела на него так, словно пыталась запомнить каждую черту.
Михаил повернулся к ней. Что-то в её взгляде заставило его замереть.
— Что-то случилось?
Анна глубоко вздохнула.
— Нам нужно поговорить, Миша.
Он медленно сел напротив.
— Я слушаю.
— Вчера ночью Сергей ждал меня на улице с билетами в Барселону.
Лицо Михаила застыло, но он ничего не сказал. Анна продолжила:
— Я не поехала.
Тишина растянулась между ними, как туго натянутая струна.
— Но и оставить так, как есть, я тоже не могу, — её голос окреп. — Мы потеряли друг друга, Миша. И я не знаю, можно ли нас спасти.
Михаил смотрел на свои руки. Когда он поднял глаза, Анна увидела в них боль, которую не ожидала.
— Как давно? — только и спросил он.
— Семь месяцев. Но дело не в нём. Дело в нас. Мы перестали разговаривать годы назад.
Михаил неожиданно встал и подошёл к окну.
— Знаешь, — начал он тихо, — я вчера задержался на работе, потому что искал для тебя подарок. Хотел сделать сюрприз на годовщину. Десять лет с момента нашей встречи, помнишь?
Анна ощутила дрожь. Забыла.
— И что ты выбрал? — спросила она шёпотом.
Михаил достал из кармана маленькую бархатную коробочку и поставил на стол.
— Открой.
Внутри лежал серебряный кулон в форме компаса.
— Чтобы ты всегда могла найти путь домой, — произнёс он с горькой улыбкой. — Ирония, да?
Соня влетела на кухню в пижаме с единорогами, прерывая момент.
— Мама, папа, сегодня экскурсия! — она сияла от возбуждения.
Анна и Михаил обменялись взглядами.
— Конечно, солнышко, — Анна поднялась. — Давай быстрее собираться.
Когда дети уехали в школу, а Михаил ушёл на работу, пообещав вернуться пораньше, "чтобы во всём разобраться", Анна осталась одна. Телефон снова завибрировал.
Сергей: «Ты не пришла. Я всё ещё жду твоего решения».
Она смотрела на сообщение долго, прежде чем начать печатать ответ.
***
— Семейный психолог? Серьёзно? — Михаил выглядел скептически через две недели, когда Анна предложила этот вариант.
— Я хочу попытаться, — твёрдо сказала она. — Ради нас. Ради детей.
С каждым сеансом они заново узнавали друг друга. Михаил говорил о страхе неудачи, который заставлял его работать всё больше. Анна — о чувстве невидимости, которое преследовало её годами в их браке. Иногда они кричали. Иногда плакали. Иногда уходили с сеанса и возвращались домой в разных такси.
Сергей продолжал писать. Сначала часто, потом всё реже. Анна не отвечала, но и удалить его номер не могла.
Февраль. Спустя три месяца терапии, они впервые за долгое время поехали вдвоём в короткое путешествие. Детей оставили с бабушкой.
Маленький отель в Суздале. Скрипучие полы. Потрескивающий камин и тишина, которая больше не казалась враждебной.
— Ты всё ещё думаешь о нём? — спросил Михаил, глядя в огонь.
Анна не стала лгать.
— Иногда. Но это уже не то же самое.
Михаил кивнул.
— А ты прощаешь меня? — спросила она.
— Я работаю над этим. — он взял её руку. — Каждый день.
***
Когда весной Анна получила предложение возглавить проект реставрации исторического квартала, она не сразу решилась согласиться. Это означало больше ответственности и времени вне дома.
— Бери, — неожиданно поддержал её Михаил. — Ты всегда об этом мечтала.
— А как же семья? Дети?
— Мы справимся, — он улыбнулся. — Я могу работать удалённо три дня в неделю. Буду забирать детей из школы.
В его глазах она увидела то, чего не замечала раньше — гордость за неё.
***
В июне они обновили свадебные клятвы. Не потому, что старые потеряли силу, а потому, что хотели произнести новые — более осознанные, написанные с пониманием, чего на самом деле стоит обещание "быть вместе в горе и в радости".
Церемония была маленькой. Только они, дети и самые близкие. Соня разбрасывала лепестки роз, а Костя важно нёс подушечку с кольцами.
— Я обещаю помнить, что наша история пишется каждый день. — говорил Михаил. — И что каждая страница важна. Даже если на ней есть ошибки и исправления.
— Обещаю верить, что мы способны меняться и расти вместе. — отвечала Анна. — И что самые прекрасные главы нашей книги ещё впереди.
После церемонии, когда гости разошлись, а дети уснули, они сидели на веранде их дома, укутавшись в один плед.
— О чём ты думаешь? — спросил Михаил.
Анна покрутила на шее серебряный компас — тот самый, что он подарил ей в утро их почти-расставания.
— О точках невозврата, — ответила она. — О том, как одно решение может изменить всю жизнь.
Он обнял её крепче.
— Знаешь, я недавно прочитал, что Вселенная постоянно создаёт параллельные реальности на основе наших выборов, — задумчиво произнёс он. — И где-то существует версия нас, где ты села в ту машину.
— И как думаешь, они счастливы — те, другие мы?
Михаил долго молчал, прежде чем ответить:
— Не знаю. Но я благодарен, что в этой реальности ты позвонила своей маме, а не уехала.
Анна удивлённо посмотрела на него.
— Откуда ты знаешь про звонок маме?
— Она сама рассказала, — улыбнулся Михаил. — На нашей первой совместной семейной терапии, помнишь? Когда мы пригласили родителей?
Анна покачала головой и засмеялась.
— А я-то думала, что это мой секрет.
— В семье секретов быть не должно, — серьёзно сказал Михаил. — Вот чему нас научил этот год.
Телефон Анны завибрировал в кармане. Она достала его и, не читая сообщения, выключила.
— Важное? — спросил Михаил.
— Уже нет, — ответила она, прижимаясь к его плечу и глядя на звёзды. — Уже нет.
***