10 февраля 2025 года исполнилось 188 лет со дня смерти А.С. Пушкина.
Хроника последних дней его жизни восстановлена поминутно. После рокового выстрела поэт прожил почти двое суток. Можно ли было спасти его жизнь? Споры об этом ведутся и сейчас. Хотя большинство исследователей едины в своём мнении: ранение, безусловно, было смертельно. Ошибки, допущенные секундантом и лечащими врачами, нисколько не повлияли на исход, хоть и принесли поэту много дополнительных страданий.
На место дуэли не был приглашён врач.
Удивительно – секунданты почему-то забыли, что дуэль может привести к ранению. И Пушкин, и Дантес были ранены, причём рана Пушкина была очень тяжёлой, а Дантес ранен относительно легко, хотя тоже нуждался в экстренной помощи. Секундант Пушкина К. Данзас оправдывался, что времени на подготовку совсем не было.
В итоге раненого истекающего кровью поэта транспортировали волоком, оставляя за носилками кровавый след. Даже на санях подъехать к месту дуэли было невозможно.
Раненый Пушкин несколько раз терял сознание, и вновь приходил в себя. По дороге в город он попросил секунданта доставить его домой, что и было сделано. Вероятно, госпитализация позволила бы облегчить состояние поэта, тем не менее, он был доставлен домой, где и прошли последние часы его жизни.
Первый врач, осмотревший Пушкина, был профессор акушерства В.Б. Шольц. Именно он провёл ревизию раны и наложил повязку. Пушкин задал вопрос: смертельна ли рана? Профессор ответил утвердительно, впрочем, оставив умирающему небольшую надежду: «Считаю долгом Вам это не скрывать, но услышим мнение Арендта и Саломона, за которыми послано».
Именно лейб-медик Н.Ф. Арендт как наиболее опытный руководил процессом лечения. Была выбрана консервативная тактика, что для XIX века было нормой. Даже Н.И. Пирогов спустя почти двадцать лет после этих событий не рекомендовал хирургическое лечение пациентам, раненым в живот. По-видимому, при отсутствии поражения кишечника и крупных кровеносных сосудов пострадавшие иногда выживали, а проведение полостной операции без последующего назначения антибиотиков всегда приводило к развитию перитонита и смерти пострадавшего. Оперативное вмешательство при таких ранениях всегда заканчивалось летальным исходом.
Лечение ограничилось:
- постановкой клизмы (при вероятной перфорации кишечника это только усугубило ситуацию);
- назначением пиявок (дополнительная кровопотеря);
- питьё воды и глотание кусочков льда (существенно не повлияло на течение заболевания);
- приём опиатов в качестве обезболивающего. Это немного улучшило состояние Пушкина. Препарат уменьшил интенсивность боли.
На дверях дома, где находилась квартира Пушкина, друг поэта В.А. Жуковский вывешивал информационные бюллетени. Единственный бюллетень, в котором сообщается об улучшении самочувствия был написан именно после того, как поэт получил обезболивающее.
Огнестрельное ранение привело к потере около 2,5 литров крови. Применение 50 пиявок – ещё примерно 500 мл. К вечеру 28 января Пушкин лишился половины объёма крови. Плюс травматический шок, перитонит, сепсис, полиорганная недостаточность. В 14:45 29 января (10 февраля) 1837 года доктор Е.И. Андреевский закрыл глаза умершему.
Диагноз, сформулированный хирургом М.И. Давидовым, много лет изучавшим обстоятельства смерти Пушкина, звучит так.
«Огнестрельное проникающее слепое ранение нижней части живота и таза. Многооскольчатые огнестрельные инфицированные переломы правой подвздошной и крестцовой костей с начинающимся остеомиелитом. Травматогенный диффузный перитонит. Гангрена участка стенки тонкой кишки. Инфицированная гематома брюшной полости. Инородное тело (пуля) в области крестца. Флебит тазовых вен. Молниеносный сепсис. Травматический шок. Массивная кровопотеря. Острая постгеморрагическая анемия тяжелой степени. Острая сердечно-сосудистая и дыхательная недостаточность. Полиорганная недостаточность».
Даже в современных условиях при таком диагнозе прогноз сомнительный. Лечение с применением современных антибиотиков, гемотрансфузии, операции под эндотрахеальным наркозом позволяет спасти лишь 80% пострадавших.
Тает желтый воск свечи,
Стынет крепкий чай в стакане,
Где-то там, в седой ночи,
Едут пьяные цыгане.
Полно, слышишь этот смех?
Полно, что ты, в самом деле?!
Самый белый в мире снег
Выпал в день твоей дуэли.
Знаешь, где-то там вдали,
В светлом серпантинном зале
Молча встала Натали
С удивленными глазами.
В этой пляшущей толпе,
В центре праздничного зала,
Будто свечка по тебе,
Эта женщина стояла.
Встала и белым-бела
Разом руки уронила,
Значит, все-таки, была,
Значит, все-таки, любила!
Друг мой, вот вам старый плед!
Друг мой, вот вам чаша с пуншем!
Пушкин, Вам за тридцать лет,
Вы совсем мальчишка, Пушкин!
Тает желтый воск свечи,
Стынет крепкий чай в стакане,
Где-то там, в седой ночи,
Едут пьяные цыгане…
Леонид Филатов.