Господь Иисус Христос пророчествовал, что нераскаявшиеся грешники всех времен в конце истории этого мира будут ввержены в некую геенну огненную, где не умирает какой-то (и чей-то) червь и не угасает огонь.
Посмотрим сперва откуда взялось словосочетание "геенна огненная".
Еще до того, как евреи завоевали Святую землю, чуть южнее Иерусалима находилась долина Енном, названная в честь одного древнего человека, потомки которого владели этой территорией. По центру долины протекал ручей, а по его берегам росли деревья. В VII веке до Рождества Христова там появилось святилище лжебога Молоха, которому приносили в жертвы ни в чем не виноватых детей. Молоха представляли как человека с бычьей головой, а идол его был металлическим. В статуе разжигали огонь, она раскалялась, после чего на руки идолу бросали младенцев.
Языческий обычай искоренил праведный царь Иосия. Капище было разрушено, а долина наполнилась человеческими скелетами. Спустя время там же выросла городская свалка, на которую выбрасывали трупы умерших животных и казненных преступников. Само собой, не заставили себя ждать и различные черви. Во избежание эпидемий на зловонной свалке стали поддерживать постоянный огонь.
Геенна – это вариант звучания еврейского словосочетания "ге-хинном", что значит долина Еннома, которая и стала символом реальности, уготованной для душ и воскресших тел грешников. В еврейских текстах аллегория под названием "геенна" появилась незадолго до Христа – в I веке до н.э.
Господь же прибавил к этому образу прилагательное "огненная". Уточнением «где червь их не умирает и огонь не угасает» Спаситель процитировал пророка Исаию.
Христос сказал, что Бог не готовил мучения для людей, они уготованы бесам – бесплотным разумным существам, отказавшимся служить Богу и навсегда по своей злой воле потерявшим возможность раскаяния. Хотя Отец Небесный и видит из вечности, что в геенну придется отправить многих людей, до сотворения людей сохранялась парадоксальная возможность спасти каждого человека, потому что всякий, кто не лишен рассудка, может раскаяться в грехах, пока еще жив. Люди определяются в добре и зле в отличном от порядка, в каком это делают ангелы, именно поэтому область вечных мук человеку изначально не предназначена.
В XVI веке греческий иконописец Георгиос Клонцас изобразил обитель грешников как огненное озеро, в которое впадает огненная река, а также в виде ненасытного монстра.
Спаситель наделил Церковь довольно нелицеприятной и жуткой тайной, в истинность которой мало кто верит. Пророчество Христово гласит, что люди, которые будут вынуждены провести целую вечность в жутких мучениях, найдутся. Те же пророчества гласят, что на страдания будут обречены многие из тех, кто называет себя христианами, а на спасение – некоторые из людей, которых в Небесном Царстве никто увидеть не ожидает. Иисусова же притча о сеятеле дает понять следующее: раз пшеница и сорняки посеяны на одном поле вперемежку, будущие обитатели огненного озера – это не какая-то локализованная нация, не совокупность людей, жившая в одну из прошлых эпох, и не люди, которые появятся лишь когда-то в будущем. Каждый, кто спасется, ходил с сынами погибели в один детский садик, учился с ними в одной школе, получил с ними диплом в том же ВУЗе, ходил работать в ту же организацию, и так далее. На вечную погибель, хочет христианин того или нет, обречены некоторые его предки, родственники, и (о, ужас) даже потомки – те, кого родят лишь лет через сто, двести, триста и так далее.
Если взрослый крещеный человек не принимает эту страшную тайну, христианином называться он не может. При этом, пользоваться такой истиной нужно правильно. Во-первых, только человек из ничтожно малой горстки святых точно знает, что после смерти попадет в рай. Если человек крещен и называет себя православным, для спасения этого будет маловато. А тыкать пальцем на грешника и говорить, что эта гадина обречена на вечные муки, не имеет право даже святой.
Каждый уверовавший в Христа должен увидеть претендента на геенну огненную прежде всего в себе, а затем начать прикладывать все усилия, чтобы за короткую земную жизнь угодить Богу. В прошлых злых делах нужно раскаяться, изучить православную веру, принять ее всем сердцем, начать каждый день молиться и делать добрые дела, постараться избавиться от дурных привычек, в чем обязательно поможет таинство Причастия. И, самое главное, – стать смиренным и не чуждым любви. Хоть и не святого, но смиренного и доброго церковного человека посмертный суд Божий все равно определит в рай. Нужно в это верить и иметь готовность отходить по струнке в страхе Божьем всю оставшуюся жизнь.
Писания, Предания и различные учения отцов дают нам знать следующее.
В Царство Божье не входят некрещеные. Если человек не был христианином, но был добр, это положительно скажется на его вечной участи.
После Страшного суда в генну огненную идут следующие нераскаянные грешники: разного вида блудники, насильники, пьяницы, наркоманы, воры, жадины, немилостивые, коррупционеры, обманщики наемников и клиентов, наркоторговцы, неправедные судьи, убийцы, работники абортариев, тру́сы, гордецы, колдуны, маги, оккультисты, сатанисты и многие другие.