Всё дело в том, что человек имеет не только душу, которая вышла из его тела и отправилась вместо назначенной ей до страшного суда, но он имеет и тело.
Как мы говорим о Господе "Во гробе плотски, во аде же с душею, яко Бог, в раи же с разбойником, и на престоле был еси, Христе, со Отцем и Духом, вся исполняяй, неописанный", то есть он был и во гробе плотью, он же был.
И он же был в Аде своей душою, вот точно так же и нашего родственника, а потом и наше тело, наше тело будет находиться на кладбище. Это остается его частью. Мы относимся к телу христианина очень благовейно. Мы даже на этом месте ставим крест, то есть это место священное.
В данном месте лежит тело христианина, это святыня, которой было посвящено Богу с момента его крещения, с момента миропомазания. Возможно, он приобщался к святых христовых тайн. Это часть тела Христова, ни больше, ни меньше, потому что мы читаем апостола Павла, что церковь есть тело Христова, глава его сам Христос, а мы же члены этого тела.
Вот христианин умер, закончилась его земная жизнь, душа пошла на суд Божий, и вместо своего пребывания, а тело, тело — часть этого человека, и часть церкви, она находится вот здесь.
Мы приходим на кладбище, прежде всего, потому что мы любим этого человека, и здесь, да, его часть. Это место прекрасное, чтобы проводить время в молитве. Пришел на кладбище, можно прочитать мирским чином Литию. Можно прочитать молитвы, которые мы читаем в утреннем правиле. «Упокой, Господи, душу усопших раб твоих» и прочитать.
Можно почитать псалтирь. Вообще, любовь человека настолько, бывает, тянет к месту, где находится тело его близкого. Я, например, знаю такой случай. Прям, это наш прихожанин многолетний, когда у него умерла жена, первые восемь лет он ходил на кладбище к своей жене. Ему было уже хорошо за 70.
Первые восемь лет ходил каждый день, каждый день ходил на кладбище, а потом составился, стал ходить раз в неделю по субботу. Зачем? Любовь тянет, любовь тянет и желание помолиться о человеке. И мы знаем, что есть такая от Бога благодать и дар, что усопшие наши видят, когда мы о них молимся.
И вот, представьте, вы пришли на кладбище, и пришли помолиться об усопшем. И это место встречи, потому что он видит вас, или она, усопшая, и слышит вашу молитву к Богу. И Бог по любви нашей и по молитве нашей подаёт усопшему некоторую благодать, которые разные бывают.
Одну из них мы знаем из жития преподобного Макария Великого, как ему было открыто, что бывает с теми, кто мучается в Аде, когда он о них молится. Но это бывает и по-разному. И вот, конечно, если возможность есть посетить кладбище, это нужно делать, и прибраться там, и помолиться Богу усопшему, и вспомнить о том, что скоро и я где-то вот здесь тоже лягу, моё тело придёт сюда погостить.
Почему кладбище называлось вообще у нас на Руси Погостом — место, где мы придём погостить, где мы потом встанем, когда воскреснем. Поэтому, конечно, это весьма добрый обычай посещать кладбище родных и молиться там. Конечно, нужно понимать, что на кладбище вообще недопустимо какая-то пьянка, пикник устраивать.
Потому что некоторые думают, что я так поминаю. Вот, скажет, помяни Господи и взял в рот печенье. Нет, это совсем не является поминкой. Это ошибка просто. На самом деле, еда никак не связана с поминовением в прямую. Когда мы собираем стол, либо нищим раздаём поминая, это понятно. А когда приходит человек на кладбище и ест якобы в поминовение усопшего, это ошибка.
Ошибка по славянски это грех. По-русски ошибка, по славянски грех. Этого не надо делать. Пришел, прибрался, помолился Богу бы усопшему. Можно побеседовать с усопшим тоже, излить свою печаль, о новостях сказать. Можно? Можно. Потому, что если он меня видит, почему бы не сказать. Это место встречи. И вот поэтому этим не должно пренебрегать, но всегда ходить к своим близким и молиться о них.