Глава 16
На похороны Светозар явился один, Ариша идти категорически отказалась.
- Нина Николаевна меня не жаловала. Мне кажется будет невежливо навязываться, когда мне откровенно не рады.
- Тогда я тоже никуда не пойду, - надулся Светозар.
- Это ещё что за новости? - прикрикнула Марина Александровна. - Совсем ополоумел?! Бабка тебя растила! Не сметь рассуждать! Пойдёшь, как миленький. Достаточно того, что при жизни почти не общались.
- Но.. Я не могу один... - заскулил Светозар, который никуда не выходил без Аришки.
Марина Александровна схватила половник и огрела Светозара по лбу.
- А-а-ай, ба! Ты чего делаешь?! - возмутился колобок, закрыв лоб ладонью.
- Мозгам твоим встряска, свинья ты бессовестная! - пояснила Мариночка, покачав половником из стороны в сторону.
- Не надо, ба! Я пойду, пойду! - пообещал Светозар, отодвигаясь подальше.
Поминки проходили в приличном семейном ресторане неподалёку от метро Аэропорт. Все расходы взяли на себя Алексей, Василий и Ростислав.
Виктор Александрович сидел со скорбным, пожелтевшим лицом, то и дело демонстративно утирая несуществующие слёзы. Горе, однако, ничуть не мешало ему бодро выпивать и закусывать. Вскоре хитрого аксакала изрядно развезло, он стал не в меру чувствительным, сам от себя растрогался и ощутил непреодолимое желание публично произнести тост.
- Выпьем за нашу мамочку! - громко провозгласил он, вставая. - Как я теперь без неё? За тебя, Ниночка! За тебя, моя хорошая!
- Может быть стоило больше думать о ней при жизни? - неожиданно зло произнесла Евгения.
- Ты что это?! На что это ты намекаешь? - прищурился Виктор Александрович, поставив на стол опустевшую рюмку.
- А я, папа, не намекаю! - дерзко ответила Евгения. - Я говорю прямо. Ты над мамой всю жизнь измывался, только о себе и думал...
- А ну цыц! - заорал вдовец громовым голосом. - Сядь и затихни! Нет у тебя права меня осуждать! Ты против меня никто! Дрянь, место пустое!
- Да ты сам-то вспомни, - не устрашилась, не отступила Женя, - Вспомни, вспомни как ты вёл себя!
- О чём она говорит?! О каком таком поведении? А?! - Виктор Александрович обвёл горящими глазами стол. Губы несправедливо обиженного сжались в линию, казалось, будто весь он шипит и искрится от негодования. Будь у него такая способность, он испепелил бы старшую дочь ни на секунду не задумавшись, а пепел разметал бы по всей округе.
Светлана и Алексей молчали, опустив головы.
- Виктор Александрович, - неожиданно вмешалась Кристина, - Женя, давайте не будем ссориться. Не надо. Пожалуйста.
- Я не ссорюсь, говорю что думаю, - с вызовом ответила Евгения.
- Бабьё! Нет ну вы посмотрите! Тьфу! - махнул рукой непрошибаемый Романовский.
Переключив своё внимание на Светозара, Виктор Александрович подсел к нему поближе и завёл разговор о том, что лето ещё не закончилось и было бы прекрасно, если бы они с Аришей приехали на дачу. Голос у него стал приторно-сладким будто сахарная вата.
- Там же воздух совсем другой! По-другому спится!
- Бабушку нельзя одну оставить, - пробубнил Светозар с набитым ртом.
Пока тётка и дед выясняли отношения, колобок методично пробовал блюда одно за другим.
- О! - засмеялся дед, - эта старая перечница нас всех переживёт! Она постарше нас с Ниной всего-то лет на пять-семь. А здоровье у неё как у молодой кобылы. Уж ты мне поверь!
Светозар кивал, с неутихающим аппетитом уничтожая горячее. По большому счёту ему было наплевать как на Мариночку, так и на деда, мать и отца вместе взятых. Единственный человек, чья судьба его занимала, это Аришка.
- Папа, как тебе не стыдно?! - снова не удержалась Женя.
- Я твой отец, Евгения, и я запрещаю тебе делать мне замечания! - Виктор Александрович решительно встал, щедро плеснул себе водки и тут же выпил. - Может быть кто-то ещё хочет высказаться? Смелее! Ну же!
- Если бы не ты, не твоё безобразное поведение, мама бы ещё пожила. Ты же гонял её постоянно, она у тебя как прислуга, без выходных! - Женя была единственной, кто не побоялся озвучить то, о чём втайне думали все.
Другое дело, что смысла в этом не было ни малейшего. Слова, их суть, цели не достигали, бесследно таяли в воздухе.
Виктор Александрович себя виноватым не считал. Ни в чём. Более того,
Женин демарш посчитал ничем иным как банальной истерикой в связи с уходом близкого человека. Что ж... Можно понять.
То, что Нина Николаевна всю жизнь танцевала вокруг него, стараясь угодить и всячески ублажить, старик считал нормальным, вполне себе рядовым поведением замужней женщины. Ничего выдающегося, ничего такого, о чём следует упоминать.
Будучи абсолютно не приспособлен заботиться о себе самостоятельно, он не сомневался - настала очередь старшей дочери отдать свой долг.
А то, что выпендривается, речи толкает, так баба же, курица, что с неё взять?
В конце августа Виктор Александрович, проживший остаток лета на даче, где функции Нины Николаевны добровольно взяла на себя Кристина, позвонил Евгении.
- Что делать думаешь? Как будем вопрос решать?
- Не поняла... - оторопела Евгения.
- Чего ты не поняла? Как будем вопрос решать, я спрашиваю?
Вы все ко мне переедете? Или ты одна? Что говорит Василий?
Ни о чём подобном они с Василием не говорили и не думали. Согласно Жениному представлению, она, Светлана и Алексей вполне могли по очереди навещать отца, готовить ему, стирать и убирать в квартире. О том, чтобы переехать... Зачем?! Виктор Александрович полон сил и энергии, у них у всех своя жизнь. Что это за блажь? В этом нет необходимости.
Но у вдовца, оказывается, имелось другое мнение.
- Я не привык и не намерен привыкать жить один! - заявил Романовский. - Мне плевать, как вы там договоритесь, но через неделю, максимум через две, кто-то из вас должен переехать ко мне! - с этими словами вздорный старик отключился.
Всё это было крайне неудобно. У Леночки друзья, учёба, у Василия поставщики и магазины, всё рядом и давно отлажено. Кроме того, есть ещё Князь, который должен был вот-вот вернуться из Греции, куда-таки отправился в компании двух молодых отвязных женщин, готовых если не всё, то на многое.
- Не захотела составить мне компанию, - сказал искуситель перед отъездом, - Пеняй на себя.
Что он имел в виду, Евгения не знала, да и не хотела знать.
Его непристойное предложение надолго внесло в семью раздор. Василий никак не мог простить жене то, как она отреагировала, что сказала насчёт Леночки. Как будто он, родной отец не способен сам позаботиться о дочери!
Так или иначе, но супруги в конце концов помирились, все недоразумения уладили и остановились на том, что погорячились. Сложно было не поддаться искушению, не представить себе то, как могло бы быть, если бы...
Надежда Ровицкая