- Спасаться, пока не поздно, - подумала Лариса и вскочила на подоконник.
Морозный воздух освежил лицо. На небе сияли звёзды, а лунный серпик, кажется, ласково улыбался беглянке. Лариса представляла себя чайкой, или даже альбатросом, который планирует над вечерним городом. Внизу пыхтели автомобили, цокали конные экипажи, охали подскользнувшиеся на гололёде прохожие... Кое-где вспыхивали фейерверки, звенел весёлый молодой смех.
Сгоряча она забыла надеть шубку, и теперь, отлетев на порядочное расстояние, почувствовала холод. Потирая озябшие руки, Лариса всматривалась в освещенные фонарями улицы, выбирая место, где приземлиться.
Вон удачная скамеечка, рядом никого, а чуть поодаль - ёлка и «Пятёрочка». Лариса аккуратно сложила крылья, поправила ворот красного свитера и направилась в магазин.
Она прошла длинные ряды полок, уставленные баночками и пакетиками, заглянула в винный отдел и, наконец, рядом с фруктами, увидела кофемашину и булочки.
Блаженное тепло разлилось по телу, ромовая баба показалась Ларисе амброзией, а капучино - нектаром. Себя же вообразила, конечно, Никой - крылатой богиней победы.
- «Ника!!!» - раздался женский крик. Лариса вздрогнула и обернулась.
Высокая молодая женщина в зелёном пальто с рыжим воротником пыталась поднять с полу маленькую девочку в пятнистой шубке. Девочка со спокойным любопытством глядела на мать черными, как маслины, глазами. В обеих ее ручках крепко сжатые маленькими пальчиками были как раз баночки с этими самыми маслинами.
Вокруг начали собираться люди. Наконец, женщина изловчилась, подхватила дочку на руки, понесла к кассе. Они расплатились за маслины и удалились из магазина, держась за руки.
Лариса допила кофе, отдала кассиру заначку, вышла на улицу, расправила крылья и полетела обратно.