Опасная безмятежность
Заповедник дикой природы. Заказник. Дом для биологов. Безопасная, первозданная, неприкосновенная среда.
Миранда, фотограф-натуралист едет в заповедник дикой природы на Фараллоновых островах. Ей предстоит прожить год в компании шестерых биологов, работающих на станции,. Зарплаты и премиальных не ожидается, надбавок за работу в далеких от цивилизации условиях тоже, годовой грант обеспечивает лишь скромную жизнь на месте, но ей сейчас большего и не надо. А снимки, которые сделает в этих местах, наверняка посодействуют карьере.
Миранде 31, двадцать лет назад она лишилась лучшей на свете мамы и жизнь словно остановилась с тех пор. А в каком-то смысле и остановилась: подсознательный страх потери близкого перенаправил ее ресурс построения отношений в безопасное русло профессиональной реализации. Подолгу жившая в пустыне и тропиках, на экваторе и в Антарктике, она так и не сблизилась ни с кем, не создала семьи, не обзавелась собственным домом - живет у отца во время недолгих возвращений. Дом негласно поделен на зоны, в личные не вторгаются, столкнувшись на нейтральной территории, обходят друг друга.
Фараллоны совершенно дикая местность, несмотря на географическую близость мегаполиса (30 миль от Сан-Франциско). Не случайно индейцы до прихода белых называли их Островами мертвых, избегая посещать. Гранитное скальное основание изъедено эрозией до хрупкости, ходить здесь можно лишь с большой осторожностью, в этом Миранда, которую все здесь зовут Мелиссой, неправильно услышав ее имя в самом начале - в этом убедится на первой же прогулке. Неосторожно опершись на скалу, которая казалась такой крепкой, в следующий миг обнаружила себя несколькими футами ниже, с рассеченной рукой, разбитой вдребезги камерой и с мышью во рту. А мышь? О, их там мириады, не эндемичный вид, а завезенный с материка, не имея естественных врагов, расплодились так, что кажется земля под ногами кипит.
Понятно. что биологи там не ради мышей: морские львы выводят здесь потомство, у берегов барражируют белые акулы, достигающие восьми метров в длину, а в сезон гнездования прилетают птицы, и вот тогда острова становятся по-настоящему опасны. Популяция крачек, чьей вотчиной это было от веку, уничтожена охотниками за яйцами в годы Калифорнийской Золотой лихорадке (загуглите), безобидным пташкам пришли на смену чайки, а они те еще твари. Настоящие бандиты крылатого мира. Выходить на улицу в пору гнездования можно лишь в защитном снаряжении: краги на ногах и руках от птичьих блох и клещей, плотный резиновый плащ от прицельного "бомбометания" пометом, вратарская каска с защитной маской. Аббревиатура "КвГ", значения которой Миранда поначалу не знала. встречая в журнале наблюдения в качестве причины смерти птиц и животных - очень скоро проясняется для нее. "Клевок в голову" - излюбленный прием нападающих чаек. Однажды на ее глазах эти монстры заклевали подраненную морскую львицу, за пару часов обглодав до голого скелета.
В общем, утверждение, что самый страшный зверь - это человек, подвергается здесь значительной корректировке. Хотя кое-кто из соседей по коттеджу, впрямь, не лучше чаек, в чем героине предстоит убедиться. Но есть среди них и те, в чьи сердца стучится сострадание. И есть наблюдатели. Холодные. беспристрастные, склонные скорее к добру, чем ко злу. В книге Эбби Джини первобытная жестокость природы становится более действенной терапией, чем сеансы у психолога, а замкнутый мирок изолята раскрывает свои тайны в идеальном для интриги сочетании время-место.
"Хранители света" то самое, почти недостижимое при нынешнем буме писательства, сочетание сюжетной прозы с не раздражающей героиней; интересного сеттинга с уровнем познавательности нонфикшен; глубокой эмоциональности с отличным языком, спасибо за перевод Дарье Расковой, а за издание - казахстанскому Фолианту.